Livekhud_Fazy_razvitia_rebenka

 

 

Бернард    Ливехуд

Фазы      развития    ребенка

1946, Uitgeverij Vrij Geestesleven, Zeist J.Ch.Mellinger Verlag, Stuttgart (на нем. яз.)

С О Д Е Р Ж А Н И Е

 

Введение

 

Три периода развития

 

Периоды физического развития

 

Ребенок до смены зубов

 

Ребенок между сменой зубов и пубертетом

 

Развитие после пубертета

 

Слоистая структура человеческой души

 

 

Фазы развития мышления

 

Фазы развития чувства

 

Фазы развития воли

 

Наследственность и процесс индивидуализации

 

О воспитании и самовоспитании

 

Биографическая справка, библиография

Введение

 

Всякая психология и всякая педагогика исходят из определенного мировоззрения, из определенного принципа. Даже когда мировоззренческая основа отрицается.

 

 

 

В еще большей степени это относится к педагогике. Потому что педагог является не просто ищущим созерцателем, но практически действующей личностью. Направление и содержание деятельности определяется конечной целью, которую ставят перед собой.

 

Этой конечной целью является взрослый человек, который в социальной жизни будущих десятилетий станет носителем культуры и продолжит ее развитие. Поэтому у каждого периода культуры был свой педагогический идеал.

 

Идеалом грека был гимнаст, не человек с мускулами, а гармонично физически и духовно развитый человек, так что его тело могло быть совершенным инструментом духа.

 

Греческое воспитание осуществлялось в палестре посредством гимнастики. Но в неменьшей степени также и в оркестре, и на танцевальной площадке, где греческие юноши под музыку исполняли ритмические танцы и учились выражать душевное содержание жестами. Платон еще мог говорить, что государство надо устраивать на основе музыки. Чем лучше музыка, тем лучше государство, которое из нее исходит. У жителей Аркадии музыка была основным учебным предметом до тридцати лет.

 

У римлянина идеалом воспитания был ритор, оратор, умевший убеждать другого человека словом и так руководить государством. Римский идеал воспитания был практически-политическим. Государство было наивысшим творением гражданина.

 

 

В девятнадцатом столетии, когда естественнонаучное мировоззрение пронизало всю жизнь, его влияния не избежали и педагогика с психологией.

 

Последовательно проводимое дарвинистски-биологическое мировоззрение приводит к идеалу человека-солдата, когда выживает сильнейший. Педагогика была поставлена на службу этому идеалу.

 

 

Материалистически-индивидуалистская точка зрения приводит к накоплению возможно большего знания потому, что знание означает силу, но не потому что знание смогло бы привести к мудрости.

 

 

 

Рассуждения о развитии ребенка, приводимые здесь, следуют гетеанистической идее развития, разработанной Рудольфом Штайнером применительно к сфере педагогики. Сам Рудольф Штайнер никогда не писал систематизированной психологии. За шесть лет с 1919 по 1925 годы, когда он смог начать новую, так называемую вальдорфскую педагогику, он вынужден был ограничиться непосредственно-практическими вопросами. Они рассматривались в докладах и беседах с педагогами.

 

 

Кто желает лучше в этом ориентироваться, может найти там обоснование для того, на что здесь кратко указывается. Здесь же следует остановиться лишь на том, что необходимо для дальнейшего понимания этой работы. — В основе этой книги лежат следующие идеи:

 

Человек вовсе не является существом, имеющим только физическое происхождение и развивающим из этой телесности определенные свойства, заложенные в нем наследственностью.

 

Человек — это существо, причастное двум мирам, материально-телесному и божественно-духовному.

 

Ребенок появляется на свет с телом, сформированным в силу наследственности, и со своей духовной индивидуальностью (энтелехией), существом специфически духовной структуры.

 

 

 

 

Из телесной области поднимаются жизненные инстинкты и желания, и ищут удовлетворения. В душе они переживаются.

 

Человеческая душа (психика) воспринимает свои импульсы и содержание из двух миров:

 

1.из физического мира посредством желаний и органов чувств;

 

 

 

).

 

 

Человек тем самым является триединством тела, души и духа.

 

Следует детально обсудить, что подразумевается здесь под душой и что под духом.

 

Понятие души как объекта наблюдения психологии предстает здесь в ином значении, нежели при дуалистическом противопоставлении тела и души.

 

 

 

Здесь развитие ребенка будет рассмотрено на основе вышеназванной точки зрения. Мы убеждены, что счастливые, способные и умные люди могут вырасти лишь тогда, когда педагогика с самого начала направлена на развитие тела, души и духа.

 

неспециалиста же постоянное прерывание описания указанием на мнение других сделало бы чтение излишне утомительным.

 

 

 

Три периода развития

Психология развития охватывает очень широкую область. К этой области можно приближаться и освещать ее с самых разных сторон. Это невозможно сделать в одном исследовании, каким оно задумано здесь. Здесь предполагается направить внимание на совершенно определенные стороны психологического развития ребенка и попытаться органически связать факты между собой.

 

В последующих главах речь пойдет о фазах физического и душевного развития, причем в основу рассмотрения душевного развития будет положено отношение ребенка к его окружению.

 

Во второй части книги проблемы, важные прежде всего для педагогики, будут рассматриваться с точки зрения, обретенной в первой части.

 

— время завершения общего образования и подготовки к будущей профессии.

 

 

 

1. период от рождения до смены зубов;

 

 

 

3. период от пубертета до совершеннолетия.

 

Говоря о продолжительности этих периодов, можно указать на три (примерно) семилетия.

 

Внутри этих семилетий можно, конечно, констатировать смещение в индивидуальном развитии, а также различия в развитии мальчиков и девочек. Об этих смещениях речь еще пойдет ниже. Но несмотря на эти различия, можно все же установить как некую закономерность три больших периода. Теперь следует в общих чертах обсудить отношение ребенка к миру внутри этих трех периодов.

 

Маленький ребенок характеризуется большой открытостью к миру. Без душевного сопротивления он вбирает в себя все из окружающего мира и встречает его с безграничным доверием. В райской невинности он живет в мире, где неразличимо смешаны добро и зло.

 

Все органы чувств открыты. Из внутренней активности он отвечает подражанием, имитацией. Через подражание он учится говорить, при этом для ребенка открываются врата в человеческую духовную жизнь. Через подражание он учится всем полезным и бессмысленным вещам, образующим формы общения людей. Путем более тонкого подражания он создает основу для своей будущей нравственности.

 

Этому вовсе не противоречит тот факт, что ребенок, с другой стороны, рано становится самостоятельно-творящим существом. Но его отношение к окружению отмечено доверием и открытостью, невозможными ни в какой другой фазе человеческой жизни. Если мы поставим рядом с малышом в возрасте около трех лет ребенка середины второго периода развития, это развитие выступит особенно отчетливо. Ребенок примерно девяти лет имеет уже свой собственный маленький мир, в котором он живет. Этот мир, словно сказочный сад, обнесен высокой стеной, отгораживающей его от действительности.

 

Ребенок царствует в этом собственном мире. Как в сказке здесь возможно все, о чем ребенок мечтает. За надежными стенами он растит цветы для своего сказочного сада, становящиеся самыми чудесными растениями. Внешний мир проникает туда только отдельными кусками, элементы внешнего мира принимаются в собственный мир и преобразуются в нем, пока не станут там своими. В этот период у ребенка много друзей. Он настроен на общение. Но дружеские связи еще довольно внешни и, в сущности, не настроены на другого. Они скорее определяются желанием жить и играть с другим в своем собственном мире.

 

Ребенок счастлив сам по себе и становится несчастным лишь тогда, когда сталкивается с трудно усваиваемыми впечатлениями внешнего мира, которые проникают насильно и не находят места в его собственном внутреннем мире. Эти впечатления или огораживаются, как бы обносятся маленькой стеной, или же через некоторое время оказывается, что они неожиданным образом все же преобразовались и нашли свое место. В первом случае неосвоенная часть опыта просто залегает и может много позже привести к нарушениям в душевной жизни.

 

 

Схематически это можно показать так:

Этой схемой выражено следующее:

 

Благодаря этому возникает жизненный опыт.

 

 

Четвертым периодом мы можем, таким образом, назвать равновесие взрослого, когда активность, направленная вовне, сочетается с опытом от внешнего.

 

Четвертый период относится уже к жизни взрослого человека, связан с этой жизнью, поэтому он выходит как таковой за рамки этого описания.

 

 

Если мы рассмотрим эти пять состояний развития, бросится в глаза, что вторая и четвертая фазы являют определенное равновесие. Эти фазы внутренне связаны. Ниже будет показано, что в особенности вторая фаза развития является подготовкой четвертой.

 

 

В третий период ребенок снова выражает себя непринужденно. Таким образом, внешний мир снова может узнать, что происходит в детской душе во время и после пубертета. Но это ни в коем случае не означает, что во время латентного периода нет по меньшей мере столь же важных событий в развитии, как в предшествующий или последующий периоды.

 

В этих описаниях три большие периода очерчены лишь в общих чертах. В конце каждого периода всегда можно найти элементы следующего, находящегося в подготовительной стадии периода. Есть переходный период от младенческого к школьному возрасту, и препубертатный период, когда уже заявляет о себе половая зрелость. Все эти детали будут обсуждаться в следующих главах.

 

До сих пор периоды развития рассматривались с социальной точки зрения. Если принимать за исходный пункт самого ребенка, можно прийти к иной характеристике трех периодов: в первый ребенок главным образом стремится подражать; во время второго развивается детская жизнь чувств; во время третьего периода ребенок завоевывает мир идей.

 

Каждый психолог, который занимается закономерностями, могущими быть найденными в развитии ребенка, приходит к делению на определенные периоды развития. Причиной того, что у различных исследователей эти периоды различны, является тот факт, что исходными являются разные точки зрения, и поэтому исследуются разные функции. Чаще всего деление правильно с избранной точки зрения. И все же оно несовершенно, отсутствует обобщающий способ рассмотрения, показывающий, как объединить эти различные точки зрения в нечто большее и цельное.

 

Поэтому в этой работе мы поставили перед собой задачу рассмотреть развитие со многих различных точек зрения и возникающие в результате этого закономерности развития всякий раз сопоставлять между собой.

 

 

Мы должны быть в состоянии выстроить перед нашим духовным взором такую подвижную картину детского развития в динамике; развития не только физического облика, но и душевного.

 

 

 

 

Разделение развития ребенка от новорожденного до взрослого состояния на три больших периода примерно по семь лет было предпринято на основе рассмотрения душевного развития. Вначале мы хотим исследовать, насколько эти периоды имеют под собой физическое основание, обнаруживающее себя в изменениях облика ребенка.

 

 

Заслугой Целлера является то, что он подробно описал эти изменения облика и иллюстрировал их замечательным фотоматериалом. Мы воспользуемся здесь некоторыми из его изображений. Целлер указал прежде всего на большое значение седьмого года жизни, в который происходят физические изменения, означающие столь же значительный переворот, как и изменения периода полового созревания.

 

После того как Штратц опубликовал свою работу о детском росте, стало известно, что физическое развитие ребенка происходит большими ритмами, причем рост в длину отдельных членов (вытяжение) и рост туловища в ширину (наполнение) сменяют друг друга. Во время этих различных фаз значительно, меняются все пропорции тела.

 

 

Для художника эти пропорции выражены в так называемом каноне. Канон взрослого человека в среднем таков, что размер головы составляет от 1/7 до 1/8 всей длины тела. Соотношение 1 : 8 признается классическим. Его находят в общем у лиц, достигающих в длину около 1,8 м. У людей более низкого роста соотношение 1 : 7 и З/4, и у самых маленьких 1 : 7 и 1/2.

 

 

У младенца же соотношение 1 : 4. Это значит, что размер головы составляет четверть от всей длины тела! Это соотношение видно в известной схеме Штратца, которую мы здесь используем.

 

 

 

 

 

Первая фаза развития ребенка: от 1 до 7 лет

 

от 0 до 1 года: грудной ребенок

 

от 2 до 4 лет: первое наполнение (маленький ребенок)

 

 

 

 

Вторая фаза развития ребенка: с 8 до 20 лет

 

с 8 до 10 лет: второе наполнение

 

 

 

(девочки с 11 до 14 лет, мальчики с 13 до 15 лет)

 

с 15 до 20 лет: созревание (третье наполнение).

 

К этой схеме Штратца, показывающей длину тела при канонах 4, 5, 6, 7 и 8, мы еще вернемся позже.

 

Можно описать изменения телосложения и более подробно, чем это сделал Штратц. Частично мы видим это уже у Целлера, который различает три фазы в первые семь лет, каждая со своим собственным характерным обликом. Их можно назвать телосложением новорожденного, телосложением маленького ребенка и переходным телосложением. Обычно на седьмом году жизни ребенок приобретает облик ребенка школьного возраста.

 

Второй период начинается с облика ребенка школьного возраста, который изменяется вследствие второго наполнения между 8 и 10 годами жизни; и во время пубертета появляется новый облик.

Третий период начинается с облика пубертатного периода, за которым следует третье наполнение, благодаря чему облик обретает зрелость. Этот процесс завершается в 18 лет. После этого юноша и девушка еще медленно продолжают развиваться до облика взрослого мужчины или женщины.

 

С первого взгляда уже должно было броситься в глаза, что эти метаморфозы телосложения совпадают с периодами психологического развития.

 

Теперь попытаемся подробнее охарактеризовать различные фазы развития облика человека и пояснить это некоторыми иллюстрациями.

 

 

 

 

Голова в ширину такая же, как грудная клетка. Та еще бесформенно кругла и плавно переходит в животик. Плечи шире таза, в чем ежедневно убеждается каждый акушер.

 

Ручки коротки. Они следуют в целом ритмам развития туловища и при этом сохраняют длину таким образом, что руки всегда находятся на уровне бедер. Относительно меньше всего сформированы таз и ноги. Ноги составляют только полторы длины головы (представьте себе такое соотношение у взрослого!). Они округлы и имеют характерные жировые складки на внутренней стороне бедер. Таким образом, сверху вниз можно констатировать преимущественное развитие: головы в отношении к туловищу, плеч в отношении к тазу, черепной коробки в сравнении с лицевой частью черепа, глаз в сравнении с нижней челюстью и т. д.

 

Типичным для облика грудного ребенка является почти полное отсутствие шеи. Круглая голова кажется посаженной непосредственно на туловище и отделена от него лишь несколькими жировыми складками.

 

Кожа здорового ребенка грудного возраста туго натянута на жировых подушечках. Суставы выгладят как перетянутыми шнурком. Мышцы развиты еще очень слабо. Их контуры не видны под кожей.

 

Облик грудного ребенка сохраняется в первые полтора года в его общем виде. На втором году жизни происходит сдвиг, который выражается в относительно ускоренном развитии нижней части тела, благодаря чему она наверстывает, так сказать, отставание по сравнению с верхней.

 

 

2. Как только это произошло, общее впечатление становится другим. Ребенок приобретает теперь совсем другие пропорции, которые можно назвать обликом маленького ребенка. Этот облик маленького ребенка сохраняется в целом от двух с половиной до пяти лет.

 

Маленький ребенок имеет канон 1 : 5 по сравнению с 1 : 4 у грудного младенца. То есть тело выросло быстрее, чем голова, которая, в свою очередь, тоже увеличилась. Это относительное удлинение тела связано в существенном с ростом туловища в длину. У маленького ребенка чаще туловище растет больше, чем ноги; или же то и другое в равной мере. Речь еще не идет о выраженном росте ног.

 

Вследствие этого роста туловища в длину, а также и вширь (фаза первого наполнения!), у маленького ребенка в общем облике преобладают относительно мощные грудь—живот, тогда как у грудного младенца доминирует большая голова.

 

-образной кривизны позвоночника. Животик полноватый и снизу ограничен складкой кожи, явно имеющей форму полукруга. Грудная клетка широко открывается книзу и незаметно переходит в живот. У ребенка еще нет талии. Угол ребер внизу широкий. Таз так же широк, как и плечевой пояс. Шея немного больше выражена, чем у младенца; но голова все еще посажена глубоко в плечи. Структура поверхности кожи все еще определяется подкожным жиром. Еще нет мышечного рельефа. Жировые складки на внутренней стороне бедер, однако, исчезли, также как и подушечки жира на тыльной стороне рук и подъеме ног. Перетянутость подкожной жировой ткани на местах соединения суставов также исчезла, части конечностей непрерывно переходят друг в друга.

 

Голова стала сравнительно меньше, что выражается в каноне 1 : 5. Глаза находятся ниже середины высоты головы, отчего по-прежнему выдается большой лоб.

 

показывает нормального малыша в возрасте трех лет.

 

 

3. На пятом году жизни облик маленького ребенка начинает сильно изменяться. Для ребенка наступают годы первого вытяжения, первого роста в длину. Большая часть его приходится теперь на ноги.

 

В то время как маленький ребенок сохраняет еще свое младенческое лицо, конечности начинают расти и становиться длинными и стройными. Жировой рельеф исчезает, становятся видны мышцы, суставы, образующие утолщения в рельефе конечностей. В сущности, более оформленно выступают и колени. Становятся видны коленные чашечки и выделяются широкие концы полых костей. Нос еще мал, хотя немного больше выражен. Но верхняя губа еще выдается над нижней губой (Рис. 6.3):

 

 

Это возраст, года ребенок созревает для школы, когда, как это будет описано позже, его игра изменяет характер и становится целеустремленной.

 

-образную кривизну и тем самым становится изящнее. Плечи расширяются и становятся более сформированными. Обозначаются ключицы. Под ними возникают углубления кожи, через которые проступают плечевые суставы. На спине выступают лопатки. Шея теперь вырастает, благодаря чему голова свободнее и гармоничнее возвышается над туловищем.

 

Целлер говорит об этой метаморфозе облика следующее: облик ребенка школьного возраста качественно отличен от облика маленького ребенка. Один нельзя реконструировать из другого изменением размеров. Это обретение другого качества, охватывающего всю психофизическую личность. Основной чертой новой соматической структуры можно назвать теперь преобладание моторного аппарата под полостями тела и их большими пространствами.

 

)

 

Линия, проведенная через зрачки, поднялась кверху, благодаря чему лоб меньше доминирует. Глаза на лице стали относительно меньше. Они получили другое выражение, а именно, более выжидающее, сознательное, критическое. Верхняя губа больше не выдается над нижней. Рот кажется тоньше, закрытее, строже.

 

Общее впечатление — это гибкая стройность и само собой разумеющаяся легкая подвижность, элегантность; признаки, которых у маленького ребенка вообще не было.

 

Часто дети этого возраста худы: увеличение веса во время интенсивного роста в длину недостаточно, чтобы обеспечить наполнение тела.

 

Весь облик определяется конечностями и гибкой подвижностью.

 

С достижением облика ребенка школьного возраста дети вступают в совершенно новый этап жизни.

 

черты маленького ребенка, не могут утвердить себя в среде общей школы и вынуждены в первых классах бороться со многими трудностями, часто вначале даже не интеллектуального порядка, а скорее в отношении социального поведения. Они не могут успевать, подвергаются насмешкам и чувствуют себя несчастными.

 

В отношении общей метаморфозы облика есть как явления отставания, так и акселерации, опережающего развития. Обе группы детей приносят с собой свои особые проблемы, что еще необходимо будет обсудить в следующей главе.

 

В определенных случаях при оценке метаморфозы облика можно столкнуться с некоторыми трудностями: худенький малыш кажется старше и при поверхностном рассмотрении может казаться похожим на ребенка школьного возраста. Кажется, что пухлый малыш дольше остается маленьким ребенком; но и здесь происходит изменение облика конечностей, и именно характер моторики поможет тренированному наблюдателю в оценке.

 

Здесь надо сделать еще несколько замечаний о смене зубов, начинающейся вместе с началом роста в длину переходного облика.

 

Молочные зубы состоят из резцов, клыков и затем парных молочных зубов.

 

Смена зубов начинается, когда за молочными зубами пробивается первый постоянный коренной зуб (вверху слева и справа, а также внизу). Только после этого начинается собственно смена зубов, которая зачастую происходит в той же последовательности, как и прорезывание молочных зубов. Обычно вначале меняются нижние средние резцы, потом средние верхние и т. д.

 

Процесс смены зубов, начинающийся с достижением готовности к школе, охватывает весь второй семилетний период. Между десятью и двенадцатью годами пробиваются вторые (подлинные) коренные зубы. Кроме того, происходит смена молочных коренных зубов на постоянные коренные зубы. После двенадцати лет меняются клыки. К четырнадцати годам завершается формирование постоянной челюсти человека, за исключением зубов мудрости.

 

Обобщая третью и четвертую фазы, можно сказать: ребенок готов к школе, как только началась смена зубов и он однозначно вступил в переходный период.

 

Полное преобразование в облик ребенка школьного возраста происходит в течение первого и, возможно, второго года учебы в школе. На седьмом году весь облик в целом еще сильно меняется: фотографии, сделанные год назад, по сравнению со снимком, сделанным в данный момент, отчетливо показывают, за какое короткое время исчезают следы младенческой мягкости, а также вырастают подбородок, рот и нос, как направленнее и увереннее становится взгляд.

 

 

Теперь следует фаза до начала пубертатного периода, во время которой, как кажется, мало что может измениться как физиологически, так и психологически.

 

В отличие от обычных работ, освещающих этот период несколькими предложениями, остановимся на важном психологическом кризисе десятого года жизни. Нельзя просто опустить этот период, приняв во внимание только развитие облика.

 

Девятый и десятый годы жизни образуют фазу второго наполнения. Вначале еще щуплый, часто худой облик ребенка школьного возраста становится более зрелым и полным и на основной схеме выглядит всесторонне и равномерно выросшим. Но при действительно точном рассмотрении эта равномерность оказывается кажущейся.

 

Туловище растет в эти годы в длину сильнее, чем до этого и после этого (что проявляется в быстро изменяющейся высоте посадки). Усиленный рост в длину идет рука об руку с расширением туловища. Из-за этого вновь исчезает рельеф мышц, который появился, как было описано, перед семью годами во время фазы роста конечностей. Общее впечатление определяется уже не стройными подвижными конечностями, всей двигательной системой, которая включает также туловище как подвижный орган, а массивным содержимым туловища. Как будто бы на более высокой ступени повторяется впечатление от облика маленького ребенка, теперь у детей сильные широкие туловища с хорошо сформированным жировым слоем; это нечто иное, чем стройные, мускулистые тела в начале периода учебы в школе (Рис. 7.5):

У первоклассника это так: со своими круглыми свежими щеками он кажется полным. Но тело вытянувшегося ребенка стройное.

 

В возрасте от 9 до 10 лет одетым ребенок кажется бодрым и стройным, но при раздевании его тело кажется заплывшим жиром. В частности, рисунок мышц на животе и спине снова стерт больше, чем на конечностях.

 

 

За этой фазой второго наполнения, в которой можно отметить больше своеобразных подробностей, чем просто наполнение по всей линии, следует теперь намного более глубокое изменение, которое появляется в начале периода полового созревания.

 

 

Конечности растут очень своеобразно. Они увеличиваются и огрубляются в направлении периферии. Руки и ноги растут быстрее всего, несколько медленнее предплечье и голень, медленнее всего бедра. В конце периода, предшествующего пубертету (для мальчиков четырнадцатый, для девочек двенадцатый год), вследствие этого нарушается гармония облика, тем более что в это же время лицо меняет свои пропорции. (

Рис. 7.6

)

Соответственно сильному росту периферии конечностей самым интенсивным образом растет нижняя челюсть и становится грубее. Из-за этого детская округлость лица переходит в преувеличенно вытянутую форму лица пубертатного периода. Нос также увеличился и временно стал даже грубым и бесформенным.

 

Все эти явления указывают на то, что в этой первой подготовительной фазе пубертета более значительна роль передней доли гипофиза, и не половых желез. Это означает, что половое созревание еще не началось.

 

 

 

7. Пубертатный период. В этот момент сильнейшей дисгармонии в пропорциях можно считать, что начинается период непосредственно полового созревания. Это заметнее всего выражается в изменении и форме лица. Увеличенное лицо с выросшим подбородком, большим носом и еще детскими глазами благодаря росту в ширину прежде всего скул становится более пропорциональным. Появляются более личные черты. Взгляд теряет свою неуверенность и более осознанно смотрит на мир. Рот и подбородок производят более волевое впечатление. Весь облик говорит о том, что его носитель пытается приобрести право на самостоятельную точку зрения.

 

Теперь начинают развиваться и вторичные половые признаки, а также функционировать половые железы.

 

Во время этой второй фазы половой зрелости вдруг совершенно прекращается рост ног в длину. Зато начинает расти туловище. Весь рост ограничивается почти исключительно туловищем. Благодаря этому возникает заметная гармонизация пропорций, поддерживаемая дифференциацией типичных форм обоих полов.

 

Весь процесс осуществляется у девочек примерно на два, а то и более года раньше, чем у мальчиков. У первых он происходит быстрее, поэтому следующие одна за другой фазы короче и легче обозреваемы. Предшествующий пубертету период с ростом ног в длину начинается у девочек уже в конце десятого года и продолжается на 11-м и 12-м году. В 12-13 лет начинается собственно пубертатный период с развитием груди и округлением бедер. К этому примыкает начало появления волосяного покрова.

 

Прилагаемые фотографии иллюстрируют эти процессы.

Можно сказать, что мальчик в своих более медленных процессах роста строго придерживается определенных равномерных ритмов развития. Девочка ускоряет этот процесс развития и тем самым выпадает из ритма. Но для последующего процесса созревания юной девушки в женщину снова необходимо большее число лет. Этот процесс более раннего полового созревания наметился у девочек с 19-го века и сильнее заметен у городского населения.

 

Во время пубертатной фазы, кроме дифференциации полов, проявляется также выделение конституционных признаков. При этом у долговязого, худого, так называемого лептосомного типа главный акцент приходится на первую фазу полового созревания; облик этой фазы сохраняется всю жизнь. У невысокого, более широкого, так называемого пикнического типа первая фаза менее отчетлива, отчетливее проявляется вторая фаза, а именно рост туловища в длину и ширину. Я упоминаю лишь два экстремальных типа, так как нашей задачей не является рассмотрение типов конституции взрослых. Но если в конце первого семилетнего периода для правильного диагностирования развития мы должны при изменениях облика обращать внимание на конституционный фактор, то во время периода полового созревания мы должны учитывать его несравненно больше.

За пубертатным периодом следует фаза зрелости, во время которой облик становится обликом зрелого юноши и зрелой девушки. У молодого человека растет грудная клетка и плечевой пояс, у девушки таз и бедра.

 

И в этой третьей фазе внимание снова привлекает прежде всего туловище в его третьем наполнении.

 

С окончанием этого процесса созревания у большинства авторов заканчивается описание развития.

 

Но это несправедливо, потому что не только в психическом, но и в физическом отношении продолжается развитие в мужчину и в женщину. У мужчины наблюдается еще незначительный рост в длину. Важнее усиление всего облика. Система мышц, а именно на конечностях, становится упругой и эластичной. И скелет становится еще тяжелее и сильнее.

 

(См. Таблицу 1 )

 

Таблица  1.

 

голова преобладает по развитию и величине

 

мышечная система, скелет становится массивнее

В этой схеме бросилось бы в глаза следующее: вехами физического развития ребенка являются приобретение облика ребенка школьного возраста и пубертет. Обеим предшествуют фазы усиленного роста в длину: первое и второе вытяжения. Благодаря этому развитие до 21 года делится на три периода.

 

В каждый период развития привлекают внимание последовательно голова, туловище и конечности. Только в пубертатный период преобразование так кардинально, что голова, туловище и конечности изменяются одновременно еще сильнее.

 

Изменения пубертатного периода (здесь имеется в виду вторая фаза по завершении вытяжения в предшествующий пубертету период) в целом можно обобщить как гармонизацию и индивидуализацию облика. Индивидуализация касается, во-первых, пола; образуется типично мужской или типично женский облик; во-вторых, конституции, в которой отчетливо выражается индивидуальный тип конституции; в третьих, личности, накладывающей отпечаток на весь облик в силу душевной позиции, проявляющейся прежде всего в лице и взгляде, в поведении и движениях.

 

лептосомного типа сохраняются некоторые черты облика предшествующего периода, а у других конституционных типов возникают существенные отличия от облика периода полового созревания.

 

 

Когда, рассмотрев душевное развитие, мы будем говорить о ступенчатой структуре душевной жизни, мы вернемся к этому понятию метаморфозы.

 

 

смены зубов

Первый период жизни ребенка, когда он еще всецело живет под защитой родительского дома, с биологической точки зрения следует разделить на три фазы развития: фаза грудного ребенка, фаза маленького ребенка и фаза перехода к школьному возрасту.

Опишем душевное развитие ребенка в этих трех фазах.

Новорожденный ребенок представляет собой еще беспомощное существо, во всем полностью зависящее от окружения. Лежа в колыбели, со своими неловкими движениями и тихим почмокиванием, он еще не выказывает никаких проявлений душевной жизни в собственно человеческом смысле. Примитивные жизненные инстинкты побуждают его кричать от холода и голода. Если эти примитивные жизненные инстинкты удовлетворены, он знает только два занятия, а именно, питье и сон. Лишь постепенно в ходе развития в течение ряда лет пробуждается человеческая душевная жизнь в ее функциях мышления, чувствования и воления.

сосать, радостно оглянуться, чтобы потом снова припасть к сладкому источнику и удовлетворенно зачмокать.

Это могла бы пояснить следующая схема.

чем-либо думать, а должны были бы только есть и спать. Это была бы гигантская концентрация физических сил, сравнимая лишь с тренировкой перед мировым первенством в беге на длинную дистанцию. Однако это происходит у новорожденного ребенка. Все его еще внешне невидимые свойства сконцентрированы на одном: на росте. Этому подчинено все остальное.

Это огромное физическое достижение за такое короткое время удается человеку только раз в жизни. Последующие периоды удвоения веса требуют уже гораздо больше времени, а именно, до двух лет, потом до восьми лет, а позже до 16 лет. Мы видим в этом резкое уменьшение интенсивности роста после первых месяцев жизни.

Второй и последующие периоды удвоения веса человек осуществляет при совершенно иных обстоятельствах. Увеличился объем бодрствования. Его функции больше не направлены исключительно на телесное. Возникли различные инициативы в области сознательной жизни.

Таким образом, можно сказать: малыш есть совершенный орган чувств; но орган чувств, в котором действует желание (воля).

Следствием такой активной преданности внешнему миру является подражательность ребенка. То, что он изучает в первую фазу жизни, является следствием подражания. Это подражание может быть более или менее интенсивным. Оно зависит от различий в характере, типе и темпераменте, то есть определяется внутренними факторами. Душевная жизнь ребенка развивается в этот первый период благодаря подражанию.

Подражание идет гораздо дальше, чем просто подражание речи или подражание в игре деятельности окружающего мира. Прежде чем ребенок достаточно разовьется, он уже многое возьмет из своего окружения. Отсюда можно прийти к выводу, кажущемуся парадоксальным, что чем менее сознательно ребенок относится к восприятию, тем глубже оно проникает в его душу. Там, где ребенок еще не может сознательно противопоставлять себя восприятию и перерабатывать его, прежде чем оно станет его собственным, там интенсивнее всего продолжает действовать впечатление и может проникать в глубочайшие, бессознательные слои души. Там эти впечатления остаются и образуют основу будущего сознательного опыта.

Несомненно, это большая заслуга в целом одностороннего психоанализа, что оно открыло нам глаза на эту связь подсознательного с первым детским опытом.

В этот первый период развития ребенка на родителях лежит большая ответственность. Как раз то, что не доходит до сознания и не перерабатывается, проникает в глубочайшие слои души и остается там, чтобы позднее стать причиной определенных настроений, чувств или образа действий.

Ребенок, чья душа так открыта для мира, воспринимает не только движения отца, который раздраженно отворачивается и выбегает в дверь, моральное содержание этого жеста также воспринимается душой ребенка и покоится там на дне будущего подсознания. Пройдет ли человек по жизни, сохраняя несокрушимую веру в добро этого мира как фундамент своей душевной жизни, несмотря на неудачи, или же, несмотря на то, что ему многое удается, основным его настроением будет недоверие и недостаток радости, во многом определяется родительским окружением в первые годы жизни.

В первые годы жизни воспитательное воздействие осуществляется благодаря тому, чем мы сами являемся, благодаря приобретенному доверию, благодаря нравственности, выражающейся в поступках.

 

Переходное состояние к младшему детскому возрасту

 

Став освоенной частью мира, собственная телесность может быть постепенно использована для завоевания других областей мира. — Ребенок с трудом поднимается из горизонтального положения и должен найти для этого новую ориентацию в пространстве.

Мы должны немного остановиться на этом процессе выпрямления, потому что он после умения улыбаться является одним из первых подлинно человеческих проявлений ребенка.

Все высшие млекопитающие в течение всей своей жизни остаются в горизонтальном положении. Они не выпрямляются по вертикали. Это относится также и к кенгуру и горилле. Это доказывает скелет. Процесс выпрямления человека связан с дифференциацией функций рук и ног. Только ноги сохраняют функцию перемещения. Руки, напротив, освобождаются от этой задачи и находятся в распоряжении человека как инструмент душевной жизни. Они становятся органом выражения и исполнения высших задач. У животного все четыре конечности связаны с перемещением; даже у четырехруких обезьян. У человека дифференциация рук и ног заходит так далеко, что руки во время развития следуют ритмам роста туловища, а не ног.

Процесс выпрямления обычно начинается во второй половине первого года жизни, когда ребенок начинает сидеть, затем ползать и, наконец, вставать на ножки. Заканчивается он на втором году жизни, когда ребенок выучивается ходить. Только когда ребенок уже быстро бегает, он теряет облик грудного младенца с жировыми складками на бедрах и подушечками на руках.

Будем рассматривать овладение ходьбой как завершение периода грудного младенца и овладение речью как начало перехода к стадии младшего детского возраста. В определенных случаях эти периоды могут частично накладываться друг на друга.

Во время первой стадии процесса выпрямления, при ползании и подтягивании, ребенок еще использует свои руки для перемещения. Только при первом свободном шаге ситуация меняется.

По тому, как именно ребенок выпрямляется, можно узнать уже очень многое о его внутреннем существе, проявляющемся затем в течение всей жизни. Это первые проявления его биографической потенции.

Если проследить дальнейшее развитие этих двух типов детей, то можно увидеть, что индивидуальный характер процесса выпрямления проявляется и дальше во всем жизненном поведении.

Только когда ребенок уже бегает, фаза грудного возраста бывает завершена. В этот период времени пробуждается жизнь восприятий.

Ребенок завоевывает часть пространства внешнего мира. Пробудилась самая первая форма воспоминания (смотри главу о трех видах воспоминаний). Благодаря ритмическому повторению образовались определенные рефлексы и привычки. Мышление, сознательное взаимосвязывание, обобщение и комбинация восприятий, пока еще не проявилось. Оно может развиться только в связи с развитием речи в следующей фазе.

 

Переход к фазе маленького ребенка

Ходьба — речь — мышление

 

Уже в процессе выпрямления развилась новая, чисто человеческая способность: речь.

До этого ребенок воспроизводил различные звуки: плач при неудовольствии, крик, смех и бормотание как выражение удовольствия.

Мама, папа, дядя — первые понятные слова. Речь начинается лишь в сопровождении определенных чувств. Она не связана с определенными представлениями. Только когда выпрямление дошло до стадии высвобождения рук от задач перемещения, поток звуков становится более оформленным. Целые слова начинают звучать лишь тогда, когда вовсю идет овладение ходьбой.

Овладение речью есть сложный процесс, как физиологически, так и психологически. Физиологически лишь теперь в мозгу образуется речевой центр, а именно, во взаимосвязи с центром руки, от природы предрасположенной к хватанию (у правшей — в левой, у левшей — в правой половине головного мозга).

Психологически мы констатируем, что в процессе овладения языком закладывается основа сознательной душевной жизни человека.

В языке, как было сказано, живет то, что завоевали люди определенного региона Земли и определенной эпохи как духовные ценности.

В восприятии определенного языка как родного способ переживания внешнею мира направляется в совершенно определенное русло.

Ребенок не только привыкает к общеупотребительному языку, пригодному для того, чтобы как можно удобнее и быстрее обменяться определенным опытом, но и к очень тонко дифференцированному духовному миру. Другими словами: язык не разменная монета в духовном обмене, а структурообразующий созидающий дух. Поэтому столь важно участие родного языка в созидании структуры нашей личности. Мы так сильно срослись с ним, что переживаем его как часть нашего собственного существа, наслаждаемся его красотой, любим его как что-то близкое и чувствуем себя задетыми до глубины души, если возникает угроза лишиться его. Это неудивительно, так как именно он, язык, участвовал в нашем формировании.

Ребенок соприкасается с этим сложным миром, учась говорить. Если рука не является больше органом передвижения, а высвобождается и тем самым обращается к выполнению своей более высокой задачи в человеческой жизни, в мозгу наряду с центром руки формируется речевой центр.

Услышанному извне подражают, постоянно упражняясь. С поразительной энергией ребенок овладевает словарным составом языка и умением говорить. Как в первые пять месяцев жизни он добился огромного успеха, удвоив вес, так на втором и третьем годах жизни он добивается духовного успеха, также достойного восхищения.

В этой фазе можно снова подметить многое в характере ребенка, как и при овладении ходьбой.

Сначала можно наблюдать большее или меньшее усердие, с которым ребенок свыкается с миром языка. Затем видят детей, подражающих более пассивно, более или менее рабски воспринимающих разговорный язык. Другие, напротив, решительно создают свою собственную манеру выражаться. У этих детей наряду с обычными названиями предметов и лиц, усвоенных путем подражания, есть собственные, созданные самостоятельно. Чувствуется, что здесь еще живет способность творчества, даруемая лишь великим поэтам, а именно, создавать слово, исходя из индивидуальной сущности звуков, которое может выражать личный опыт. Другие дети из-за неспособности воспринимать речь долгое время говорят на непонятном языке. Часто это дети, которые позже выделяются своим созерцательным отношением к миру. Но нередко это также является признаком общей отсталости.

Это взгляд на возникновение мыслительных образов в человеке через 2000 лет вновь объединяется с новейшими результатами исследований о целостном характере детских понятий.

Следующая стадия — это добавление к названиям вещей слов действия: печь горит — кошка прыгает — сестренка плачет и т. д. Внешний мир констатируется не только как существующий, но воспринимается и как мир действующих существ.

Помимо этого, богатый языковой запас окружения вносит существенный вклад в дифференциацию мышления ребенка.

Это относится как к способности представления, формирующейся в связи с называнием, так и к логическому ходу мышления, образующемуся при построении предложения. Точный выбор слов, при котором четко выступают нюансы, развивает такие представления. Хорошее построение предложения составляет основу динамики мышления.

То, что речь с большим запасом слов дает возможность более тонкой дифференциации мыслительных образов, совершенно ясно. Построение предложения в разных языках дает мышление разного рода. Это становится ясно, если, например, сравнить романские языки с германскими. И внутри одного языкового корня есть значительные различия. Немецкий язык, например, позволяет выразить понятие соединением слов в одном едином слове, в то время как голландский допускает это только через описание с помощью ряда слов. В первом случае понятие фиксируется скорее, в то время как во втором благодаря описанию все более подвижно.

Все это, кажущееся незначительным, в действительности оказывает большое влияние на формирование структуры личности. Основательное изучение различных языков означает поэтому нечто большее, чем просто удобство общения или что-то столь же утилитарное. Это означает серьезное обогащение всей нашей внутренней жизни и дальнейшее развитие и усложнение нашего мышления. — Родной язык, в котором мы живем, будет иметь наибольшее влияние. Он имеет наибольшее значение, если он передается подражающему ребенку со всем его богатством и внутренней созидательной силой.

Если же детей с раннего возраста побуждают осваивать наряду со словами и структуру предложения (метод глобализации), то результаты значительно лучше и обедненность мышления в будущем не столь велика.

В качестве примера мог бы послужить следующий случай.

Воспринять такое содержание абстрактным путем нам не вполне удается.

Этим мы завершим раздел об овладении ходьбой, речью и мышлением. Мы смогли увидеть, как ребенок, направляемый своим внутренним стремлением к движению, ориентируется в пространстве как прямоходящее существо, как он осваивает родной язык из внутреннего стремления к подражанию, благодаря чему создается возможность из неоформленного осознания жизни развить мышление как первую сознательную психологическую функцию. Таким образом, мы можем выделить начало развития мышления на втором-третьем году и при этом заметить, что это мышление главным образом реалистично, так как направлено на упорядочение мира восприятия. Как это мышление изменит свой характер в последующие периоды развития, станет видно из следующих глав.

 

Развитие жизни чувств в фазе до смены зубов

 

Жизнь чувств грудного младенца колеблется между чувствами удовольствия и неудовольствия. Хотя это и является основным признаком жизни чувств, но у грудного младенца эти чувства удовольствия и неудовольствия полностью зависят от жизненных функций телесного организма. Тем самым последние поднимаются снизу в душу — как было рассмотрено в схеме, данной во вступлении.

При переходе к младенческому возрасту, то есть в период обучения хождению, речи и мышлению, окружающий мир во все возрастающей мере участвует в возникновении чувств. Маленький ребенок весел и доволен, если он чувствует себя здоровым и внешний мир предлагает приятные ситуации. Но он вял и плаксив, если здоровье нарушено, или окружающий мир его не устраивает.

Признаком жизни чувств, как и у взрослого, является то, что она менее сознательна, чем мышление. Наше чувствование постоянно разыгрывается в полусознательном состоянии мечты. Если мы захотим исследовать жизнь чувств ребенка, мы должны будем обратить внимание на тот момент, когда жизнь чувств впервые принимает этот полусознательный мечтательный характер. Но для этого необходимо, чтобы чувство было не только реакцией на происходящее в жизненной сфере или в ближайшем окружении, но чтобы сюда проникали и влияния из сферы духовного.

Лучше всего изучать развитие жизни чувств, обращая внимание на характер детской игры.

Играть ребенок начинает очень рано. Уже в первые месяцы жизни можно говорить об игре. Ручки, попадающие в поле зрения, оказываются управляемыми и становятся первой игрушкой. Позже ребенок открывает ноги, а они еще забавнее, потому что ребенок их то и дело теряет и все время ищет. Потом это костяное кольцо или погремушка, позднее кубики и коробки, которые можно постоянно ставить друг на друга или рядом.

рождением чувствования. (Соответственно рождению мышления как того момента, когда благодаря ассоциациям отдельные разрозненные восприятия ребенка начинают соотноситься друг с другом и сохранять замкнутую взаимосвязь.)

Игра становится гораздо интенсивнее.

целый жилой дом со столовой, спальней и кухней. Понимаешь: ребенок не просто играет в домик под столом, но это пространство под ним является для него домом. Ребенок с помощью своей фантазии отгородился от действительности и смотрит на нее так, как этого хочет фантазия. Ребенок сам порождает мир фантазии и сказки, в котором возможно все, что фантазия сочтет необходимым.

Настало время, когда ребенок смотрит на мир через волшебное стекло, в котором краски и связи могут изменяться по его усмотрению.

Каждый человек переживал нечто подобное.

Теперь для ребенка наступило время безудержной игры. Все: коробка спичек, кусочек цветного стекла — обретает невиданную ценность, и ребенок ищет возможности дать волю своей фантазии один или вместе с другими.

Задача в том, чтобы интуитивно понять момент, когда игра должна быть закончена, прежде чем превратится в свалку. Ребенок не знает меры и слишком легко переоценивает свои физические силы.

То же самое мы переживаем, когда видим, как кукольная мама все время вынимает из кукольной колыбели постель и снова сооружает ее, и снова вынимает, и снова укладывает. Или у детей, набрасывающихся на новую книжку для раскрашивания: исписывают каракулями и изрисовывают страницу за страницей, в самый разгар работы переворачивают и начинают новый рисунок. Иногда несколько страниц подряд примерно одно и то же. На уже готовый рисунок больше не смотрят, все дело в процессе возникновения, самого роста.

Здоровый ребенок этой ступени не знает остановок в игре. Если он все же останавливается, то только для того, чтобы начать новую игру, или потому что он, несмотря ни на что, устал и проголодался, и естественные реакции диктуют ему перерыв.

ритмическими процессами в человеке, которые никогда не устают, как, например, дыхание и сердцебиение. Неритмичное и интеллектуальное быстро утомляют детей во время игры. Эта игра ради игры изменяется лишь в течение шестого года жизни.

Вначале незаметно в игру приходит другой нюанс. В определенный момент, чаше всего на шестом году жизни и примерно во время начинающейся смены зубов, становится ясно, что ребенок снова вступил в новую жизненную фазу.

 

Развитие воли перед сменой зубов

 

Впервые в ребенке просыпается нечто, что можно назвать началом подлинной жизни воли. Ребенок вступает в мир с сознательной волей. Он сам ставит перед собой задачу, которую хочет довести до конца во внешнем мире.

До сих пор действие стимулировалось желаниями и инстинктами, позже также продуктивным потоком игровой фантазии. Теперь действие поднимется над этим уровнем и обретает признаки целенаправленной воли.

Только когда ребенок пришел к тому, что сам ставит перед собой задачу, он созрел для школы. Теперь у него такое состояние души, при котором возможна учеба.

Одновременно с пробуждением направленной воли изменяется все отношение ребенка к внешнему миру. Это изменение следует охарактеризовать, может быть, следующим образом: пока ребенок еще играет, не обращая внимания на результат, а только чтобы ощутить радость созидания, он еще не воспринимает объективной ценности своих достижений. Если ему нужна лодка, чтобы пустить ее в плавание по озеру-ковру, для этого вполне пригодны кусочки дерева, картона или коробочка. Розовые очки фантазии в любом случае видят в этом желаемое судно. Внешний объект является высшим проявлением фантазии. Малыш может прибежать со скромным лоскутом, полный восхищения, и рассказать, какая у него роскошная сумка для куклы Ани. Взрослый охотно подтверждает, что она роскошна, хотя и не представляет, как его держать, чтобы он был похож на сумку. По-другому это будет происходить, если в ребенке произошло изменение, свидетельствующее о его готовности к школе. Он постепенно осознает свою собственную неспособность осуществить то, что он видит в своей фантазии. Он прибегает к помощи взрослых, как только не хватает его возможностей для придания реальной формы.

И все же это время можно с правом назвать первым пубертатным периодом.

Ребенок в этой фазе судит о человеке по тому, что он может, а не по тому, что он знает в интеллектуальном отношении.

Если в ребенке проснулось почитание, можно заменить подражание новым педагогическим принципом. Ребенок становится восприимчив к авторитету. Авторитет и почитание соотносятся друг с другом так же, как замок и ключ. Авторитет без почитания приводит к рабству. Только там, где благодаря благоговению авторитет является внутренним волеизъявлением, он может быть педагогическим принципом.

Созревший для школы ребенок стремится из глубины своей воли к почтительному отношению к миру. Поэтому в школе сила авторитета может вести его дальше.

В первой главе уже говорилось подробно о физических изменениях, появляющихся в период созревания ребенка для школы. Многолетний опыт подтвердил предположение, что психологическое и телесное созревание происходят вместе. Рост конечностей в длину и приобретение ребенком стройности и ловкости совпадают с пробуждением направленной воли. Ребенок, который долго сохраняет младенческий облик, остается и в психическом отношении еще не готовым к школе. Поэтому нужно учитывать все эти факторы, чтобы судить, готов ли ребенок к школе.

Многие неудачи в первом классе связаны с тем фактом, что ребенок не созрел для школы психологически. Даже тогда, когда ребенок преодолевает трудности и ситуация позже становится лучше, его уверенности в своих силах нанесен урон. Тем самым появляются зачатки так называемых комплексов неполноценности.

В сущности, между детским садом и школой должно существовать интенсивное сотрудничество, чтобы с сознанием ответственности определять, кто из детей созрел для школы.

Для детского сада серьезной проблемой является раннее развитие пяти и шестилетних детей. Они были бы пригодны для школы, но не могут быть зачислены в нее, так как не достигли предписанного минимального возраста. Пока этот возраст регулируется законодательно, а не предоставляется сознанию ответственности педагогов и школьных врачей, не остается ничего другого, как создавать в детском саду особую переходную группу. Она должна быть отделена от других детей, так как практика показывает, что на определенных занятиях держать их вместе с другими нецелесообразно (как, например, при рассказе).

 

 Таблица 2.

Переход к ребенку школьного возраста

 

 

 

Ребенок между сменой зубов и пубертетом

 

Описанию этого второго семилетнего периода следует предпослать краткую характеристику ребенка в первом классе. Психологическая ситуация ребенка на седьмом году жизни очерчена в предшествующей схеме.

В своем мышлении ребенок находится в последней фазе развития, начавшегося на втором году жизни и позволявшего ему давать имена и ассоциировать окружающий мир. Абстрактные представления ему еще совершенно чужды.

В отношении развития своего чувствования ребенок все еще находится на стадии творческой фантазии, когда силы собственной фантазии еще окутывают весь мир для жизни чувств доброй пеленой. Только жизнь воли, начинающаяся с постановки собственных целей во внешнем мире, вносит ноту реальности в общую ситуацию. И все же пробуждающаяся жизнь воли вырастает еще непосредственно из сферы желаний. Впервые поставленная цель вначале всегда является попыткой осуществить определенные желания. Жизнь желаний-воли еще тесно связана с жизненной сферой детского существа.

В этом кроется причина того, почему ребенок еще не созрел к восприятию абстрактных представлений и их усвоению на утомительных школьных уроках. Конечно, первый класс существенно отличается от детского сада. Детский сад должен исходить исключительно из элемента игры; первый класс также и из пробудившейся воли. И все же первый школьный год вначале лишь нюансами отличается от детского сада. Ребенка следует осторожно перевести из одного периода в другой. При этом нельзя внезапно прерывать творческую фантазию и элемент ритмической игры. Согласно требованиям официальных учебных планов для первого школьного года это было бы практически неизбежно. Метаморфоза этих душевных сил является такой значительной проблемой, что ей следует посвятить ниже особую главу. Но пока не будем прерывать описание и проследим путь ребенка дальше.

 

Ребенок от 7 до 9 лет

Первая метаморфоза мышления

 

Только по окончании седьмого года жизни ребенок полностью вступает в новую фазу жизни. В теле произошло революционное изменение, переход от облика ребенка дошкольного возраста к облику ребенка школьного возраста. В переходный период начали расти ноги. Ребенок стал подвижнее. После этого изменилось туловище. Когда ребенку исполнилось семь лет, лицо начало интенсивно меняться. Изменяется не только форма. Изменение формы является следствием более интенсивного роста нижней челюсти, ритм роста которой параллелен ритму роста ног. Из-за этого нижняя челюсть больше выдается вперед. Верхняя и нижняя губа плотно смыкаются, в то время как незадолго до этого верхняя губа еще выдавалась вперед. Благодаря росту нижней половины лица значительно изменяются пропорции лицевого черепа в пользу лица. Глазницы в этот период также стали относительно меньше. Как уже упоминалось, изменилась не только форма лица. Прежде всего на седьмом году жизни значительно изменилось его выражение. Это выражение отражает важную метаморфозу во внутренней жизни ребенка. На седьмом году жизни она происходит в мышлении.

Уже указывалось на то, что ребенок дошкольного возраста еще полностью открыт для окружающего мира. Он весь как один широко раскрытый орган чувств, впитывающий все из окружающего мира и усваивающий это путем подражания. Его открытый взгляд, доверчиво смотрящий на мир, его не совсем закрытый рот, постоянно готовый как к веселой улыбке, так и к плаксивой гримасе, являются физиогномическим выражением этого состояния.

Мышление больше не ограничивается жадным захватом и ассоциированием мира восприятий. Оно медленно обретает возможность расправить крылья, чтобы парить в своей собственной стихии. Оно получает возможность развивать свой образный характер. Другими словами, ребенок переходит от восприятия к мысленному образу. Жизнь в мысленных образах наиболее выражена прежде всего в первые годы этого второго периода жизни. Мысленные образы объединяются в замкнутый мир, который вновь испытывает потрясение лишь в пубертатный период. Этот детский мир имеет в себе нечто реально-нереальное. В нем находится место для всех элементов внешнего мира, воспринятых в предшествующий период. Но последовательность, объединение и в особенности оценка являются новыми и специфичными для маленького ребенка в этом возрасте.

Внутренняя активность проявляется в построении образов и представлений. Образы еще слабо ограничены. Они подвижны, преобразуются и действуют как действующие лица в театральной постановке. Их можно сравнить с мечтами наяву взрослых, в которых фантазия и желания играют с представлениями в собственном мире, закрытом для реального окружения. В мечтах своеобразие мышления этого периода детства продолжается и в дальнейшей жизни. Оно может привести к бесполезному времяпровождению, даже к извращениям; но также и к поэтическому настроению, в котором действительность переживается больше, чем это доступно голому рассудку.

Если нам знакомы мечты, мы поймем и ребенка в этот период и сможем ему помочь, давая ребенку необходимую пищу в трех младших классах. Собственно говоря, мы должны были бы быть поэтами.

В своей первой фазе жизни ребенок был сплошным органом чувств. Он прежде всего зависел от действий своего окружения. Он подражал ему. Он учился входить в сообщество.

Во второй фазе жизни, после седьмого года, ребенок более открыт для слов своего окружения. Он хочет, чтобы ему рассказали, что есть в мире, для чего это и что оно должно делать. Он чувствует влечение к человеку, рисующему мыслительные образы словами, чей голос ласкает и хвалит, который может рассказать настоящую красивую историю.

Уже указывалось на связь между речью и мышлением. В первой фазе это был сам язык, которым ребенок овладевал путем подражания. Он образовывал фундамент, на котором могло развиваться первое мышление.

И теперь это снова язык, слово, дающее мышлению возможность пройти свою первую метаморфозу и приобрести новый характер.

Ребенок способен к пониманию лишь с помощью произнесенного слова. Он может понимать, лишь говоря сам.

В этот период ребенку нужно много рассказывать. Но не абстрактно, имея в виду полезность, а с фантазией, живо, действенно. Сказки и басни, а также учебный материал, преобразованный в рассказы, могут дать настоящую пищу. Сам учитель должен стать творчески и поэтически одаренным мастером слова. Тогда он увлечет детей и даст им нечто непреходящее для их последующей жизни.

Когда ребенок приходит в школу, он вовсе не является чистым листом. В первую фазу жизни он уже воспринял нравственность, подражая своему родительскому окружению. То, что подготовлено здесь, должно быть развито учителем дальше. Но он может это сделать лишь при помощи слова в рассказах и в общении.

Ребенок еще не замечает потери детского рая, так как в отношении жизни чувств находится в первой фазе развития. Только после метаморфозы жизни чувств ребенок начинает переживать и эту потерю.

Первые три года в школе образуют период, который в психологическом отношении можно рассматривать как единство. Это необычайно счастливое время! Все действует согласованно, чтобы привести ребенка в уравновешенное, гармоническое состояние, в которое он никогда в будущем больше не возвратится. Пробуждающаяся сила воли, находящаяся еще под властью фантазии, охотно овладевает расширяющимся мышлением. Перед ребенком открывается новый мир, которому он отдается с благоговением.

В первые три школьных года обычно нет никаких проблем с порядком. Учителя пользуются неограниченным авторитетом. Ребенок охотно следует данному руководству. Тем важнее программа преподавания и больше ответственность учителя. Несложно за короткое время привести ребенка к тому, чтобы он развил свои способности к абстрагированию сверх психологически оправданного. Именно современный, рано созревший городской ребенок охотно воспримет интеллектуальный учебный материал. Но именно этот ребенок, для которого естественное окружение не является противовесом, более всего нуждается в пробуждении и развитии своих творческих сил, связанных с жизнью чувств и воли. В этом современная система воспитания находится не на высоте своих задач. Слишком раннее иссякание источников творческих сил приводит к почти необратимым последствиям в ходе всего дальнейшего развития личности ребенка. Всякая последующая метаморфоза душевных сил должна основываться на ранних состояниях развития.

Поскольку в следующей главе обсуждается превращение сил роста в душевные силы, нужно обсудить эту проблему подробнее в новом свете.

Тот, кто оглядывается назад как школьный врач или детский психиатр, с ужасом видит, как происходит искажение душевной жизни детей. При этом бросается в глаза, какая разница существует между городскими и сельскими детьми. У последних намного больше резервов, так что при одинаковом учебном плане они могут намного лучше сохранять свой нормальный ритм развития. Педагогика, которая хочет подготовить для жизни полноценных людей, должна стремиться в своей методике в первые три школьных года к тому, чтобы так удовлетворять и руководить интеллектуальными потребностями ребенка, чтобы благодаря этому одновременно подпитывались силы творческой фантазии. При этом речь идет не о том, что наряду с интеллектуальным преподаванием должны быть специальные уроки рассказа, ремесел, работы со звуком и ритмической гимнастики. Каждый урок должен быть пронизан духом художественности. Это предъявляет к педагогике высокие требования. Не является ли профессия педагога одной из самых значительных в человеческом сообществе? Педагог в значительной мере формирует общество будущих десятилетий.

Не раздаются ли в последние полстолетия снова и снова жалобы, что из школы выходит так мало самобытных, творческих людей? Не возникла ли внушающая ужас склонность отдаваться стадному чувству и пропаганде?

Можно разобраться в сути этого зла, обращаясь к корням. А эти корни можно найти в значительной мере уже в первых трех классах народной школы.

Наша современная система воспитания основывается в очень сильной степени на репродукции. Во время начального, среднего и старшего школьного обучения достаточно тренируются лишь способности к воспроизведению. То, что написано в книгах, должно заучиваться наизусть. Лишь отдельные сочинения в старших классах обращены к собственным творческим возможностям.

В этом случае обходят непосредственное репродуцирование услышанного или увиденного и побуждают ребенка заниматься материалом в глубинах души. Таким методом достаточно тренируется память. Во вновь создаваемом произведении (не в воспроизведении) участвуют творческие силы чувства и воли.

Нынешний человек так сильно воспитан на репродуцировании, что готов следовать лишь предписанным мнениям. Не в этом ли причина тех великих катастроф, которые происходят вокруг нас? Чему отдать предпочтение, исключительной репродукции или пробуждению продуктивных сил в человеке — этой проблемой должно было бы серьезно заняться школьное воспитание.

Нормальный ребенок с растущим воодушевлением отвоевывает в этот период свой собственный мир. Это мир, окруженный надежными стенами чувственных сил, направленных на себя самого. Между внутренним и внешним миром находится все еще пестрая завеса собственной фантазии. Ребенок живет в своем собственном маленьком государстве, которое во многих отношениях можно сравнить с одним из миниатюрных княжеств 18-го столетия, в которых герцог или князь мог во время утренней прогулки гулять вдоль границы. Но в этом миниатюрном мире было столь же оживленно, как и в большом государстве. Проводилась внешняя политика, а внутри были финансовые, социальные и транспортные проблемы, которые были для участников так же реальны, как государственные заботы для наций.

О значении сказок уже говорилось. Это относится и к данному периоду без всяких ограничений. Если ребенку вначале нравились больше простые сказки, то теперь открывается весь запутанный, многообразный, реально наполненный фантазиями мир, в тысячах подробностей и событий которого он живет как в смотровой беседке с цветными стеклами.

Мышление, которое после седьмого года принимает уже описанное направление, развивается в таком духе вплоть до пубертета. Между тем из других сфер детской душевной жизни приходят преобразования, сотрясающие гармонию первых лет в школе и тем самым влияющие на весь мир детских представлений. Их нужно описать.

 

Ребенок между 9 и 12 годами

Метаморфоза чувствования

 

Наступило явно большое изменение во всем характере чувств ребенка. Кажется, что ребенок вышел из-под защиты собственного проецирующегося на внешний мир мира фантазии. Мир кажется ему враждебным и очень сильно переживается его темная, дурная сторона.

В действительности прошла фаза детски свободной фантазии, которая так тепло укрывала ребенка. Жизнь чувств претерпевает большие изменения. То, что уже произошло с мышлением на седьмом году, на десятом году происходит с чувствованием. Чувствование объективируется. Вначале ненадолго, в последующие годы все чаще, ребенок переживает свое одиночество. Он полусознательно ощущает свою оторванность от Космоса и пленение в темном мире, ограниченном телесностью.

Вдруг ребенок начинает бояться темноты. Он боится, что под кроватью лежит человек, и он заползает глубоко под одеяло, быстро втягивая ноги. Дверь в коридор должна оставаться открытой, он должен слышать отца и мать. Снова и снова он пытается освободиться от страха, который внушает ему мир, с помощью всевозможных магических заклинаний; кашляя, прежде чем войти в комнату, или пробираясь к кровати, не наступая на ковер, чтобы с ним ничего не случилось и т. д. Каждый по собственным воспоминациям хорошо знает эту фазу жизни, которая может продолжаться вплоть до пубертета.

Ребенок стал критически настроенным. Люди, которых он уважал, и которые стояли на высочайшем пьедестале, падают наиболее низко. От этого сам ребенок очень несчастен. Из-за этого ощущения несчастья он использует все более резкие выражения.

Ребенок обретает, наконец, открытый взгляд на природу. Внутреннюю потребность ребенка удовлетворяют, рассказывая много о природе и превращая это в переживание. Срисовывание формы листа и всего растения является вспомогательным средством ознакомления его с миром форм в природе.

Благоговение после направленности в прошлом на определенного отдельного человека ищет теперь новый объект. Оно должно быть направлено на образы, возвышающиеся над обыденно-человеческим. Подходящий материал в этом возрасте дают Ветхий Завет и мифология. В последующие годы уроки истории также могут знакомить ребенка с героями, представляющими в развитии человечества сверкающие образцы. Здесь уместно благоговение. В человеке вызываются лучшие силы. Если не направить в правильное русло пробуждающуюся в ребенке внутреннюю потребность в почитании героев, ребенок обратится к идолам. Это неизбежно должно привести к разочарованиям.

 

Ребенок между 12 и 14 годами

Препубертатный период

 

После кризиса десятого года жизни на двенадцатом- тринадцатом году наступает тот период, который обычно называют препубертатным. В новой метаморфозе своего существа ребенок подводит итоги того, что было пережито в сфере чувств.

Препубертатный период является началом полного обособления собственной личности от внешнего мира. Это метаморфоза волевого отношения к миру.

Созрев для школы, ребенок начал заниматься миром. Он поставил перед собой конкретную цель, которую намеревался осуществить. Теперь активность направлена на то, чтобы завоевать окружающий мир. Этот процесс начинается в препубертатный период и завершается в годы собственно полового созревания.

Воспитание должно направлять высвобождающие силы. Иначе молодые люди быстро становятся уличными хулиганами. Организация походов, лагерей на природе может принести замечательные воспитательные результаты.

Надо строго следить за тем, чтобы молодежь этого возраста не вовлекалась в эгоистические политические группировки.

Мальчику непосредственно перед возмужанием следует показать цельность мира, чтобы он сумел найти моральные силы в мировой всеобщности. Многие молодежные движения предприняли немало прекрасных попыток такого рода в области молодежного лагерного дела. И несмотря на все, этого слишком мало. Школа сама должна взять проблему в свои руки.

У девочек проблемы иные. И здесь есть склонность к созданию кружков. Но агрессивное стремление к завоеванию не так сильно выражается вовне. Оно более обращено внутрь и приводить к враждебному обособлению от окружающего мира со склонностью к исключительности. Мечтательность, нетерпимость и капризность в отношении взрослых являются признаками этого возраста.

В отличие от девочек, у которых в пубертатный период наблюдается уменьшение внешней работоспособности, у мальчиков происходит как раз наоборот. Мальчика буквально распирает от жизненных сил и он должен освободиться от их избытка: либо в конструктивной деятельности, дибо в шалостях.

Жалобы на невоспитанную молодежь не помогут. Школа должна будет в этот период решать проблему в педагогическом смысле. Это требует больших усилий от педагогов. Подлинные воспитатели должны быть в состоянии возглавить этот период жизни и руководить им. Новое развитие воли возрождает ощущение благоговения, но его теперь невозможно так же легко удовлетворить, как у шестилетнего.

У двенадцатилетнего ребенка уже более реалистическое представление о жизненных отношениях вокруг него. Его идеалы идут несколько дальше. Он хочет познать мир и стать водителем грузовика, моряком или летчиком. Он считает, что таким образом он сможет избавиться от угнетающей узости родительского окружения и отправиться в мир.

Первый семилетний период принес физиологическое развертывание человеческой души. Мышление, чувстование и воление освободились от прежней зависимости от сферы телесного.

Во второй семилетний период происходит психологическое развертывание. Мышление, чувствование и воление развиваются в надежном уединении в собственной личности.

Содержанием третьего семилетнего периода является социальное развертывание человеческой души. Человек должен найти свое отношение к миру и оказывать активное воздействие на мир, исходя из своего внутреннего.

Развитие ребенка до четырнадцатого года жизни можно обобщить в следующей схеме:

 

Таблица  3.

 

(2-ое вытяжение).

  

 

Развитие после пубертета

Описанию пубертатного периода следовало бы предпослать обсуждение сущности сексуальности в рамках представленных здесь взглядов на развитие ребенка. Но мы хотим осветить эту проблему в следующей главе, а здесь описать дальнейшее развитие ребенка, не предпосылая им подобных основополагающих рассмотрений.

Для этого следует коснуться еще нескольких явлений препубертатного периода, которые мы не обсуждали.

Во время уже упомянутой фазы физического созревания в душе ребенка возникает сексуальная проблема. Физические изменения, которые девушка замечает у себя и у своих подруг, ведут к физиологическому любопытству, которое можно назвать кратко любопытством, связанным с размножением как таковым. Прежде всего начинающиеся регулы как этап в жизни девочки создает вначале ореол таинственности миру, в который вступает ребенок. Для мальчиков события менее радикальны. Во-первых, они наступают на год-два позже, чем у девочек. С другой стороны, первая эрекция и первая поллюция вначале не производят большого физиологического впечатления. И все-таки и мальчики на тринадцатом-четырнадцатом году переживают период физиологического любопытства, во время которого они хотят знать, как осуществляются органические функции.

В этот период сексуальность имеет непосредственное биологическое значение, и в сновидениях детей этого возраста возникают неприкрытые сексуальные действия и символы, чаще всего вызываемые причинами органического порядка.

Неуравновешенность периода пубертета связана с этим чувством одиночества. Снова и снова с потрясающей силой оно вторгается в мир чувств. Иногда оно преодолевается миром детских иллюзий. Это удается все меньше. Все чаще приходится искать других путей, чтобы заполнить мрачную пустоту собственной души. Молодой человек ищет пожилого друга, который поймет его в его одиночестве и протянет ему руку, чтобы вывести его из его лабиринта смятенных чувств.

Пубертет это та фаза, в которой начинается поиск новой роли в гораздо более обширном мире. Где я, каково мое место в целом, как меня оценивают другие — все это новые вопросы.

Неограниченный авторитет как педагогический принцип изживает себя с наступлением пубертатного периода. Молодой человек хочет признавать старшего в дружбе как ведущего. Много огорчений возникает в семейной жизни, если родители продолжают занимать авторитарную позицию и после возмужания и не превращают ее в дружеское руководство. Ребенок по праву ощущает авторитет как оскорбление своей личности.

Уже было указано на то, что ребенок ищет нового синтеза с миром как выхода из своего одиночества, которое впервые полно и совершенно ощущается в пубертатный период.

 

Юноша с 14 до 16 лет

Поиск мировоззрения

 

Первая область, в которой происходит поиск синтеза, это мышление. Мышление вновь активизируется. Ребенок ищет образ мира, в котором он является частицей в центре космической всеобщности. Для мальчика, который в этот период устремляется вовне, вся Земля, даже Вселенная со всеми ее явлениями, становятся областью бесконечных исследовательских экспедиций. В зависимости от уровня развития круг объектов его интереса может быть более или менее многообразным.

Мальчик 20-го столетия опирается в этот период прежде всего на мир техники. С ошеломляющей уверенностью он движется в царстве электричества, которое для старшего поколения скрывало еще много тайн. Ему нетрудно собрать действующую радиоаппаратуру. В двигателях нет никаких загадок. Проведение мелкого ремонта в доме скоро становится для него слишком детской забавой.

Так юноша формирует у себя естественнонаучное мировоззрение, которое предлагает ему современная культура. В этом возрасте оно его полностью удовлетворяет. Он ощущает свое родство с восторженными естествоиспытателями, развившими это мировоззрение во второй половине 19-го века.

Охотно читаются книги об исследовательских экспедициях в чужие страны. У каждого мальчика бывает период, когда он сам хотел бы стать путешественником и в какой-то мере становится им во время каникул.

Это возраст, когда каждый мальчик желал бы стать летчиком или моряком, когда комната наполнена электрическими проводами, где самым дорогим сокровищем является старая батарея от автомобиля. С упорством и выдержкой, которые никогда не проявляются в школе, ставятся эксперименты, и жизнь идет между двумя полюсами, надеждой и неудачей.

Среди юношей наблюдаются две основные группы по интересам: большая группа с естественнонаучными и меньшая с литературно-гуманитарными интересами. Обе группы проявляют свою активность в издании журналов и написании статей.

пубертатного периода.

Хотя знание с энтузиазмом распространяется в современной жизни и взрослеющий юноша постепенно приобретает представление о месте своей личности в мире, в глубине души он еще далеко не удовлетворен расширяющимся кругозором. Мышление, осведомленность знают ответ на всевозможные вопросы жизни. На мгновения это может захватить и чувство. Но переживание человеком связи со своим непосредственным окружением еще не изменилось. Снова и снова ощущается пропасть, отделяющая юношу от его ближних. Все еще существует непонимание собственного внутреннего мира и невозможность даже намекнуть не это непонимание.

Под внешней бравадой и беззаботностью бьется одинокое, мягкое сердце, которое размышляет в тишине о несправедливой потере детского рая или возмущается жестокостью и грубостью мира, способного безжалостно причинять боль.

Вследствие всех этих противоречивых чувств и побуждений юноша не может говорить о своих глубочайших душевных муках. В противостоящем ему человеке он видит отражение недостаточности и смехотворности своих робких намеков. Из этих мук возникает дневник, который как продукт творчества так же типичен для периода зрелости, как строительство и рисование для маленького ребенка. Дневник становится спутником пубертатного периода. Для девочек ведение дневника начинается между 12-ю и 15-ю годами и практически заканчивается в 19-20 лет. Для мальчика дневниковый период начинается между 13-м и 14-м годами и заканчивается часто уже на 18-м году. Вершина ведения дневника приходится у мальчиков на период между 16-ю и 18-ю годами, а у девочек между 15-ю и 17-ю годами.

 

Юноша в возрасте от 16 до 18 лет

Религиозные стремления

 

На вершине дневникового периода мальчики и девочки преодолевают непосредственно пубертатный период и вступают в следующую фазу. В ней жизнь чувств ищет синтеза с миром. Благодаря этому дневник приобретает совершенно другой характер. Художественный элемент преобладает. Небольшие стихи, ритмическая проза и сочинения рассматривают чувства, вызываемые природой, неопределенные религиозные чувства и любовь на расстоянии. Чем меньше отвечают на любовь, тем глубже творения. Спортивная подруга при этом редко является поводом для пламенных сонетов.

Если в последующие годы мировоззрение юноши расширяется, он сам в какой-то мере находит свое место в новом мире, тогда поиск синтеза может проникнуть в более глубокие слои душевной жизни, чтобы, наконец, там и осуществиться.

Чувство жило двойственной жизнью, часто не доходящей до сознания. Этот дуализм обусловил на девятом и десятом годах жизни беспокойство и в пубертатный период приобрел невыносимую интенсивность. Она вызывала депрессии, мировую скорбь, а в экстремальных случаях даже самоубийство.

Для многих этот период означает бурное пробуждение к жизненным ценностям, сопровождающим их в дальнейшей жизни, чтобы стать в течение ее личными ценностями. Для других это период романтики, в который как в средние века сражаются на турнирах и убивают драконов в честь далекой девы.

 

Молодой человек с 18 до 21 года

Подготовка к профессии

 

После восемнадцатого года в тех случаях, когда было возможно более продолжительное школьное образование, встала необходимость выбора профессии. Время взросления заполнено подготовкой первых шагов в процессии. Для большинства тех, кто уже после 14-го года в конце пубертета должны выбрать профессию, настоящий выбор невозможен. Опыт показывает, что большая часть этих молодых людей уже к 21-му году один или несколько раз меняет профессию.

Готовясь к профессиональной деятельности, человек по своей воле включается в социальную жизнь. Воля претерпевает, наконец, свою последнюю метаморфозу. Осуществляется синтез человек-общество, опирающийся на мировоззрение, сформированное идеалами, проснувшимися в мире чувств. Он проявляется в профессии, в работе внутри общества. Молодой человек привносит в общество свои идеалы, стимулируемый волей. Он чувствует себя ответственным за будущую социальную структуру.

По-другому просыпается чувство ответственности. Период дружбы как помощи в собственном душевном смятении прошел. Молодой человек обращается к избранной им молодой женщине. При этом для него важно не только удовлетворение своих сексуальных потребностей, но и основание семьи, в которой могут осуществиться его социальные идеалы. Семья должна нести ответственность за воспитание будущего поколения.

 

Девушка после пубертета

 

До сих пор мы сопровождали юношу в третьей фазе его развития. Теперь следует описать развитие девушки.

Уже указывалось на то, что девушка скорее созревает физиологически, чем мальчик. В то время как у мальчика процесс созревания совпадает с психологическим пубертетом и оба завершаются в среднем между 14-ю и 16-ю годами, у девочек эти процессы протекают раздельно.

Что типично для этого подросткового периода? Мальчик в определенное время обращает свое стремление на внешний мир, который он хотел бы понять технически. Интерес, направленный на внешний мир, совпадает с его жизненной задачей как мужчины. Задача женщины другая.

Мужчине, завоевывающему внешний мир и овладевающему им, противостоит женщина, проникающая в глубины души и владеющая ими. Так девочка в период созревания направляет взгляд в первую очередь не в Космос, а в неизведанные глубины души человека. Человеческие отношения, душевные порывы вызывают ее жгучий интерес. Она видит, переживает и сострадает всему, что происходит вокруг нее с людьми. Она безудержно противопоставляет свое чувство всему ввергающему в смятение, что она познает в мире вокруг себя. При этом она так же сильно ощущает одиночество, может быть, даже глубже, чем мальчик. Он живет между полюсами собственного одиночества и счастьем познавания мира. Девушка гораздо больше живет своими собственными переживаниями. Мир, который она хотела бы завоевать, это мир человеческой души.

Все это дает причудливый образ девочки-подростка. Созревшая физически, с поразительной проницательностью и интуицией в человеческих делах, но без собственной основы, без собственного прибежища. Как и мальчик, девочка начинает поиск. Девушка ищет близкую подругу. В это время проявляется одиночество собственной души. Легко ранимая, сверхчувствительная, мечтательная и отчаивающаяся, сияющая и всхлипывающая, мудрая и глупая, с внешней уверенностью и внутренними сомнениями, всему сопереживающая и все-таки одинокая… такова психология девочки-подростка! Еще меньше, чем у мальчика, чувства могут быть высказаны другим. В абсолютном одиночестве поэтому перо доверяет молчаливой бумаге то, что переполняет сердце. Девочки еще больше, чем мальчики, ведут дневник и при этом занимаются литературным творчеством. Они хотят зафиксировать свои впечатления от природы; потому что бессознательно чувствуют, что для них важны явления внутреннего мира. И мальчик делает это время от времени. Но порой считает, что все это только болтовня. В этот период самоанализ у мальчика приобретает сильного конкурента в жизненности восторженного стремления к завоеванию.

Из-за того пути развития, который проделывает девочка, она взрослеет намного быстрее, чем мальчик, в человеческом смысле. Девочка с 16-ти до 17-ти лет является более зрелой. Она живет в сознании своего человеческого превосходства. В сравнении с ней мальчик от 16-ти до 17-ти лет рохля. В общении со сверстниками девочка является ведущей. Она требует за свою доброту в обращении с мальчиками всевозможных услуг. Она капризна и кокетлива, но никогда не показывает своей собственной неуверенности в дружеском общении. — В шестнадцать-семнадцать лет и для девочки наступает углубление в синтезе чувств. Девочка-подросток знала и могла многое такое, чего сама не испытала. Теперь для нее начинаются самостоятельные переживания. Религиозное чувство глубоко и сильно. Оно не отвлекается внешними факторами. Знания прежних лет дополняются человеческой мудростью, позволяющей браться за задачи, для которых мальчики еще не созрели. Но было бы ошибкой считать 18-летнюю девушку вполне взрослой в социальном отношении. Несмотря на большую зрелость и глубину, чем у мальчиков того же возраста, все ее стремления и ее идеализм явно далеки от жизни. И она должна пройти последнее созревание воли, в котором должны быть испытаны ее идеалы, которые станут социальной действительностью. Девушка должна более или менее наверстывать то, что завоевал себе мальчик до этого. Это постоянно остается в женской психике слабым местом. Всю свою жизнь женщина будет судить об окружающем на основе своего собственного опыта. Мужчине легче подчинить свой собственный опыт научным и социальным воззрениям.

С учетом изложенного тот факт, что значительная часть девушек в возрасте 15-ти лет идет на фабрики, оказывается социальным злом. Там их используют как дешевую рабочую силу, чтобы через несколько лет уволить и заменить более молодыми.

за себя в лице матери семейства. Новое поколение не получает в первые годы своей жизни той веры в жизнь и той жизнерадостности, которые ему необходимы.

Эта педагогическая ошибка питает глубокую неприязнь рабочих к так называемому высшему классу. С полным правом рабочий, пришедший на фабрику на пятнадцатом году жизни, чувствует, что его человеческим развитием пренебрегли. Он чувствует, что не смог в подходящем для этого возрасте развить часть своей человеческой сущности. Никакие будущие курсы повышения квалификации не смогут восполнить ему того, что было упущено в эти годы.

Здесь мы коснулись пункта, имеющего широкое социальное значение. Там, где на первый план выступает проблема свободного времени вследствие механизации, рабочий начинает думать о себе как о человеке. Тогда он чувствует, что получил возможность развить только две трети своего существа.

Может быть, он стремится к другим вещам, но в действительности он требует возможности стать совершенным человеком. Для этого следует основательно заняться проблемой народной педагогики для возраста после 14-ти лет. Но это можно сделать не путем введения восьмого и девятого года обучения, в которых только пережевывается старая пища, а лишь благодаря совершенно новой форме воспитания, исходя из психологических потребностей этого возраста.

должна облегчить общий обзор.

Таблица  4.

Синтез в волении. Социальная ответственность. Профессиональная подготовка. Созревание в мужчину и женщину.

  

 

Слоистая структура человеческой души

В представленной в конце предыдущей главы схеме разделение может быть проведено также и по-другому. Психическое развитие ребенка в человека можно сравнить также с развивающимся растением. Растение развивается в совершенное растение из простой формы, из семени. Стебель быстро растет вверх и образует вокруг себя на все более высоком уровне венчик из листьев и, наконец, цветок и плод. При этом можно видеть, что когда происходит формирование нового, более высокого, продолжает существовать и низшее и сохраняет свою функцию в рамках целого. Рост сосредотачивается на вегетационном конусе, где развивается новый орган. Сформировавшееся ранее продолжает функционировать и поддерживает тем самым рост нового органа, или же частично погибает, выполнив свою задачу.

Цветок может развиться, если листья сформировались и осуществляют свою функцию питания. Плод может вырасти, лишь если цветок выполнил свою задачу, а цветоложе и семядоля образуют основу для формирования плода и семени.

Лист, цветок и плод являются тремя последовательными метаморфозами листа.

Растение развивается в три стадии, трижды развертывает свое существо в пространстве, всякий раз в новой метаморфозе листа. В промежутках оно выступает в очень сжатой форме.

Так и человек развивается вплоть до пубертета в три ступени. При этом каждое последующее развитие образует метаморфозу, дальнейшее развитие предыдущей видимой стадии.

Взрослый человек постоянно черпает из глубин души. На это уже указывалось при обсуждении различных периодов развития.

В свой первый период жизни человек еще полон глубочайшей веры в жизнь. Свою чувственную жизнь и художественные впечатления он черпает в силах, сформировавшихся во второй фазе развития. Как человек, сознательно относящийся к миру, он продолжает развивать то, что было начато в третий период развития.

Тот, кто знает об этих фактах, снова и снова ощущает огромную ответственность, которая возлагается на нас как родителей и воспитателей в отношении будущего поколения человечества.

Родители, которые руководят первым периодом развития, закладывают основу глубочайшей веры в жизнь будущего поколения. Сознают ли это родители!

Школа, которая по большей части руководит вторым периодом развития, закладывает основу для нашей будущей жизни чувств и радостей, которые мы можем черпать в сфере художественного. Достаточно ли сознает современная школа эту часть своей задачи! Третий период развития лишь для небольшой части населения является действительно периодом развития. Фабричные рабочие, а также те, кто как рассыльный или в каком-то ином качестве непосредственно после четырнадцати лет вовлекаются в производственный процесс, могут пытаться найти спасение лишь в том, что случайно изберут. Как долго должно продолжаться это калечение душ!

Это три жгучих вопроса к нашему человеческому обществу. За их решение необходимо взяться в этом столетии. Родители должны искать пути укрепления своего собственного морального и религиозного фундамента. Школа должна будет внести художественный элемент в преподавание. Общество должно предложить более приемлемое профессиональное образование.

Это требование, предъявляемое к обществу в силу приведенных здесь взглядов.

У растения развитие трех метаморфоз заканчивается в течение года. В следующем году развитие начинается сначала. У человека собственно жизнь начинается лишь после завершения трех фаз развития.

Будучи взрослым, человек проносит через всю свою жизнь три метаморфозы душевных сил. Даже если он думает, что в дальнейшем опирается лишь на последнюю метаморфозу, прежние ступени все же продолжают существовать.

В настоящее время много говорят о слоистой структуре человеческой душевной жизни. На основе более точного наблюдения многих болезненных явлений пришли к заключению, что должны существовать более глубокие слои душевной жизни, в которых продолжает неосознанно жить то, что было пережито в юности. В туманных выражениях говорят тогда о сознательном или бессознательном. Исходя из тех воззрений, на которые было указано выше, можно точнее описать ступенчатую структуру душевной жизни.

 

опирающееся в дальнейшем на социальную фазу развития.

Средний полусознательный слой: сновидческое сознание,

основанное на психологической фазе развития.

Самый нижний бессознательный слой: спящее сознание,

Основанное на физиологической фазе развития.

(от рождения до 7 лет).

У взрослого первое семилетие продолжает оставаться глубочайшим бессознательным слоем, тот период физиологического развития, в который человек еще полностью был связан с жизненными процессами и с окружающим миром. Опыт и переживания этого периода продолжают жить как в глубоком сне без сновидений.

этого периода продолжают жить как полусознательное сновидческое состояние.

Как третий полностью сознательный слой остается период третьего семилетия, а именно, период социального развития. Взрослый полагается на опыт и жизненную позицию, завоеванные в этот третий период, и считает, что предыдущие ступени развития исчезли. Прежние стадии развития могут появиться вновь в ненормальных, болезненных состояниях, с одной стороны, либо благодаря сознательному упражнению в воспоминаниях, с другой.

В четвертой главе сознание шести-девятилетних сравнивалось со снами наяву взрослых. Чем больше углубляешься в характер детского сознания второго периода развития, тем больше находишь соответствия со сновидческой жизнью взрослых.

Во сне для внутренних переживаний все реальнее, чем наяву. Во сне преобладает не логический разум, а драматизирующее чувство. Образы сна заимствуются из содержания восприятий дневной жизни. Динамика происходящего во сне не подчиняется, однако, логическим законам, а развивается драматически, будучи обусловлена аффектами. Все во сне превращается в образы, и надо учиться понимать через них подлинную подоплеку сна.

Можно выстроить шкалу снов. Она начинается с органических снов, где образ сна вызывается органическими раздражителями. Затем через вожделенные сны, причины которых прежде всего в сфере желаний, она ведет к тем снам, которые являются отражением проблем развился души. И, наконец, есть пророческие сны, в которых в образах сна открывается мир, лежащий вне времени и пространства.

Во сне могут проявиться какой-то орган, страстное желание, развитие души и духовный мир, все они предстают как образы мира восприятий.

Можно составить соответствующую шкалу на основе мыслительных образов ребенка во второй фазе развития. Их можно найти и в сказках. Есть простые сказки, в которых образно выражены органические процессы. Например, в тех сказках, в которых умирание и оживление связаны с определенными процессами роста, например, сменой зубов и созреванием.

Другие сказки больше указывают на внутреннее развитие души. Так, например, три брата проходят испытания. Младший, изображаемый дурачком, совершает то, что не удалось старшим. Младший брат является тогда образом воли, младшей из трех сил души, мышления, чувствования и воления. Эта тема встречается прежде всего в норвежских народных сказках.

В мире сонного сознания коренится жизнь нашей воли. Как таковая она не подвластна нашему восприятию. К этому миру можно приблизиться лишь благодаря сильной внутренней концентрации, из которой исключается всякое интеллектуальное мышление.

 

Соответствие между психическим и органическим развитием

 

Любая метаморфоза мышления совпадает с важным изменением в соотношении частей головы и выражения лица.

Периоды поворотов в жизни чувств примыкают к первому, второму и третьему периоду наполнения облика, в которых туловище требует нашего внимания.

Периоды кризиса в развитии воли связаны с периодами вытяжения, в которые преимущественно сильно изменяются конечности.

Это факты, которые можно рассматривать как более или менее значительные. Насколько я знаю, их еще никогда не излагали в такой связи.

Теперь попытаемся, исходя из полученного материала, понять связи, существующие между психическими ритмами развития и ритмами роста определенных систем органов.

Существенным препятствием для объективного наблюдения является вбитое нам в голову убеждение, что вся жизнь души, мышление, чувствование и воление происходят в нашем мозгу. Это убеждение основано на открытии так называемых моторных центров в мозгу, из которых должно оказываться влияние на движение мышц, и на открытии центров мозгового ствола, повреждение которых может вызвать глубокие изменения в жизни чувств.

Тенденция этих воззрений, против которой нет больших возражений, если исходить из анатомической точки зрения, становится сомнительной, как только переходят к психологической точке зрения и чисто феноменологически находят органическую функцию, связанную с определенной психической функцией. И возникает вопрос, вызывает ли орган психическую функцию, или психическая функция строит орган, чтобы заявить о себе. Вопрос о приоритете органа или психической функции подобен вопросу о курице и яйце.

Если рассматривать мышление как первичную функцию, то будет само собой разумеющимся называть мозг органом мышления. (Который, следовательно, либо вызывает мышление, либо им пользуется мышление, чтобы проявить себя.) Высшей задачей мышления является исследование Творения в его огромном богатстве и разнообразии. Оно стремится упорядочить многообразие восприятий, чтобы найти в нем правила и законы.

Брать математику за основу законов природы лишь тогда имеет смысл, когда она сама втайне управляет законами природы, если она действительно является принципом Творения, имеющегося и вне субъективного человеческого мышления.

Чтобы исследовать объективные законы Творения с помощью мышления, человек должен получить инструмент в виде центральной нервной системы, который должен быть так облагорожен в ходе упражнений, что он становится все более пригодным для исследования божественной логики. С нашим мышлением мы попадаем в поток божественного мышления. Органом-посредником является мозг.

мышление представляет собой объективную реальность как принцип творения, но и чувствование, и воление.

Воля в ее космическом аспекте как стимул к действию, к изменению, полярно противостоит мышлению, исследующему законы и то, что свершилось.

органы движения. От них исходит первичный стимул к движению. Психологически это стремление проявляется как инстинкт, как желание: инстинкт насыщения, инстинкт продолжения рода, инстинкт движения. Они проистекают из органических функций органов обмена веществ, органов размножения и движения, и являются глубочайшими корнями жизни воли. О сознательной воле говорят лишь тогда, когда этот инстинкт соприкасается с регулирующей, познающей сферой мысли.

Мышление как таковое никогда не может быть причиной воли. Это только регулятор, делающий инстинкт волей.

Инстинкт движения есть и у низших животных, у которых еще нет центральной нервной системы. Поэтому воля никак не может располагаться в так называемой моторной зоне мозга. Волевой импульс исходит первоначально из самих органов движения. Лишь регулировка и контроль волевого импульса происходят с помощью нервной системы. Поэтому мы наблюдаем в ходе развития, как за ростом конечностей следует усиленный инстинкт движения. Лишь в последующие годы он превратится в волевое действие (см. период от 5 до 7 и с 12 до 14 лет).

Превращение слепого инстинкта в сознательную волю является нравственной проблемой. Как мышление может стать утонченным и облагороженным до божественного мышления, может быть облагорожена и воля вплоть до поддержания божественной воли Творения и растворения в творящем Боге Отце, чтобы выполнять Его Волю.

Мышление, рассматривающее свершившееся, занимается прошедшим. Воля, ориентирующаяся на становящееся, постоянно устремлена в будущее. Так мышление и воление расположены во времени: мышление — прошедшее, воление — будущее.

Чувствуя, человек пребывает в настоящем. Чувствование объединяет антитезу мышления — воления. Само по себе оно устроено полярно и постоянно протекает между полюсами симпатия—антипатия, любовь—ненависть, дружба—вражда, открытость—замкнутость, приятие—неприятие.

Полярность жизни чувств является одновременно творческим принципом, пронизывающим весь Космос. Он открывается в больших и малых ритмах, действующих в Творении. Ритм охватывает одновременно движение (волю) и закономерность (мышление).

Ритм есть закономерное движение. Он имеет свой облик не в пространственном мире, а во времени.

противоположные состояния, находят свое продолжение в живых организмах, в которых ритмически протекают определенные процессы.

Рудольф Штайнер указал на то, что нормальный ритм дыхания и сердца протекает не произвольно, а является отражением космических ритмов нашей солнечной системы. Творение и живой организм многообразно связаны друг с другом. Основным законом ритма являются систола и диастола (сжатие и разряжение), вдох и выдох, сближение и удаление. То же самое мы находим в жизни чувств, которая всегда колеблется между симпатией (сближение, приятие, вдох) и антипатией (удаление, отталкивание, выдох).

 

В дыхании кроется благо двойное.

Одно — это вдох, и выдох — другое.

И выдох стеснит, и вдох обновит,

Вся жизнь — это смесь, чудная на вид.

Спасибо Творцу, когда он тебя гнет,

Спасибо, когда он снимает свой гнет.

 

Системами, в которых прежде всего зафиксирован жизненный ритм в дифференциации от одноклеточного живого существа до высших организмов, являются дыхание и циркуляция крови и ритмически функционирующие органы желудочно-кишечной системы. Так как жизненный ритм является свойством каждой отдельной клетки, то и во всех других органах находят более тонкие ритмы.

и пульс колеблются вместе с рассказом в напряжении и разрядке.

При этом рассмотрении исходят из очень кратко указанных аргументов и из первозданного психофизического единства мышления и центральной нервной системы, чувствования и ритма определенных органов, преимущественно расположенных в туловище, воли с двигательным аппартом, представленным главным образом конечностями. Божественный принцип триединства, который мы знаем как Отца, Сына и Святого Духа, отражается в человеческом триединстве как воление, чувствование и мышление. Физически он представлен конечностями, туловищем и головой (говоря схематически).

Эти взгляды имеют не только теоретическое или научное значение, но они имеют и непосредственное практико-педагогическое значение. Если целью преподавания математики является развитие логического мышления, то гимнастика и спорт должны привести к формированию воли. Но прежде всего большим воспитателем воли является детская игра. Как уже было сказано, целенаправленная игра является признаком пробуждающейся воли. До этого игра была связана с ритмическими функциями. Новый характер игры связан непосредственно с вытяжением конечностей.

Педагогически является плодотворным формировать волю непосредственно в области конечностей, а не в голове. Следовало бы тренировать волю, активизируя детей в отношении рук и ног. Когда обучают нормальных или даже отсталых детей таблице умножения, заставляя их хлопать в ладоши и притопывать, они будут учиться быстрее и лучше, чем если бы их принуждали сидеть тихо как мышки со сложенными ручками. Тогда сдерживаемое стремление к движению проявится после школы в вандализме.

описал, как мышление становится свободным лишь после завершения развития нервной системы и головы. Чувство становится свободным, когда стабилизируются ритмические органы. Воля становится свободной, когда конечности завершают свой рост.

При этом обнаружился примечательный факт, что мышление, чувствование и воление являются силами роста, претерпевающими метаморфозу. Они высвобождаются как психические способности, когда не используются больше для роста и образования органов.

С 1930 г. мы испытывали на практике эти идеи Рудольфа Штайнера как логически обоснованную рабочую гипотезу. Кроме того, мы задались вопросом, можно ли высвобождение определенных психических способностей рассматривать в связи с физическим развитием ребенка.

При изучении этого вопроса стало ясно, что высвобождение психических функций происходит поэтапно. Эти этапы постоянно совпадают с определенными органическими изменениями, которые были описаны крупными мазками в предыдущих главах.

При затруднениях или отклонениях в развитии оказывалось возможным предсказать, исходя из стадии физического развития, уже имеющуюся или еще не наступившую определенную стадию психического развития. И наоборот, из психического развития можно было заранее сделать вывод о степени физического развития определенных систем органов. То есть постоянно получалось так, что определенные системы органов должны были достичь определенных ступеней развития, прежде чем высвобождались психические функции, принадлежавшие к этой ступени развития.

В рамках этой работы, посвященной среднему, нормальному развитию ребенка, невозможно остановиться на этом подробнее.

На основе приведенных фактов можно заключить, что психологическая функция начинается после того, как в значительной мере завершено изменение группы органов.

начинают расти ноги. Когда этот процесс проявится настолько, что станут заметны изменения всего детского облика, освобождаются силы воли. Они по-иному связывают ребенка с миром, делая его зрелым для школы.

В течение седьмого года мы можем наблюдать, как сильно изменяют свои пропорции и выражение голова и лицо. Высвобождаются новые силы мышления. Они сообщают ребенку способность жить мысленными образами. За этим следует период от 8 до 10 лет, в который снова изменяется туловище. На 10-м году проявляется изменение жизни чувств, приводящее к кризису десятого года.

Период пубертета начинается новым импульсом роста конечностей. За ним следует революция волевого поведения, делающая ребенка готовым к земной жизни.

Последнее соответствует психологической разнице между мужчиной и женщиной. 

 

 

ребенка

 

 

До сих пор описывалось по преимуществу то, что воздействует на душу снизу. Поэтому ряд феноменов развития еще не могли быть рассмотрены. Обсудим, что открывается душе сверху (см. рис.11).

 

 

жизни и продолжается или должно было бы продолжаться до глубокой старости.

 

 

 

 

 

 

Изобразительные искусства

 

1976.]

Такие мотивы мы находим у трехлетних детей, начинающих рисовать. У детей, отстающих в развитии, мы словно при просмотре скоростной киносъемки можем наблюдать, что они месяцами могут задерживаться на этих различных стадиях. Так, один ребенок с болезнью Дауна целый год рисовал человека (в данном случае спящую красавицу и принца) в виде больших запятых, толстых окружностей с чертой под ними, которые выглядели как головастики. У нормальных детей мировоззрение развивается так быстро, особенно если есть старшие братья и сестры, рисункам которых можно подражать, что вскоре появляется человек в классической форме: два нуля друг над другом, руки-грабли и ноги.

Вслед за изображением человека в детских рисунках вскоре появляется дом, а затем природа с цветами и деревьями и техника с автомашинами и трамваями.

Ребенок в первых классах школы еще очень интенсивно живет образами. В педагогическом смысле это можно использовать, рассматривая все в виде картин и предоставляя детям много рисовать и живописать. Кто умеет читать эти рисунки, может лучше представить себе развитие ребенка, чем это может быть выражено в отметках.

 

 

Музыка и драма

 

себя в этой форме; пусть даже многое остается на уровне неудачных попыток. То же относится и к юношеским музыкальным сочинениям. Однако в этом возрасте музыкальные навыки редко бывают достаточными. Поэтому большинство прибегает к слову, чтобы выразить себя. Дневник встречается чаще, чем музыкальное сочинение молодого человека. Вместо изучения юношеского сочинения в области музыки есть также возможность изучить пристрастие созревающего человека к определенным музыкальным сочинениям и видам музыки.

 

Социальные творения

 

Самореализация ориентируется на социальную жизнь. Человек, побывав художником в области живописи и драмы в детской форме, должен стать художником, творящим в социальной сфере. Детскую жизнь можно было бы рассматривать как игру, хотя и такую игру, которая является подготовкой к серьезной жизни.

С тех пор как Локк высказал мысль, что человек появляется на свет подобно чистому листу, и стали популярны дарвинистские воззрения об исключительной функции наследственности, человечество забыло о своем божественном происхождении. Это прежде всего относится к психологии как науке и психологической практике.

 

Психология Шиллера

 

. 1974 ]

 

Стремление к развитию и задержка в развитии

 

их поздно проснувшаяся личность смогла сохранить особую цельность и своеобразие. Само собой разумеется, что такое стремление к развитию, находящееся еще в пределах нормы, для самой личности таит в себе особые трудности. И у личностей, которые позже проявляли особо сильную волевую сущность, у типичных людей дела, создававших большие предприятия, у основателей мировых фирм, часто наблюдается позднее пробуждение интеллектуального интереса. Часто мальчики, изгоняемые из школы за плохое поведение, становились носителями нового в культуре. И здесь создается впечатление, что они сберегли силы, чтобы позднее тем сильнее их развить. О психологии нидерландского народа следует сказать, что весь он склонен к замедленному развитию, на основе которого возникает в итоге сила инициативы.

Если заглянуть в душу такого ребенка, поражает особый трагизм. Многие вещи, которые другие дети видят как бы во сне и замечают лишь в достаточно зрелом для этого возрасте, эти дети понимают намного раньше. Тем самым на их долю выпадает большая нагрузка. Конфликты этих детских душ могут быть душераздирающими. Они еще не могут справиться с осознаваемыми ими проблемами.

Современная городская среда с ее хаотическими впечатлениями и бессмысленной спешкой способствует ускоренному развитию. Кроме того, многие родители и, к сожалению, педагогические системы слишком рано взваливают на детей неприемлемый учебный материал и приобщают к нему ребенка интеллектуальным путем. Всеобщая мотивировка, что в будущем что-то будет лучше, если раньше начать, есть типичное заблуждение. И при этом она противоречит всему опыту биологического развития. Крестьянин знает, что слишком рано впряженная в телегу лошадь навсегда останется неполноценной. Он справляется со своим нетерпением и ждет подходящего момента. Современный человек теряет разум там, где речь идет о самом дорогом для него: о его собственных детях. Само собой разумеется, что это так же неправильно, как терять время там, где следовало бы чему-то научиться. Достаточно хорошо известно, что для многих вещей существуют периоды наибольшей восприимчивости.

В первых главах мы стремились найти для обсуждаемых феноменов наиболее подходящую периодизацию. Если пропустить один из них, будет не так легко наверстать упущенное.

Но в настоящее время намного больше опасность того, что среда и школа будут способствовать ускоренному развитию. Поэтому важно еще раз подчеркнуть это. Ребенок с ранним развитием имеет нарушения и в физическом развитии. Нарушается биологическое равновесие, что вредит росту. Дети становятся бледными, нервными, у них легко возникает рвота, отсутствует аппетит, плохой сон. Часто единственное средство оказать им помощь, это послать их в деревню, чтобы исправить их физическую конституцию.

До сих пор мы обсуждали внешние факторы, способствующие слишком быстрому развитию. У определенных детей можно наблюдать слишком интенсивное и быстрое развитие внутренней жизни. Речь идет о тех грудных младенцах, которые вскоре после рождения выглядят более подвижными, чем обычные дети, плохо спят, плохо пьют, легко пугаются и потом срыгивают, плохо прибавляют в весе и постоянно озираются живыми, испуганными глазами. Эти маленькие невропаты чрезвычайно трудны, так как они слишком быстро достигают каждой последующей ступени развития. Один маленький мальчик двух с половиной лет дошел до того, что с года не прибавлял в весе. При этом он был подвижен как ртуть, карабкался на все, все хватал, умел обращаться с телефоном и был как маленький взрослый. Он был ростом с худого однолетнего ребенка и с лицом старого, умного человечка, терроризировал семью и умел использовать все слабости своего окружения, чтобы добиться своего. Такой случай, конечно, уже выходит за рамки нормального развития. Но этот пограничный случай выявляет обцгую тенденцию развития.

 

 

 

мышления

 

В следующих трех главах следует еще раз систематически рассмотреть развитие мышления, чувствования и воления.

Мышление это функция, проявляющаяся в ходе целого ряда процессов, благодаря которым постигается внешний мир.

Опытная картина мира еще не является специфически человеческой. Она имеет место и у животного. Охотники рассказывают, что старую опытную лису убить намного труднее, чем молодого неопытного зверя. Таинственный комплекс сил, который мы называем инстинктом, упорядочивает у зверя материал восприятий и тем самым обогащает защитные реакции.

В инстинкте действуют силы, в которых мы открываем глубокую мудрость. В комплексе они становятся для определенного вида животных заданной целостностью, и принадлежат виду так же, как и внешний облик.

В развитии мышления мы должны, таким образом, различать между образованием условных рефлексов, то есть между автоматически проходящей ассоциативной жизнью, и непосредственным мышлением в человеческом смысле.

и заявляет, что и дальнейшее воспитание и обучение состоит из образования подобных рефлексов.

В определенной мере она в этом права. Почти все, что изучается в первый период жизни вплоть до смены зубов, происходит благодаря образованию неосознанно действующего опыта. Можно было бы назвать это также образованием привычек. Тогда воспитание должно позаботиться о том, чтобы это оказались хорошие привычки. Уборка, например, есть именно формирование такой полезной и доброй привычки.

И после смены зубов и даже взрослым человек в своих повседневных действиях живет полученными в результате обучения или приобретенными условными рефлексами. Можно назвать эту часть человеческого существа человеком рефлексов. В этой области он является самым интеллектуальным животным, появившемся в акте Творения. Злые языки утверждают, что рефлективный человек во всех отношениях пригоден для того, чтобы занимать высочайшие гражданские посты.

В той мере, в какой человек живет вышеназванными силами, можно более или менее рассчитать, как он будет реагировать при определенных обстоятельствах, или какое представление он образует на основе данного впечатления. Для многих такие люди являются идеальными подданными, самой угодной рабочей силой.

Это и есть собственно период мышления (седьмой-девятый год жизни). В схеме в конце гштой главы мы представили в качестве первой формы мышления период ассоциирования содержания восприятий. В особенности после второго года оно покидает область исключительно физически обусловленных рефлексов и выступает как психическая функция. После смены зубов ребенок достигает фазы, когда он созидает для себя собственный мир мыслительных образов. При этом образование привычек продолжается на более глубокой ступени.

Упражнение рефлексов продолжается в этот период наряду или, лучше сказать, под покровом растущей собственной жизни в мыслительных образах.

По-настоящему хорошее преподавание во второй фазе жизни должно будет учитывать оба этих течения.

Поясним это на некоторых примерах: письмо и чтение должны стать в конце концов автоматически применяемой способностью. Как следует учить этому ребенка?

Этими методами можно было бы обучить и животное, если бы оно обладало рефлективным интеллектом, как человек, к чтению и письму.

Но если образ буквы погрузили в собственный внутренний мир ребенка, так что он связывает с ней все впечатления от рассказа, тогда он не будет скучать во время тренировки и не останется внутренне пустым и бедным, как обычно. Душа ребенка наполнена теперь образами и впечатлениями.

Внутренняя жизнь ребенка не высыхает, а расцветает и образует живую основу для здоровой душевной жизни взрослого.

Обучение письму требует при этом методе, конечно, больше времени, чем при других методах преподавания. Зато конечный выигрыш несравнимо больше; потому что в одном случае возник лишь внешний навык, а внутренняя жизнь оказалась обедненной. В другом случае этот внешний навык тоже возник, но одновременно обогатилась внутренняя жизнь.

Использованное таким образом время особенно ценно. Действительно ли необходимо, чтобы ребенок мог писать уже через два-три месяца? Чем плохо, если он станет это делать лишь в конце первого школьного года, когда одновременно уже приобретет другие силы? У него еще есть от пяти до шести лет времени для упражнений!

То, что было сказано о письме, относится ко всем учебным предметам. Это относится и к счету, являющемуся предметом тренировки в особом смысле. Греки знали наряду с количественной ценностью цифр и их качественную ценность. Для нас 5 это 2+3. Для греков число 5 открывало иной мир, чем число 3. Они знали совершенные и несовершенные числа, дружественные и недружественные.

Могут спросить, не значит ли это, что мы должны снова извлечь на свет преодоленную мистику чисел Пифагора. Но следовало бы присмотреться, не скрывается ли в этой так называемой мистике чисел, может быть, большой воспитательный смысл для ребенка. Будучи взрослыми, мы не пишем деловых писем в стиле сказки: жил-был однажды фабрикант, который должен был изготовить 30000 униформ и т. д. И все же мы признаем воспитательное значение сказок.

Дайте ребенку возможность спокойно ощутить специфическую самоценность простых чисел. Научите его, что 1 является качественно чем-то иным, чем 2. Дайте ему возможность найти все, чем является 1 в этом мире. Один — само по себе; два — вместе.

Дайте ему возможность детским способом пережить моральную цену одиночества и совместного пребывания.

Бог: человек не один, а вместе с Богом.

Одинокий человек, но там, где двое действительно вместе, присутствует третий.

4 угла кирпичного основания, на котором мы строим наш дом. 4 ветра и 4 стороны света.

есть благодаря счету с помощью 5 пальцев на одной и на обеих руках.

В вавилонской культуре были еще и другие числовые системы, которые были более ориентированы на Космос. Так, например, двенадцатиричная система с 12 знаками Зодиака, из которой возникла шестидесятиричная система, которую мы сохранили в наших 12 часах, 60 минутах и 60 секундах, и в наших 360°, с помощью которых мы делим поверхность на углы.

С наступлением пубертета и уже в предшествующий период своеобразие мышления меняется еще раз.

Мышлением в послепубертатный период следует управлять так, что оно — опять-таки наряду с упражнениями — направлено прежде всего на самостоятельный подход к проблемам.

Сочинение театральных пьес, самостоятельный подход к проблемам, поддерживаемый лишь необходимой помощью, уместны для этой фазы жизни.

 

 

О преподавании по эпохам

 

Обучение, обычное в настоящее время, обращается преимущественно к функции памяти.

Обычно под памятью понимают сознательную или абстрактную память. Это способность извлечь представление из состояния забвения, из бессознательного, и снова сознательно поставить в центр переживания.

Ребенок, который когда-то находился в определенном окружении и делал там определенные вещи, еще не может сознательно вспоминать об этих действиях. Если же он через некоторое время вновь попадает в эту же среду, он показывает своим поведением, что он в ней сразу ориентируется и знает, где находятся различные предметы и что с ними делали. Можно наблюдать это явление у каждого ребенка двух с половиной лет. В мансарде молоток и клещи убирали в определенный ящик, после того как ребенок мог ими поиграть. Проходят недели и месяцы, в течении которых молоток и клещи не доставались, и о них не говорили. После этого ребенок вновь приходит в мансарду в тот же угол, направляется к ящику и показывает, что его надо открыть, вынимает с большим удовольствие молоток и клещи и продолжает свою прежнюю игру.

Локальная память является старейшей и филогенетически. С этим связана склонность старых культур устанавливать памятники там, где случилось нечто особенное, чтобы вспоминать об этом при виде камня. Памятные камни встречаются повсюду. Иногда это огромные, поставленные на торец блоки, как менгиры у кельтов. Позже камни обрабатывались художественно. Наконец, мы видим их снова как триумфальную арку римских цезарей.

Так как локальная память остается в более глубоких, бессознательных слоях душевной жизни, взрослому тоже известно кое-что из этих явлений. Кто не возвращался в дом или сад своего самого раннего детства? Какие удивительные детские чувства всплывают при этом и как сильно мы стремимся все кругом обежать и посмотреть, все ли сохранилось от прежних времен. Как всплывает вдруг в определенном месте коридора уже давно забытое событие юности, связанное именно с этим местом!

Не должны ли мы, и прежде всего с нашими детьми, каждые каникулы возвращаться в одно и то же место, чтобы снова идти теми же путями и оживлять воспоминание о прежних радостях?

Форма этой памяти связана с тем, что сделано или произошло. Она связана с бессознательной жизнью воли и как таковая еще полностью погружена в жизнь желаний и привязана к ней.

Локальной памяти родственно явление, когда определенный запах может вызвать вдруг уже давно забытую сцену юности.

6, должен быстро повторить весь ряд, чтобы суметь дать ответ. Кульминация ритмической памяти находится между четвертым и пятым годами. Она совпадает с творческой фантазией, которая часто выражается в ритмических действиях.

Ритмическая память менее бессознательна, чем связанная с определенным местом. Она живет на волнах мечтательной жизни чувств. В мировой литературе дохристианских культур находят много примеров ритмической памяти. Достаточно вспомнить поразительные достижения памяти многих певцов.

Отсутствие утомляемости в деятельности, связанной с ритмической памятью, является фактом, который педагогически еще недостаточно оценен. Ритмическая память живет в современном европейском ребенке до девятого года. Потом она все больше вытесняется полностью сознательной абстрактной памятью и растворяется в художественном переживании, образуя основу для жизни в музыке и поэтическом искусстве.

Ребенок со своей ориентацией в мире еще очень зависит от памяти, связанной с местом, и опирается при игре весьма сильно на ритмическую память. Переход к усиливающейся нагрузке памяти абстрактными фактами должен осторожно осуществляться в школе. Вначале еще можно с успехом пользоваться неутомимой ритмической памятью, связанной с элементом игры.

образом соединять с местом, где это произошло. Для последующей нашей жизни неплохо, если определенное содержание будет связано с воспоминанием о нашем классе и многими радостями, которые мы пережили в первый год! Это должны быть приятные воспоминания!

Эти взгляды при последовательном применении смогли бы привести к революции в преподавании в первые три года в начальной школе. Был бы возможен более экономный и более физиологичный метод работы. Одновременно оказалось бы, что многие дети, имеющие в первые годы наибольшие трудности с материалом для запоминания, могут с радостью успевать.

Это будут прежде всего дети медленно развивающиеся, а также мечтательные, пребывающие во сне, которые с трудом могут воспринимать интеллектуальный материал для запоминания.

Здесь ни в коем случае не идет речь об отставших детях. Более того, это зачастую именно дети с особыми способностями, не спешащие ни с чем.

Продвинувшиеся дети, опережающие свой возраст, вначале не испытывают трудностей с запоминанием материала. Они получают хорошие оценки в журнале. Но именно для них было бы благословенной терапевтической мерой, если бы они были вынуждены еще некоторое время жить детской ритмической памятью. Опыт показывает, что если это проводить целенаправленно, дети становятся более детьми и физически здоровеют.

Об обычной сознательной, интеллектуальной памяти известно достаточно. Мы можем сформулировать это кратко. Она состоит в возможности воспроизведения по своему усмотрению содержания представлений произвольных, не связанных с местом или ритмом.

Преждевременное развитие абстрактной памяти и овладение ею вызывает позже снижение успехов в запоминании. Оно приводит к нежеланию напрягать память. Вместо этого охотнее отдаются непосредственному восприятию в образе и слове. Определенные направления умели рафинированно пользоваться этим.

Так как в последнем столетии почти повсюду более или менее были склонны к слишком раннему использованию памяти, это стало значительной культурной проблемой.

В этой связи возникает вопрос, надо ли уже в начальной школе проводить каждый час другой урок и просто продолжать начатый урок на следующий день.

Системе разделения предметов по определенным часам недели противостоит предложенная Рудольфом Штайнером для свободных ватьдорфских школ и осуществляемая с тех пор система преподавания по эпохам. При этом данный предмет прорабатывается не просто все дообеденное время, но в течение нескольких недель. В следующие недели берется другой предмет.

-школы практикуют разделение работы на многочисленные частные задачи. Система преподавания эпохами для основной ступени и старших классов в рамках вальдорфских школ идет в этом отношении дальше всего.

Представители раздробленного учебного плана утверждают, что ребенок, утомленный уроком счета, взбодрится чтением. Благодаря перемене будет поддерживаться его интерес. Приятные и неприятные для какого-то ребенка предметы сменяют друг друга. Три недели подряд счет или география как основной предмет должны были бы наскучить ребенку.

Но следовало бы спросить себя, какое влияние оказывает на ребенка раздробленный учебный план и к каким силам он обращается.

Если исходить из метода преподавания, тренирующего главным образом интеллектуальную память, то метод сменяющих друг друга уроков покажется само собой разумеющимся. Если же пожелать во время преподавания достичь еще больших глубин души ребенка, этот метод нельзя будет применить. Если же сверх того уделять должное внимание художественному элементу в преподавании, этот метод окажется совершенно непригоден.

Ребенку всегда нужно некоторое время, чтобы совершенно проникнуться чем-то. Это детское своеобразие, связанное с повторяющимся характером основанной на ритме функции памяти, что ребенок хотел бы продолжать то, с чем он связал себя. Только тогда он может связать себя с чем-то в глубинах своей души. Только тогда стимулируются жизнь чувств и воля, и сам ребенок становится продуктивным.

Само собой разумеется, что нельзя часами и целыми неделями подряд проводить интеллектуальное обучение одному предмету. Это опротивело бы детям через несколько дней. Надо будет разнообразить преподавание внутри материала рисованием, лепкой или написанием сочинений по этому материалу, так что восприятие и самостоятельное творчество будут находиться в равновесии друг с другом как вдох и выход. Если удастся установить это равновесие, ребенок начнет жить в материале. Он перерабатывает то. что воспринял на одной неделе, в следующую. Ребенок начинает медленно чувствовать себя в определенной области как дома. Завершение эпохи тогда ощущается как завершение небольшого этапа жизни, как окончание путешествия в ставшую знакомой область. Раздел на месяцы оставляется после этого в покое, пока за него снова не возьмутся.

Что происходит с тем. что мы когда-то знали и теперь забыли? Вспоминаем ли мы. взрослые, еще все то, что когда-то учили? Потеряно ли это для нас из-за этого? Разве мало таких, кто ничего больше не помнит из математики, не может решить задачу по алгебре, хотя когда-то имел хорошие оценки?

Потеряно ли все это для нас?

При преподавании по эпохам учебный материал всякий раз погружается в подсознательное и по временам забывается. В этот промежуточный период уже начинается процесс образования способностей, которые во время изучения следующей эпохи становятся плодотворны для восприятия нового материала.

Часто нельзя избавиться от впечатления, что наша теперешняя система преподавания воспитывает больше для экзаменов, чем для жизни.

Страх не подготовить ученика к определенному экзамену вынуждает учителя судорожно держать все изученное наготове, чтобы ребенок в определенный момент смог все тотчас же выдать. Результат экзамена является довольно скудным мерилом действительной готовности к жизни, потому что он проверяет только очень ограниченную человеческую функцию.

Прежде чем преувеличенное уважение к экзаменационной бумаге будет уменьшено до уместных размеров и экзамен не будет тяготеть над всем обучением, утечет еще много воды. К счастью, все больше раздается призывов пользоваться другими масштабами для испытаний, прежде всего из жизненной практики.

По традиционной системе расписания уроков материал соединяется главным образом с нашим интеллектом. По системе эпох ребенок гораздо глубже идентифицируется с учебным материалом, который в гораздо большей степени становится его собственным. Благодаря этому может лучше осуществляться процесс преобразования учебного материала в способности, приносящие в жизни свои плоды.

Система эпох имеет лишь тот недостаток, что она не готовит к наивысшим достижениям в экзаменационной борьбе. Дети, которых обучают по этой системе, чувствуют себя неуютно перед бессмысленными для их ощущений требованиями соревнования вопросов и ответов. Если они должны сдавать экзамены, то их необходимо пару месяцев готовить к этому. Результаты показывают, что после этого они оказываются не худшими экзаменуемыми. Прежде всего в своей творческой работе и в своем понимании явлений они, безусловно, не отстают от других детей с такой же интеллектуальной одаренностью. После испытания техника экзамена всеми снова забывается. Тогда жизнь сама судит о пригодности дипломированных.

 

 

чувства

 

О художественном развитии

 

Мышление мы познали как процесс, при котором внутренне осознается внешний мир, волю — как функцию, в которой внешне выступает внутренний мир, для чувства же характерным является то, что оно постоянно колеблется между открытием себя для внешнего мир и уходом в себя.

В чувстве симпатии душа открывается для мира. В антипатии она замыкается в себе, отталкивает от себя мир. Жизнь чувств колеблется между симпатией и антипатией, любовью и ненавистью, смехом и плачем. Это великий процесс дыхания между душой и миром, своего рода диастола и систола, подчиняющиеся собственному ритму.

В чувствующей душе человек переживает свое собственное бытие первичным и центральным. Здесь определяется его глубочайшая человеческая ценность. Поэтому-то развитие жизни чувств столь существенно для будущего жизненного счастья и человеческой ценности индивидуума.

Развитие жизни чувств в связи с этим так же важно, как и жизни мышления и воления.

Прежде чем мы обсудим развитие чувства, нужно вначале несколько больше сказать о сущности чувствования.

Благодаря позитивному чувству, симпатии, душа открывается для внешнего мира и принимает его в себя. В ходе этого процесса вся душа растворяется во внешнем мире. Она изливается и идентифицирует себя с внешним миром. Единение так интенсивно, что оно может доходить до границы задач отдельной личности, то есть до границы сознания. Осознание пережитого не может в существенном произойти при этом слиянии. Оно может возникнуть только тогда, когда душа снова освободится от интенсивного соединения с внешним миром и придет к себе самой.

Чем интенсивнее происходит процесс отдачи себя миру, тем сильнее потом внутреннее смакование, тем глубже будет чувствоваться и переживаться мир.

Здесь дело не только в том, чтобы предлагать детям приятные вещи. Чисто наслаждающееся излияние во внешний мир вызывает стремление ко все новым удовольствиям. В этой области уместно находить физиологически верное чередование приятного восприятия и осознания в душе.

На практике это можно познать в игре детей. Взрослый должен вмешаться, когда дети начинают выходить из себя или становятся совершенно необузданными.

Во время рассказа нельзя прерываться в момент наивысшего напряжения. Надо довести напряжение до кульминации, и в заключение создать разрядку. Если этого не сделать, дети выбегут из класса и разрушат школу.

В дидактике это должно стать одним из важнейших пунктов. На семинарах в этом надо постоянно упражняться.

Наиболее часто совершаемая ошибка состоит в том, что ребенок развивает слишком мало симпатии к учебному материалу. Он уходит в себя, и у учителя возникает ощущение, что перед ним вязкая масса. Подавленные силы симпатии разряжаются затем вне школы как необузданность. Но и слишком сильное или одностороннее обращение к силам симпатии вредит ребенку. Он слишком выходит из себя, дурачась, не знает, что делает и легко поддается инстинкту разрушения.

Хороший педагог играет со своим классом как на инструменте. Он доводит напряжение до того, что все затаивают дыхание. Он ведет к разрядке, когда класс издает глубокий вздох. Так он воспитывает гармоничного, уравновешенного человека.

Лучше всего это поняли руководители молодежных лагерей. Они умеют создать чередование между серьезностью и дурачеством. Может быть, в этом и состоит оправданная причина часто выражаемого сейчас стремления приблизить школу к молодежному лагерю.

Эти чувства, возникающие как реакция на внешний мир, действуют автоматически. Они возникают также и у животного при тех же обстоятельствах.

в человеческом смысле можно говорить, когда возник замкнутый мир чувств, в которых чувствование имеет место как состояние. Удовольствие и неудовольствие исходят еще непосредственно из жизненных стремлений. Они исчезают, как только перестает действовать причина, вызывающая удовольствие или неудовольствие.

Симпатия и антипатия более всеобъемлющи. Но и они являются реакцией на внешний мир.

Радость и страдание — человеческие чувства. Они являются состоянием чувствующей души. Но любовь и ненависть являются частичной предпосылкой возникновения нравственной личности.

Здесь мы оказываемся перед целым рядом постепенных изменений, начинающихся с чувства удовольствия и достигающих вершины в высочайшей силе любви.

Всю последовательность можно наблюдать во время развития ребенка в возникновении. У младенца нет ничего, кроме преходящих чувств удовольствия и неудовольствия. У малыша уже есть свои выраженные симпатии и антипатии. Школьник знает радость и страдание. У созревающего подростка просыпаются любовь и ненависть.

Движущей силой, вызывающей возникновение собственного внутреннего мира чувств и развивающей его дальше, является творческая фантазия. В жизни ребенка она проявляется после трех лет. В фантазии ребенок более или менее изолирует чувствующую душу от внешнего мира. Он формирует собственный внутренний мир, в котором перерабатываются дальше элементы внешнего мира, но в котором также возникает поток чувств, не зависящий от случайностей внешнего мира.

Жизнь в фантазии есть важнейшая школа жизни чувств. Чем больше фантазия имеет пищи и возможности развиваться, тем разнообразнее будут чувства ребенка.

Но уже в этой фазе необходимо посредством руководства добавить новый фактор развития чувства. Он должен исходить из детского сада и первых трех классов школы.

Новый фактор состоит в осознанно-целеустремленном художественном развитии ребенка. В нем жизнь его чувств облагораживается и от еще сильной связи с жизнью желаний переводится на более высокую ступень, где чувство направляется духовными импульсами.

Поскольку ребенок в этот период в первую очередь склонен строить и рисовать, следовало бы помочь младшему ребенку в строительстве, старшему в рисовании и живописи. Тем самым ему помогают преодолевать определенные технические трудности и пробуждают чувство прекрасного и некрасивого. При этом следовало бы в основном как можно больше работать красками. Постепенно следовало бы пробуждать в ребенке чувство подходящих друг к другу, гармоничных, и дисгармоничных, кричащих сочетаний цветов. Теплый красный, сияющий желтый, спокойный зеленый, холодный голубой, одухотворяющий фиолетовый.

В это же время следовало бы пробуждать в ребенке восприятие природы. Во время осенней прогулки можно обратить внимание на цвета деревьев. В школе воспоминание может углубляться в процессе рисования и живописания (жидкими красками по влажной бумаге).

С помощью рассказов можно углубить и расширить шкалу нюансов ощущений. Это идет от простейших чувств приятного и неприятного у младенца до пылкой любви и возмущения у старших.

Часто склонны пробуждать у детей только положительные чувства. Это нечто невозможное, потому что при этом вне рассмотрения остается драматизм, жизненный закон чувств. Всякое старание предложить только положительные чувства приводит к слащавости и поверхностности.

Чувства возникают только из противопоставлений и противоположностей. Гете показал, что человек может пережить лишь столько радости, сколько он знал страданий.

Дело не в том, чтобы утаивать от детей негативные чувства или порицать их как таковые. Важно правильно противопоставлять эти чувства друг другу. Рассказ снова должен стать произведением искусства. В нем может не только чередоваться напряжение и разрядка. Должны также следовать друг за другом оправданным в драматическом отношении образом любовь к благородному принцу и отвращение к злому волку или троллю.

Если рассмотреть с этих двух точек зрения известные сказки, то они предстанут непревзойденными произведениями искусства.

Не все сказки совершенны в своем построении. Наряду с известными сказками братьев Гримм можно было бы еще упомянуть северные народные сказки, содержащие наряду с рассказами из менее чистых источников также много маленьких произведений искусства. В целом они являются драгоценным даром для воспитания наших детей.

После десятого года наступает большое изменение в жизни чувств, в результате которого ребенок более или менее отказывается от своего примитивного детского мира.

Если он до этого жил главным образом в сфере образов, то теперь начинается музыкально-драматическая эпоха.

Светлое и темное, до этого приходившие к ребенку из внешнего мира как добро и зло, начинают играть роль в его собственном внутреннем мире. Этот процесс начинается на десятом году и достигает кульминации в пубертатный период.

Только тогда мир музыки в полной мере открывается перед ребенком.

В маленьком ребенке развивалось ощущение такта. Оно ближе всего непосредственному волевому переживанию ребенка. Позже у него сформировалось чувство ритма и мелодии. И лишь в конце младшего детского возраста развивается мелодическая память; сначала на определенные интервалы (нисходящая малая терция), позднее на пентатонику и еще позднее на наш диатонический звукоряд с основным тоном как опорным пунктом.

В первых простых элементах такта, ритма и мелодии ребенок пребывает примерно до десятого года жизни. Гармония, мажор и минор ему еще чужды и не ощущаются внутри.

Только после десятого года ребенок может ощутить свет и тьму в своей собственной душе и благодаря этому мажор и минор в музыке. И лишь в пубертатный период внутренним переживанием становится многоголосие.

В преподавании музыки в основной школе оправданно исходить из одноголосного пения и осторожно подготавливать многоголосие канонами.

Драматический элемент, который вначале преподносился ребенку извне в рассказах, в пубертатный период может быть глубоко прочувствован.

Теперь пора драматический элемент сделать полностью внутренним переживанием, не только напряжением и разрядкой, как до этого, а как свет и тьму. Драматический элемент может быть найден прежде всего в истории и литературе. Характеры из истории и биографии должны стать для юношей и девушек действительно живыми людьми. С ними вместе они должны переживать страдания и преодолевать их.

В сочинениях и самостоятельно сочиненных пьесах предоставляется возможность проявить этот драматический элемент, чтобы от него подняться к прочному внутреннему равновесию.

И здесь дело опять в том, чтобы так преподносить эти вещи, чтобы они стали глубоким переживанием. Они должны совершенно заполнить душу созревающего подростка.

И это не может состояться без преподавания эпохами, дающего детям время согреться на материале душой.

Особой задачей было бы эстетическое воспитание и тем самым развитие чувств ребенка из рабочей среды, идущего в самом благоприятном случае в профессиональную или промышленную школу.

У этих молодых людей в основном те же потребности. Но надо будет искать другие пути удовлетворения этих потребностей, учитывая уровень развития и дальнейшее профессиональное образование.

В профессиональной школе наряду с подготовкой по специальности следовало бы преподавать художественные ремесла. Это имеет величайшее значение для будущей проблемы свободного времени, а также для художественного творчества в собственном домашнем хозяйстве. Желая, чтобы хорошие красивые изделия ручного ремесла больше ценились, чем дешевые изделия массового производства, следует развивать понимание и вкус к личному изделию.

Домашние и индустриальные школы сделали уже довольно много, чтобы наряду с деловыми качествами девушек готовить их к выполнению будущих задач как матерей семейства, введя такие предметы, как уход за детьми и их воспитание.

Только если вкус покупающей публики изменится, на рынок будет поступать лучшая мебель для народа.

О последней фазе развития чувств уже говорилось в шестой главе. После пубертета, в который переживается прежде всего дуализм света и тьмы, внутреннего мира и окружения и т. д., следует потребность в синтезе предметов. Это становится особенно явно в поисках религиозного мировоззрения. При этом удивительно, что внешняя форма этой юношеской религии может быть и антирелигиозной. Мы пережили время, в которое определенная часть имеющей религиозную преданность молодежи была атеистической или историко-материалистической. Для них это было формой, в которой синтезировалось отношение чувств к внешнему миру. Сегодня чувствуется склонность прийти к другим формам синтеза, при которых стремятся к более духовному рассмотрению мира.

 

 

воли

 

Моральность

 

Первый источник сил, из которого в каждом живом организме возникает активность, есть комплекс жизненных инстинктов. Они действуют в организме как природные силы. Свое выражение они находят в инстинктах жизни, роста, развития, приема пищи и продолжения рода. Они действуют в бессознательной жизни органов и становятся заметны с первого дня жизни.

В растительном мире процессы роста и развития протекают без желаний. Растение проявляет в своей форме целостность жизненных процессов. Только животное принимает участие в этих процессах в своей душе, где желание соединяется с инстинктом.

Элемент желания пронизывает все животное и сам проявляется во внешнем облике животного.

Наряду с жизненными инстинктами, у животного встречаются также животные желания. Они, как и вегетативные инстинкты, в основном направлены на сохранение индивида, но более сложны и часто могут выступать в необычных формах. Инстинкт создания гнезда, стадный инстинкт (стремление собираться в стадо), бойцовский инстинкт и инстинкт прятания (органически действующий в мимикрии), а также многие другие формы животных инстинктов служат сохранению индивидуума и вида. Инстинкт добывания пищи касается индивида, а инстинкт вскармливания птенцов — следующего поколения.

Вегетативные инстинкты, животные желания и человеческие побуждения исходят из сил, которые изначально были в организме и извергаются из него со стихийной силой, проявляясь в виде действий.

Уже указывалось на то, что этот элемент в детских действиях возникает лишь на шестом году жизни, во время готовности к школе.

Это самая первая, примитивная форма воли. Она еще на 90% является желанием, и на 10% — управлением, основывающимся на наблюдении и опыте. И все-таки здесь можно говорить о начале волевого элемента.

Таким образом, желание становится волей благодаря соприкосновению с познающим сознанием.

Между целенаправленной игрой и моральной фантазией располагается целая шкала волевых ступеней.

Воля еще примитивна, пока она приводится в действие почти исключительно желанием и управляется лишь комбинирующим мышлением (школьная зрелость).

Воля становится более зрелой, как только мир идей развивается дальше и благодаря этому могут возникать далеко простирающиеся цели (пубертет).

Если интеллект бессознательно служит желанию, можно говорить не о неморальности, а об аморальной жизненной позиции. Большая часть поступков, которые мы совершаем как люди 20-го столетия, относится к этой последней категории.

Наш интеллект ставится на службу нашим желаниям и дает нам возможность утонченнее следовать этим желаниям. Так возникла культура со многими техническими удобствами и безудержным стремлением к власти.

Можно спросить себя: возможно ли совершенно исключить желание из воли? Для обычной жизни это будет невозможно, потому что в тот момент, когда желание (жизненное, животное или человеческое) прекращается, гаснет и стимул к действию. Во время нашей жизни на Земле мы зависим в том, что относится к нашей воле, от нашего организма и сил, исходящих из него.

Причиной другого недоразумения является недооценка желания. Само по себе желание никогда не является злым или плохим. Желание постоянно направлено на сохранение индивидуума и вида. Оправданному во всех отношениях инстинкту самосохранения противостоит инстинкт самоотдачи и самопожертвования. Он играет роль в материнской любви. Он нацелен не на самосохранение, а на сохранение потомства.

Эти рассуждения должны ввести в проблемы воспитания воли и развития нравственности.

Таким образом, воля пришла к первой стадии своего развития. В каком направлении воля будет развиваться дальше, будет зависеть от имеющегося в распоряжении ребенка школьного возраста содержания сознания. Развитие моральности в этой фазе может состояться лишь тогда, когда ребенок воспринимает содержание, дающее ему возможность в соответствующей детскому возрасту форме осознать различие между добром и злом. Такое содержание дается лучше всего в форме историй, сказок и рассказов, которые придумывают сами и которые, вращаясь в мире мыслительных образов ребенка, вводят в поле его зрения проблемы добра и зла. Если рассказы таковы, что ребенок слушает их, затаив дыхание, и потом продолжает заниматься ими в своей фантазии, то они особенно действенны.

Категорический императив: нельзя делать то-то и то-то — в общем производит гораздо менее глубокое впечатление, потому что эта форма еще не может приспособиться к внутренней жизни ребенка. Такие поучения остаются на поверхности и воздействуют самое большее как дрессировка. Это известно из практики, и особенно там, где нравственное развитие осуществляется с трудом. Несмотря на все увещевания, снова и снова возникает определенный образ действий.

Практическим примером может служить следующий случай: заботам воспитателя был доверен 8-летний мальчик с холерическим темпераментом, страдавший приступами бешенства, при которых он все разрушал. И вообще он то и дело давал своим поведением повод спросить, открыт ли он для моральности.

После недолгого молчания раздался вздох, и юный злодей весело продолжал рисовать.

Этот маленький рассказ выбран не за высокую мудрость, а потому, что он делает наглядным, как педагог с присутствием духа должен овладеть ситуацией и действовать быстро, чтобы ковать железо, пока горячо.

Наряду с такими небольшими рассказами, сымпровизированными по необходимости, имеется моральное содержание, преподносимое ребенку методически. Рудольф Штайнер советовал для этого включать в учебный план для первого класса сказки в качестве материала для рассказа. Для второго класса он рекомендовал басни о животных, для третьего — истории из Ветхого Завета.

Когда видишь, с каким воодушевлением ученики второго класса читают и инсценируют басни о животных, понимаешь, что выбран подходящий момент для таких рассказов. По мере углубления и расширения содержания сознания у ребенка развивается таким образом моральность. Можно задаться вопросом: действительно ли развитие моральности начинается лишь по достижении школьной зрелости? Не противоречит ли это показанному ранее, что именно в первые годы жизни закладывается основа будущей моральности?

И то и другое верно. В руки педагога попадает вовсе не чистый лист бумаги, когда он начинает воспитывать волю.

В первый период основы воли и моральности развиваются совершенно особым образом. Ребенок все еще находится в фазе подражания. С помощью добрых привычек закладываются основы воли и моральности. Подражая, ребенок перенимает привычки своего окружения.

В упорядоченном окружении с твердым жизненным ритмом закладывается основа внутренней уверенности и собственной любви к порядку, регулярного самостоятельного исполнения обязанностей. Моральность окружения образует путем бессознательного подражания основу будущей восприимчивости к сознательному моральному содержанию.

На этой основе, созданной родительским домом, педагог должен продолжать созидание. Поэтому для правильного понимания учеников важно знать их родительский дом, особенно если возникают трудности. Тогда можно понять, что основано на подражании, а что на неспособности воспринимать моральное.

Тому, что влияние среды через сознательное или полусознательное подражание в этой области не прекращается и после седьмого года, нас научили годы последней мировой войны, когда оказалось, что дурные примеры вокруг нас очень быстро стирали или сотрясали моральные принципы. Подражание, которым исключительно живет ребенок в свой первый жизненный период, продолжает действовать в бессознательных областях, там, где мы остаемся детьми.

подражательное восприятие моральности путем образования привычек;

изучение жизненных проблем, связанных с моралью;

внутреннее переживание борьбы между добром и злом в том виде, в каком они существуют в культуре, в которой вырастает ребенок.

Только если все три стадии морального развития пройдены и пережиты, создаются предпосылки для будущего свободного отношения к проблемам нравственного миропорядка.

Если бы не были заложены первые основы, человеку в будущем не хватало бы само собой разумеющейся уверенности в решении обычных задач повседневности.

Если бы вторая фаза давала недостаточно материала, так что жизнь представлений в области морали оставалась бы примитивной, то в будущем было бы невозможно осознавать более тонкие моральные различия.

Если третья фаза переживается недостаточно глубоко, то моральные вопросы в дальнейшем становятся поверхностными и схематичными.

Так же часто встречается закоснение в третьей фазе морального развития. При этом человек сохраняет поведение пубертатного периода, когда моральные проблемы движутся только по кругу. Такого рода жизненная позиция могла бы проявиться в форме многочисленных неврозов. Они являются причиной многих форм страха, ненависти и сомнений, которые мы встречаем в жизни.

Необходимые мероприятия в отношении морального воспитания могли бы следовать из высказанных наблюдений. В первой фазе жизни помогает лишь моральный образец. Во второй следовало бы предложить достаточно материала, на котором ребенок может получить представление о проблемах (сказки и рассказы, после 10 лет эпизоды из истории человечества). В третьей фазе умное, дружеское водительство должно исследовать глубины нравственных переживаний и помочь упорядочить проблемы пубертатного периода в правильных пропорциях.

Наконец, в четвертой фазе помогает лишь собственное решение, собственный поступок. При этом посторонний может лишь посоветовать, но не помочь. Волевой поступок взрослого молодого человека, особенно там, где речь идет о важных жизненных вещах, может быть совершен лишь самостоятельно, потому что он ответственен только сам.

 

Совесть

 

Рассмотрение морального развития ребенка не может быть завершено без исследования функции совести.

Есть различные взгляды на совесть.

Психоаналитическая психология (а вся нынешняя психология более или менее подвержена влиянию психоанализа, если только она не имеет исключительно экспериментальной природы) объявляет веления совести конденсацией требований и запретов со стороны родителей. Либо она декларирует их как бессознательное воспоминание о приобретенных культурных ценностях, которые подсознательно проходят через поколения и всплывают в каждом индивидууме. Из страха наказания рождается совесть, наказания со стороны родителей или общества.

Этот компонент, конечно, будет играть роль в подсознании и в определенных ситуациях удерживать нас от поступка. Он перерабатывается в том, что было сказано о первой фазе нравственного развития. Психоаналитические воззрения — как всегда — не ложны, а односторонни.

Наряду с совестью, приобретенной путем бессознательного подражания, а не из страха перед наказанием, имеется еще более глубокий слой совести. Мы хотели бы назвать его абсолютной или чистой совестью.

В чистой совести проявляется высший мир человека.

Здесь мы встречаем человека типа Фауста, который, несмотря на грехи и заблуждения, вновь обращается к свету.

Моральному гению нет нужды проявлять себя в интеллектуальной области, хотя определенная широта воззрений является предпосылкой, которая, впрочем, может быть обращена к любой сфере жизни.

Есть дети, которые вырастают безупречными в испорченной обстановке, подобно лилии на болоте. Другие в самой благородной обстановке склонны в душе ко злу.

Здесь идет речь о глубочайшем вопросе человеческой жизни: о судьбе. Здесь заключена одна из глубочайших предпосылок христианской культуры. С принятием данности проблема не решена. Дело в том, что человек делает! Кажущегося мало одаренным не осуждают, а помогая раздувают имеющуюся искру в пылающий костер.

Чаще всего приходится довольствоваться тем, что после бесконечных усилий и больших жертв по крайней мере удается способствовать тому, что добро и зло становятся подлинной проблемой для молодых людей.

Если достичь пробуждения фаустовского начала в человеке, это будет неоценимым выигрышем для личности.

Помощь условноосужденным чаще всего дает не намного больше. Внешне все старания могли бы показаться напрасными. Правонарушители снова возвращаются к воровству и проституции. Но внутри разница значительна. Опыт показывает, что иногда после многих лет раздаются признания, что голос совести все же слышен.

Может быть, этого достаточно для этой земной жизни?

И в отношении морального гения можно иметь удивительный опыт. Одна глубоко отставшая девочка — последствия повреждения мозга и приступов эпилепсии — была таким моральным гением, хотя не говорила ни слова и жила, как казалось, лишь растительной жизнью. В ее присутствии невозможно было избежать своеобразного ощущения чистоты и большой моральной силы. Годами она лечилась в институте. Снова и снова случалось так, что трезвые, несентиментальные практиканты, имевшие с ней контакт, высказывались в том смысле, что они не могли вблизи нее мыслить эгоистически и были склонны к внутреннему созерцанию. Когда девочка, наконец, умерла на 19-м году жизни, она лежала как лилия, не затронутая жизнью, которая для многих людей как посланница высшего мира была провозвестницей глубоких внутренних переживаний.

Голос чистой совести — это как эхо, раздающееся из глубин нашей души. Постоянно раздается зовущий голос из высшего духовного мира. Но для того чтобы быть воспринятым, должно быть нечто, что отражает этот голос и благодаря этому делает его слышимым.

Последнее определяет силу голоса совести. Поэтому проблему совести, по крайней мере познаваемого воздействия совести, необходимо рассматривать как конституционную проблему. Само собой разумеется, это имеется в виду не в грубом смысле, а так, что силы, действующие в теле, душе и духе, определенным образом переплетаются друг с другом.

 

 

индивидуализации

 

Дарвинизм оставил 20-му столетию наследство, которое то приняло, ничего не подозревая, и стало им руководствоваться.

Понимание определенного воздействия окружения на виды стало социальной директивой для исторического материализма, наиболее последовательно реализовавшегося в коммунизме и большевизме. Политическая директива привела к генетической надменности национал-социализма. Научная директива привела к идее возникновения человечества из бродивших стад в смысле психоанализа.

Этот материалистический образ мыслей хотел видеть в человеке лишь наиболее высоко развитое млекопитающее, обусловленное определенной наследственностью и средой.

Генетика, экспериментировавшая с растениями и животными, объявляла свои результаты безусловно действительными и для человека, в то время как противники этой тенденции не имели в распоряжении научных аргументов, чтобы бороться с ней.

косточек, бобы без волокон, возникли многочисленные животные с заранее спланированными свойствами.

Пока один народ не заявил, что выведет человеческую расу с качествами вождя! Мир инстинктивно восстал против этого. Возражения были этического и религиозного характера. Но это были возражения, которые материалистически-научное сознание объявило ненаучными. Борьба против этого опыта могла вестись только с привлечением моральной личности, а не научным оружием.

За несколько лет до последней мировой войны в одном из научных кругов был прочитан доклад. Исходным пунктом для определенных педагогических принципов служил опыт дрессировки крыс. Во время интересного последующего обсуждения оказалось, что этому можно было противопоставить слишком мало основательных контраргументов, исходя из действовавших тогда научных воззрений, оставлявших вне рассмотрения духовную сущность человека.

Во время и после войны мы научились, что не можем делать подобное, не поступаясь своим человеческим бытием. Это падение до уровня животного, разумного и благодаря этому рафинированного млекопитающего. Мы должны признать, что научные убеждения популяризуются, что приводит к ужасным последствиям. Чисто внешняя борьба с социальными последствиями без пересмотра первичных научных воззрений окажется бесплодным делом. Те же проблемы возникнут вновь в другой форме. Здесь действительно идет речь обо всем, что связано с человеком, о гибели или выживании человечества.

Нам не следовало бы забывать о блестящих проявлениях нашего духовного существа.

Мы обязаны стремиться неустанно укреплять вновь обретенную человечность. В связи с этой темой следовало бы спросить себя: как вернуть наследственность на подобающее ей место и что такое индивидуальное в человеке?

Общий ответ мог бы быть таким: насколько человек родственен животному миру, настолько он подчиняется законам наследственности. Там, где он личность, в человеке действуют другие, не только наследственные силы. Все в целом является компромиссом, в котором мы должны искать те или иные факторы.

Это имеет теоретико-научное и практико-педагогическое значение и вследствие этого важно и для культуры.

Кто испытывает потребность искать факторы компромисса, сделал уже первый шаг на пути решения проблемы.

Подробное рассмотрение проблемы наследственности с выше названных точек зрения вышло бы за рамки этой работы.

Однако в очень общих чертах можно указать, что есть две области, в которых лучше всего можно заметить борьбу между индивидуумом и наследственностью. Это области детских болезней и патологического развития. Можно наблюдать, насколько пригоден физический инструмент как средство выражения индивидуальных сил.

Главным образом в течение первых семи лет оно будет сопровождаться телесными явлениями. Позднее, особенно после пубертета, конфликты происходят более в сфере психического.

Привыкнув к более внимательному рассмотрению психологического становления ребенка в связи с детскими болезнями, снова и снова замечаешь, что детские заболевания являются этапами на пути детского развития.

Однако следует понаблюдать за ребенком во время первых двух-трех месяцев после кори. Тогда откроется, как он вдруг значительно изменился. Черты лица становятся за короткое время намного индивидуальнее. Облик сильно изменяется и развивается намного быстрее, чем в последние годы перед вспышкой кори.

Интересно понаблюдать, когда ребенок заболевает детской болезнью. Вообще этому не уделяют внимания. Удовлетворяются обнаружением источника инфекции, который действительно часто можно выяснить. Но следовало бы больше внимания уделять случаям, когда один ребенок в семье остается не затронутым инфекцией, хотя контакты с больными были столь же интенсивны. Ребенок заболевает той же болезнью только намного позже, источник же инфекции обнаружить невозможно.

И снова такие явления отчетливее всего наблюдаются у отсталых детей. Бросается в глаза, что они делают важный шаг вперед благодаря детской болезни или, может быть, вернее, в следующий за болезнью период восстановления.

Д-р Норберт Глас подробно рассмотрел эти вопросы как ступени развития человека.

У отставших в развитии детей можно найти целую градацию таких случаев, в которых:

1. Формообразующие силы наследственности нормальны, индивидуализирующее же начало слишком слабо или почти не заметно. В таких случаях ребенок вначале производит впечатление нормального, но по мере взросления все больше отстает.

2. Формообразующие силы наследственности аномальны, но индивидуализирующее начало сильно развито. В этих случаях ребенок вначале имеет уродства либо аномалии, но исправляется, становясь старше, и сильная воля к индивидуализации приводит несовершенный инструмент к неожиданным достижениям.

Мы ограничимся тем, что обозначили проблему. Только если многие станут сотрудничать в действительно точном наблюдении явлений, станет возможным создать учение о развитии, в равной степени учитывающее наследственность и индивидуальность.

Тот же феномен можно заметить и в отношении сексуальности. Как биологически хронотипическое развитие, оно вынуждает ребенка заниматься новыми явлениями в сфере физического. Во время пубертатного периода, протекающего без нарушений, осознание в телесной сфере идет рука об руку с душевным осознанием, при этом по-новому открывается собственный внутренний мир.

За последнее столетие проявилось раннее физическое созревание. Вследствие этого часто случается, что чисто биологическое сексуальное созревание наступает в момент, когда личностно-душевное развитие ребенка еще не доросло до этой физической зрелости. Долгое время предполагали, что душевное развитие непосредственно зависит от биологических изменений. Сегодня признают взаимовлияние. Однако есть еще третий фактор: мотивация.

Кроме процессов развития в мире природы, человек является также участником мира, открывающегося для него благодаря мышлению. Тем самым он впускает в себя Универсум, который для животного остается внешним миром. Благодаря процессу внутреннего осознания образуется культура. Человек творит ее заново.

Благодаря этому возникает тенденция, направленная на мир. и одновременно мотивация, соотнесенная с будущим.

Интерес, ограниченный вначале чисто биологическим, направленным на пробуждающуюся сексуальность, осознается в духе индивидуальной эротики.

В этом смысле развитие от сексуальности до лично переживаемой эротики связано с культурой.

Именно соотнесенная с будущим мотивация с тоской по собственному творению культуры имеет следствием, что каждое новое поколение впадает в конфликт с ценностями и формами существующей культуры, в которой оно пробуждается.

Изменяющиеся ценности, в том числе в отношении сексуальности и эротики, являются радующим явлением и доказательством третьей силы — личности, самости в каждом человеке.

 

 

самовоспитании

 

Из всего, что было сказано до сих пор о воспитании, следует, что к педагогике предъявляются особенно высокие требования. Кроме овладения учебным материалом, необходимы определенные художественные способности. Следует добавить сильные морально-идеалистические требования профессии.

Подлинное обновление системы преподавания, меняющее не только внешнюю сторону методики, будет процессом роста, который потребует много времени.

Но вполне возможно, что в отдельных школах образуется сообщество учителей, способных на основании особой подготовки и личных качеств проводить обучение в указанном направлении.

Учителя должны будут собрать практический опыт, необходимый для расширенной сферы влияния этого искусства воспитания. Его своеобразие характеризуется прежде всего практическим пониманием следующих вопросом:

Что я должен дать ребенку определенного возраста в определенной фазе его развития в качестве учебного материала?

Как я должен сообщить ребенку этот учебный материал, чтобы его душевные силы, его мышление, чувствование и нравственное воление могли развиваться?

Так как уже есть некоторое количество школ, где уже десятилетиями работают по этим принципам и при этом собирают опыт, создан исходный пункт, от которого можно продолжать строить.

Но всякое обновление было бы бесполезно, если бы сочли воспитание законченным в тот момент, когда молодой человек вступает в мир.

Так же, как были показаны определенные фазы развития ребенка, можно показать их и для всей жизни.

В них молодой человек вступает после двадцатого года своей жизни. Он делает это с теми силами, которые развились в нем к этому времени.

Его мышление получило определенное содержание, его чувствование — определенную структуру. Оно проявляется в его жизненной позиции в общественной и религиозной сферах. Его воля является носителем определенных идеалов, в которых можно обнаружить в большей или меньшей мере моральную субстанцию.

После прошедшего периода развития между пубертетом и совершеннолетием, в который мир изучался под руководством старших, появляется стремление пережить все самому. Это период, когда желают изучить все самое запутанное и темное на собственном опыте и на свою ответственность.

Это период приобретения жизненного опыта в любой области. При этом жизненный опыт приобретается благодаря тому прежде всего, что без предубеждения занимаются всем, с чем встречаются.

Теперь требуют чего-то совершенно иного нового. Что это такое? Как и откуда это должно прийти?

Кризис в возрасте от сорока до пятидесяти лет слишком часто проявляется в своем негативном аспекте. Новое ищут как внешнее обновление. Дамы посещают салон красоты и хотят выглядеть как их старшие дочери. Мужчины вдруг начинают одеваться по-спортивному. Многие супружеские отношения становятся критическими. Старые связи ослабляются, завязываются новые.

В жизненной фазе после сорока новая человеческая сущность может родиться лишь из духовного мира. Только здесь человек приходит к своему подлинному предназначению: быть гражданином двух миров, земного и духовного, и посредником между этими двумя мирами.

Только теперь жизненный опыт созревает в жизненную мудрость.

Три этапа характеризуют юношеский период. Три больших этапа характеризуют всю жизнь: молодость, время развития и, наконец, период духовной зрелости.

Каждый из них продолжается примерно 20 или 21 год, если пожелать рассмотреть их схематически.

Секрет искусства воспитания заключается в неустанном поиске. Никогда не бывает абсолютно плохо, если кто-нибудь совершает определенные ошибки. Это лишь тогда действительно плохо, если он все еще совершает их по прошествии нескольких лет.

Наше мещанское общество страшно боится ошибок. Оно стремится всеми возможными способами защитить себя от них: руководствами и экзаменами. Но оно забывает, что этим оно лишь закрепляет определенные ошибки, чтобы не совершать новых. Но никто не может быть убежден в том, что где-то в области педагогики найдена истина в последней инстанции.

Между двумя крайностями, закоснением в старых формах и яростным экспериментированием, надо будет найти нечто среднее.

Единственной реальной гарантией для ответственной педагогики является осознание педагогом своей ответственности, его стремление постоянно учиться у самой жизни и подвергать все свои поступки проверке в глубинах своей совести.

Педагог, который сам не занимается самовоспитанием, не может по-настоящему воспитывать детей. Его мог бы с таким же успехом заменить проигрыватель или фильм.

Появление тенденции замены тем и другим человека, бьющегося над решением задач педагогики, объясняется общим недостатком доверия к ищущему человеку.

И все же несовершенный урок ищущего педагога имеет для ребенка гораздо большую воспитательную ценность, чем технически совершенный урок пластинки.

Человек, стремящийся вперед изо всех своих глубочайших нравственных сил, является, несмотря на свои неизбежные ошибки, ярким примером для морального развития молодежи. Она будет почитать его, так как чувствует в нем родство со своей собственной растущей сущностью.

Надо будет иметь мужество идти на риск, чтобы двигаться дальше.

У меня в народной школе был учитель, девизом которого было: если вы не хотите взять на себя риск, тогда вы должны оставаться сидеть на своем стуле. Но тогда вы почувствуете, что одна из ножек вашего стула ломается, и вы еще и сломаете себе шею!

Осторожно брать на себя ответственность за риск в области педагогики означает следующее: всюду представлять свободу там, где может возникнуть человеческое доверие к умению и честным поискам коллектива педагогов.

Отбор педагогов должен происходить уже во время их подготовки. Работу в школе следует поручать лишь тем, кто относится с горячим энтузиазмом к своей профессии, обладает определенными возможностями художественного развития (это нечто иное, чем художественное дарование) и волей самому развиваться дальше как человеку. Всем, кто не соответствует этим требованиям, в период обучения будут указаны другие пути — это опять-таки нечто иное, чем их отвергать.

Все обучение надо будет основательно изменить. Оно должно будет стать дружеским водительством, где вместе с молодежью будут стремиться найти для каждого подходящее место в жизни. Только тогда можно будет ожидать, что те, кто непригодны для педагогики, со временем смогут перейти в другую профессию. Только тогда можно будет привлечь педагогически ценные силы из других учебных заведений.

Многие начинают хорошо, а затем опускаются до рутины.

Борьба с продолжающейся работой спустя рукава является величайшей проблемой педагогики. Она должна исходить от директоров школ и руководителей высших школ при поддержке школьных советов. Станет легче бороться, если у педагогов будет возможность разрабатывать собственные методы и благодаря этому и самим нести ответственность.

Это не может быть задачей государства или министерства, снять ответственность с плеч педагогов, потому что без ответственности несомненно возникнет рутина.

Тогда они смогут выполнить свою столь важную задачу. 

 

 

справка

 

Бернард Ливехуд родился в 1905 г. в Медане (Суматра, Индонезия). Закончил медицинский факультет университета в Гронингене (Нидерланды), вел клиническую практику в Амстердаме.

С 1954 профессор социалпедагогики в Высшей экономической школе Роттердама (позднее Университете Эразма).

С 1963 по 1972 профессор социальной экономической науки в Техническом унивеситете Твенте (Нидерланды).

В 1971 основал Высшую Свободную Школу в Дрибергене (Нидерланды), и возглавлял ее как ректор до 1983 г. Эта Высшая Школа предлагает пропедевтические курсы введения в профессию и обучение по специальностям экономика, социальные науки, медицина, философия, педагогика и др.

В 1975 выступил как сооснователь Свободной Европейской Академии наук с месторасположением в Виттене-Хердеке.

Был членом целого ряда государственных комитетов Нидерландов (пепеподготовки учителей, средних технических школ, образования государственных служащих и др.).

Многие годы председатель Антропософского Общества Голландии.

 

 

Библиография

 

Основы терапевтического применения музыки.

(1969)

к изданию на русском языке.

На пороге 21 века

.

к изданию на русском языке.

к изданию на русском языке.

.

 

 

 

bdn-steiner.ru





Внимание, только СЕГОДНЯ!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *