Dvoynoe_svidanie

2

Роберт Лоуренс Стайн: «Двойное свидание»

Роберт Лоуренс Стайн

Двойное свидание

 

Улица страха

 

OCR dizzy http://dizzy.ucoz.ru

«Двойное свидание»: Астрель / АСТ; Москва; 2002;

5-17-008761-6

”,

 

Аннотация

 

Ни одна девушка не может устоять перед Бобби, который беспечно разбивает девичьи сердца. Все осталось бы по-прежнему, если бы в Темной Долине не поселились красивые сестры-двойняшки. И обе влюбились… Плохо лишь, что каждая из девушек хочет, чтобы Бобби принадлежал только ей. Только одна из ревности готова на все… даже на убийство. Но которая из них? Тихая, робкая Бри? Или раскованная, сексуальная Саманта? Бобби необходимо выяснить это… иначе любовная игра может обернуться настоящей трагедией.

 

Р. Л. СТАЙН

Двойное свидание

 

Глава 1

Дух школы

 

Бобби Ньюкирк, опершись одной рукой о двер­цу, прижал к шкафчику Ронни Митчелл.

— Эй! — возмутилась она. — Отпусти меня, Бобби!

Он улыбнулся ей той неотразимой улыбкой, ко­торую долго репетировал перед зеркалом. От этой улыбки таяли девичьи сердца.

— Попалась.

— Пусти!

Ронни вырывалась. Но она была маленькой, хрупкой, миниатюрной. И у нее не хватило бы сил сдвинуть его с места.

Все так же улыбаясь, он наклонился и поцело­вал ее.

Она ответила на его поцелуй. Он знал, что так и будет.

Потом она, упершись кулачками в широкую грудь в бордовой с белым футболке с монограммой школы Темной Долины, снова попыталась оттолк­нуть его.

Он захохотал и посторонился, пропуская ее.

— Нахал, — кокетливо бросила она, убирая со лба рыжий завиток волос.

— И тебе это нравится, — парировал Бобби. Ронни одернула зеленую футболку.

— Прошлой ночью было здорово, — робко про­говорила она, опуская глаза. Усыпанные веснуш­ками щеки ее зарделись.

— Конечно, — сказал Бобби, разглядывая свое отражение в зеркале дверцы шкафчика. — Ты пре­лесть, детка.

— Не называй меня деткой, — сказала Рон­ни. — Ненавижу, когда меня так называют. Это пошло.

— Хорошо, детка.

Он наклонился, чтобы поцеловать ее, но Ронни уклонилась.

— Люди же смотрят! — шепнула она.

— Ну и что? — Бобби пожал широкими плеча­ми. — Пусть завидуют. — Он снова бросил взгляд на свое отражение и зачесал назад пряди прямых белокурых волос. — Мне нужно бежать.

Ронни вскинула на плечо рюкзак.

— Куда ты идешь?

— Так, по делам.

Бобби улыбнулся, снял с плеча девушки при­ставшую ворсинку и положил на ее веснушчатый нос.

Ронни сдула ворсинку.

— У меня тренировка, — сказала она, посмот­рев на часы, висевшие у них над головами. Три двадцать. — Встретимся после?

Бобби помотал головой. Он отвернулся от нее и окинул взглядом почти пустой коридор.

— У меня тоже занятия. Я заскочу позже, лады?

Бобби направился к двери музыкального клас­са в конце коридора. Он шел уверенной, пружини­стой походкой, зная, что Ронни провожает его взглядом. Он был уверен, что она восхищается им.

— Позвонишь вечером? — крикнула ему вслед Ронни. В голосе ее звучала мольба.

— Может быть, — буркнул Бобби, не оборачи­ваясь.

Ему нравилась Ронни. Она была самой краси­вой девушкой из всех, с кем он встречался. Мини­атюрная, рыжеволосая, веснушчатая — на вид ей можно было дать не больше двенадцати. Но она была что надо. Прикольная.

Почему он обхаживал ее? Потому что она была единственной девушкой из группы поддержки «Тайгерс», с которой он еще не встречался. А он хотел поставить абсолютный рекорд, внеся в спи­сок своих побед и Ронни.

Встречался со всеми шестью девочками из груп­пы поддержки. Бобби улыбнулся про себя. Кто го­ворит, что во мне нет духа школы?

И он расхохотался собственной шутке.

— Мой рейтинг растет.

Все шестеро просто без ума от меня, подумал Бобби.

Может быть, как-нибудь и звякну Ронни, раз­мышлял он. А может, порву с малышкой.

У дверей музыкального класса он встретил ре­бят. Джерри Мартин пожал ему руку.

— Как жизнь? — спросил Бобби Марки Дрю.

— Куда спешите, ребята? Сверхурочные? — по­шутил Бобби.

Джерри скорчил гримасу:

— Папаша заставил меня искать работу. Устро­ился в «Макдональдс». Жарю картошку.

Бобби прыснул.

— Сразу в начальники, а?

— Не у всех же богатые родители, — смущенно пробормотал Джерри.

— Вот беда, — съязвил Бобби. Марки перекинул рюкзак на другое плечо.

— Все еще встречаешься с Кэри Тейлор? — спросил он Бобби.

— Нет, я бросил ее, — ответил Бобби, на краси­вом лице расплылась самодовольная ухмылка.

Марки и Джерри изумленно смотрели на него.

— Да что ты? Бобби кивнул.

— Ага. Она разлила коку у меня в машине. И я порвал с ней. — Он хихикнул. — Послал ее по­дальше.

— Ого, — Марки покачал головой.

— Эй, парни, можно забирать себе ваших быв­ших? — спросил Джерри.

— Конечно. Всегда пожалуйста, — разрешил Бобби. Он рассеянно посмотрел на дверь музыкаль­ного класса. — Ладно, потом. Я опаздываю на ре­петицию.

Ребята пошли дальше. Бобби взялся за ручку двери.

Но тут чьи-то руки крепко схватили его за пле­чи и оттянули назад.

— Бобби, я тебя убью! — раздался пронзитель­ный крик. — Я не шучу!

 

Глава 2

«Нет проблем»

 

Бобби рассмеялся. Он даже не обернулся. Узнал голос.

— Полегче! — крикнул он. — Будешь трогать меня, когда полюбишь.

Кимми Басс издала возмущенный возглас и от­дернула руки.

— Где ты был вчера вечером? — сердито спроси­ла она.

Бобби повернулся к ней лицом. Его голубые глаза вспыхнули. Он широко открыл их и одарил девушку самым невинным взглядом. — Вчера вечером?

Кимми раздраженно провела рукой по темным курчавым волосам. Круглые щеки ее заливал ру­мянец. Она скрестила руки на груди, обтянутой светло-голубым спортивным свитером.

— Вот именно. Вчера вечером. Бобби притворился, будто вспоминает.

— Мы назначили встречу, помнишь? — сказала Кимми с дрожью в голосе. — Ты должен был зайти, чтобы позаниматься. А потом мы собирались…

— Классно выглядишь, — прервал ее Бобби. — На тренировку? Хочешь, потом выпьем коки или чего-нибудь еще?

Кимми захлебнулась от злости. Руки ее сжа­лись в кулаки.

— Ответь на мой вопрос, Бобби. Я звонила тебе домой, но тебя не было. Ты что, забыл обо мне?

— Вовсе нет, — ответил Бобби, положив ей ру­ку на плечо.

Кимми сбросила ее.

— По правде говоря, — продолжал Бобби, — я получил более заманчивое предложение. — Он ух­мыльнулся.

Она смотрела на него во все глаза, не в силах произнести ни звука.

— Ну же, Кимми, ты же не хочешь, чтобы я врал, правда?

Кимми взглянула на него. Глаза ее больше не горели гневом. На лице появилось холодное, пре­зрительное выражение.

— Бобби, ты просто свинья, — проговорила она сквозь зубы.

Бобби хихикнул:

— Я знаю.

— Ты свинья, — повторила Кимми и быстро по­шла прочь, потряхивая завитками черных волос.

— Эй, Кимми, — крикнул Бобби ей вслед. — Я позвоню сегодня?

Она ругнулась и исчезла за углом. Посмеиваясь, Бобби вошел в музыкальный класс.

— Привет, Бобби.

— Бери гитару. Ты припозднился.

Бобби кивнул Арни и Полу, двум другим членам группы, и направился к шкафу за гитарой. Им негде было заниматься, и мистер Коттон, учитель музы­ки, согласился предоставить им для занятий после уроков музыкальный класс.

Недавно они переименовали свою группу из «Кул гайз» в «Бэд ту зе боун». За четыре месяца существования группы название ее менялось чуть ли не каждую неделю. Бобби говорил, что они больше придумывают название, чем репетируют.

Пол, клавишник, нетерпеливо наигрывал что-то в ожидании начала репетиции. У Пола были широ­кие плечи, атлетическое телосложение, смуглая ко­жа и большие карие глаза. И еще удивительно лег­кая рука. Он был самым усидчивым и старательным из членов группы и относился к репетициям намно­го серьезнее, чем Бобби и Арни.

Арни, ударнику, не хватало опыта. Единствен­ное, за что его можно было похвалить, так это за то, что он хорошо держал ритм. Почти всегда.

Арни присоединился к группе лишь потому, что Бобби был его лучшим другом. У Арни были короткие рыжие волосы, бледно-голубые глаза, глупая улыбка, и в ухе он носил хрустальную серьгу-гвоздик. Светлый пушок над губой, кото­рый он выдавал за усы, придавал ему неряшливый вид.

Бобби подключил гитару к усилителю и повер­нул регулятор на полную мощность. Он уселся на складной стул напротив Арни и Пола и начал под­кручивать колки.

Бобби любил свою гитару. Это была белая «Фендер Страт». «Как у Джимми Хендрикса», — хва­стался он всем. Арни сказал как-то, что Бобби лю­бит свою гитару почти так же сильно, как себя.

Бобби это не понравилось.

— Эй, — запальчиво крикнул он. — А с чего бы мне не любить себя? Я — это все, что у меня есть!

— Глубокая мысль, — пробормотал Пол. — Прямо-таки философская.

Бобби закончил настраивать гитару. Он нагнул­ся, чтобы достать из чехла медиатор.

— Давайте начинать, — торопил Пол. — Мне нуж­но уйти пораньше — встретить маму после работы.

— Где мои медиаторы? — спросил Бобби, нахму­рясь. — Я всегда кладу их в чехол. Но…

— Может быть, ты снова затыкал ими нос? — предположил Арни, визгливо хохотнув.

Никто не засмеялся. Никто никогда не смеялся плоским шуткам Арни.

— Смешно, как на похоронах, — пробормотал Бобби, роясь в чехле в поисках медиаторов.

Пол недовольно крякнул.

— Вы что, забыли — нам в пятницу выступать в клубе? — спросил он.

— Кстати, где ты был вчера вечером? — поинте­ресовался Арни у Бобби, пропуская мимо ушей вопрос Пола. — Встречался с Кимми?

Бобби усмехнулся:

— Нет. С Ронни.

Бледно-голубые глаза Арни расширились.

— Я думал, у тебя свиданка с Кимми.

— Ну да, — ответил Бобби. — Но позвонила Рон­ни и — ну что я вам могу сказать? — Он пожал пле­чами. — Я же не могу быть в двух местах одновре­менно.

Арни захохотал:

— Вот бабник!

— Кимми переживет, — сказал Бобби. Он на­шел наконец медиатор и несколько раз провел им по струнам.

— Странно, что ты не встречался с обеими сра­зу, — сухо проговорил Пол.

Бобби собирался было ответить, но тут открылась дверь.

— Эй! — окликнул он двух девушек, в нереши­тельности застывших на пороге.

Он сразу же узнал близняшек Уэйд. В школе Темной Долины Бри и Саманта Уэйд были извест­ны каждому. Они приехали в город год назад и бы­стро приобрели репутацию самых красивых дево­чек в школе.

Они были похожи друг на друга как две кап­ли воды — гладкая белая кожа, прямые черные волосы. Роскошные волосы, блестящие, будто в рекламе шампуня. У них были круглые зеленые глаза, высокие скулы и теплая, искренняя улыбка.

Бри была застенчивой. Она редко выступала на занятиях. Саманта казалась смелее и оживленнее. У девушек были подруги, но ни с кем они не схо­дились близко. Они встречались с мальчиками, но ни у одной из них не было постоянного парня.

Тихо перебирая струны гитары, Бобби смотрел на девушек. Бри прислонилась к двери. Саманта про­шла вперед. Обе были одеты в полинялые джинсы и полосатые рубахи.

Клевые! — восхитился про себя Бобби. Младше их на год, Бобби уже подумывал приволокнуться за одной из них. Только пока все было недосуг.

— Мистер Коттон здесь? Мы его ищем, — сказа­ла Саманта, обращаясь к Бобби.

— Нет здесь никаких Коттонов, — встрял Арни. — А мы не подойдем?

Никто не засмеялся.

— Мы его не видели, — сказал Пол.

— Обычно он смывается, как только мы начи­наем играть, — улыбнулся Бобби.

Саманта улыбнулась в ответ. Бри не вынимала рук из карманов джинсов.

— Он, наверное, в учительской, — предположи­ла она.

Близнецы направились к выходу.

— Эй, останьтесь, послушаете! — крикнул им Бобби.

— Нам нужно найти учителя, — ответила Са­манта.

Девушки вышли в коридор — Бобби следил за ними оценивающим взглядом. Ого, какие фигури­стые! — подумал он.

— Что будем играть сначала? — спросил Пол, нетерпеливо барабаня пальцами по краю клавиа­туры.

— Я бы хотел сначала поиграть с ними! — зая­вил Арни, имея в виду близнецов.

— Да, девочки — супер! — согласился Бобби. — Видали, как одна пялилась на меня?

— Да у тебя просто ширинка не застегнута, — подколол его Арни.

— Я их не различаю, — сказал Пол. — Которая из них Бри, а которая — Саманта?

— Да какая разница! Они обе клевые! — Бобби помолчал. — А что, это мысль — забить стрелку с обеими сразу! Интересно, каково это — встречаться с близняшками?

Пол покачал головой:

— Бобби, этого даже ты не сможешь.

— Сможет, не сомневайся, — с воодушевлением проговорил Арни.

— И смогу, — задумчиво пробормотал Бобби. — С одной бы я встретился в пятницу, а с другой — в субботу. И взял бы с каждой клятву не рассказы­вать сестренке.

— Не выйдет, — стоял на своем Пол.

— А что мне мешает потом бросить обеих? — продолжал Бобби, смакуя эту мысль. — То есть почему бы не развести их? По-моему, девочки за­сиделись.

— Какая самоуверенность, — сухо проговорил Пол.

Бобби повернулся к приятелям:

— Значит, говорите, не смогу?

— Думаю, они признаются друг другу, — отве­тил Пол. — А потом скажут тебе проваливать.

— Спорим? — в запальчивости бросил Бобби. Арни вертел в пальцах барабанную палочку,

всматриваясь в серьезное лицо друга.

— Ты что, правда думаешь, что сможешь назна­чить встречу двум близняшкам в один уик-энд?

— Нет проблем, парни, — хвастливо заявил Бобби. — Нет проблем.

 

Глава 3

Предупреждение

 

— Я уже опаздываю. Надо бежать, — сказал Пол. Он убрал синтезатор в шкаф. — А то маме придется ждать на улице.

— Ничего себе порепетировали, — хмыкнул Бобби, поглядывая на тяжелые серые облака за окном музыкального класса. — Надеюсь, парни, вы не подведете меня в пятницу.

— Нужно еще поработать над двумя главными песнями, — сказал Пол, направляясь к двери. — Играли кто в лес кто по дрова. И темп слишком медленный.

— Ага, — согласился Бобби. Он быстро проиграл отрывок из одной песни. — Я слушал диск. Там правильный темп. Такой же, как в группе «Кто».

— Испаряюсь. — Пол вышел.

Бобби отключил гитару от усилителя и с ух­мылкой повернулся к Арни:

— Как думаешь, близняшки Уэйд еще здесь?

— Ты что, и вправду решил это сделать? — спросил Арни.

— Потом можешь забрать их себе, — сказал ему Бобби.

— Ты настоящий друг, — пошутил Арни.

Он выдал барабанную дробь и выронил палочку. Она со стуком упала на пол и подкатилась к Бобби. Бобби наклонился поднять ее и заметил входящую в дверь Мелани Харрис.

Бобби бросил ей палочку.

— Проверка реакции!

Мелани взвизгнула и отскочила в сторону. Барабанная палочка ударилась о стену и, подпрыг­нув, покатилась по полу.

— Хватит дурачиться, — сказала Мелани. Она подняла палочку и метнула на Бобби сердитый взгляд.

Бобби засмеялся. Мелани подошла к Арни. Она была невысокого роста, немного полновата. У нее были прямые русые волосы до талии, которые она заплетала в косу. А еще — прекрасные карие гла­за и сногсшибательная улыбка.

Из-за этой улыбки Бобби в свое время и запал нее. Прошлой весной он встречался с Мелани почти три месяца. Настоящий рекорд.

Но Мелани перестала улыбаться ему, когда узнала, что он за ее спиной встречается с другими де­вушками. Она тут же устроила ему сцену ревности со слезами. И с тех пор не улыбнулась ему ни разу.

Теперь она встречалась с Арни.

Это к лучшему, думал Бобби. Он не любил всех этих истерик. И что это она разрыдалась, когда сказала, что все кончено? — не понимал он. Хоте­ла, чтобы я пожалел ее, что ли?

Мелани протянула барабанную палочку Арни. Бобби следил за ней взглядом. А она хорошо смот­рится в обтягивающих джинсах, подумал он. Поверх золотисто-желтой рубашки на ней был чер­ный шелковый жилет без застежки.

Неплохо, сказал себе Бобби. Если бы она сброси­ла пару фунтов, я бы, пожалуй, снова предложил ей встречаться. То есть когда она надоест Арни.

Мелани и Арни тихо переговаривались. Бобби убрал гитару в чехол и отложил в сторону.

— Придешь в пятницу? — обратился он к Ме­лани.

— Арни меня уговаривает, — ответила Мелани.

— Будет здорово, — сказал ей Арни. — Сегодня мы хорошо порепетировали. Правда, Бобби?

— Отпад, — ответил Бобби, похлопывая по за­чехленной гитаре.

— Как думаешь, что нам надеть? — спросил Ар­ни. — Мы еще не говорили об этом.

— Может, мешки на голову? — предложила Мелани. Она прыснула. — А что, хорошая мысль. Как раз подходит к вашей музыке.

— От мешка прическа испортится, — пробормо­тал Бобби. Он отнес гитару в шкаф.

— Я же просто пошутила! — хмыкнула Мела­ни. — В жизни не видела таких самовлюбленных типов!

— Людей судят по себе, — огрызнулся Бобби. Он выключил усилитель и начал сматывать шнур.

Мелани и Арни снова шептались между собой. Бобби поставил усилитель в шкаф на нижнюю полку.

Из коридора доносились девичьи голоса. Близ­няшки Уэйд?

— Ну, я пошел, — объявил он Мелани и Арни, направляясь к двери.

— Эй, Бобби, — окликнула его Мелани. — Не делай этого.

— А? — переспросил он, оборачиваясь. Она сле­дила за ним испытующим взглядом темных глаз, в котором сквозило неодобрение.

— Не связывайся с Бри и Самантой, — предос­терегающе проговорила Мелани.

Бобби не смог сдержать усмешки.

— Это Арни тебе сказал? Мелани кивнула.

— Бобби, я тебя предупредила, — продолжала она. — Я знаю девочек. Они не такие, как ты дума­ешь.

Бобби презрительно рассмеялся:

— Обойдусь как-нибудь без твоих советов, Мел.

— Я не шучу, — повторила Мелани. — Держись от них подальше.

Бобби помотал головой, будто отмахиваясь от ее слов.

— Оставлю наших голубков одних, — язвитель­но процедил он.

Он вышел из комнаты. Длинный коридор был пуст. Поскрипывая кроссовками на гладком полу, он пошел к своему шкафчику.

В ушах у него звучали слова Мелани. А ей-то какое дело? Наверное, все еще бесится после нашего разрыва, решил он.

Мелани еще не охладела ко мне, сказал он себе. Что ж — кто осудит ее за это?

Завернув за угол, он чуть не врезался в откры­тую дверцу шкафчика. Он резко остановился — из-за дверцы выглянуло испуганное личико.

— Привет, — проговорил он, быстро взяв себя в руки. Губы его растянулись в улыбке: — Ты Бри или Саманта?

Глава 4

Одна есть

 

Девушка посмотрела на него так, будто никто ни­когда не задавал ей этого вопроса. На глаз упала прядь черных волос.

— Я Бри, — наконец вымолвила она мягким, бархатистым голосом.

— Очень приятно, Бри, — сказал Бобби, при­двигаясь ближе и глядя ей прямо в глаза; — А я Бобби Ньюкирк.

— Знаю, — смущенно проговорила она, убирая волосы с лица.

— Нашли мистера Коттона? — поинтересовался Бобби.

Она кивнула.

— Да. Мы с сестрой хотели спросить его о хоре. Я хочу сказать, в этом году мы немного опоздали. Но мы подумали, может, он еще разрешит нам за­писаться. Мы бы успели подготовиться к весенне­му концерту.

Она перевела дух, будто слова давались ей с тру­дом.

— Ты поешь? — спросил Бобби, скользя взглядом по ее лицу. Ему нравились эти зеленые глаза, нравились сочные губы, покрытые светлым перла­мутровым блеском.

— Ну так думаем мы с Самантой. Но я не увере­на, что мистер Коттон думает так же. — Она в пер­вый раз улыбнулась — робкой, мимолетной улыб­кой. Потом смущенно отвела взгляд.

— А я играю в ансамбле, — сказал ей Бобби. — Ты слышала нас? То есть отсюда, из коридора?

Она кивнула:

— Немного.

— Мы ищем солистку, — сказал Бобби. Эта идея пришла ему в голову только что. — Я классно играю на гитаре. И пою тоже хорошо. Но нам нужен женский голос. Может быть, ты или твоя сестра?..

— Саманта могла бы, — задумчиво проговорила Бри. — У нее голос сильнее, чем у меня. — Она в нерешительности потопталась на месте и посмот­рела на шкафчик. — Мне кажется, я не смогу петь рок.

— Ты слишком тихая, а? — спросил Бобби. На бледных щеках ее вспыхнули розовые пятна.

— Тихая, как мышка? — продолжал Бобби. Она едва слышно засмеялась:

— Не настолько уж. — Волосы снова упали ей на лицо. Она не стала убирать их.

— Мы играем в пятницу в клубе, — сообщил ей Бобби. — В танцклубе для молодежи. На Олд-Милл-Роуд. Знаешь, где это? Он называется «Мельница».

Бри покачала головой:

— Нет. Мы переехали сюда всего год назад. Я еще не…

— Что делаешь в пятницу вечером? Хочешь пойти нас послушать? — спросил Бобби.

В глазах ее читалось удивление. Розовые пятна на щеках стали еще ярче.

— Ну, я…

— Необязательно оставаться в клубе, если тебе там не понравится, — быстро добавил он. — Наша группа выступает лишь в первом отделении. А по­том сразу можно уйти. Ну, ты знаешь. Сходить ку­да-нибудь в другое место.

Она подняла голову и посмотрела на него испы­тующим взглядом, будто желая прочитать его мысли.

— Хорошо, — сказала она. — Звучит заманчиво.

— Отлично, — обрадовался Бобби. Он посторо­нился — она доставала из шкафчика свой рюкзак.

— Ты знаешь, где я живу? — спросила Бри. — На Фиарр-стрит. В самом конце.

— Я найду, — заверил ее Бобби. — Увидимся в пятницу. Около полвосьмого.

Он одарил ее самой чарующей улыбкой и напра­вился к своему шкафчику. Он знал, что она прово­жает его взглядом, любуясь его пружинистой по­ходкой.

Без проблем, думал он, очень довольный собой. Все оказалось легче, чем я ожидал.

А она и вправду скромница, решил он. Но я ви­дел, как она загорелась, когда я пригласил ее в клуб.

— Одна есть, — пробормотал он себе под нос, — осталась еще одна.

— Ну, мужик, ты даешь! — Арни восхищенно хлопнул Бобби по плечу.

Бобби в возбуждении мерил шагами спальню, его просто распирало от гордости.

— Я крут, я крут! — приговаривал он.

— Ну, и с которой же ты назначил встречу? — поинтересовался Арни.

— С Бри, — ответил Бобби. — Рифмуется с «бери». Бри бери!

— А что рифмуется с Самантой? — спросил Арни. — Оранжевая фанта?

Как всегда, Бобби не рассмеялся вымученной шутке друга.

— Я крут. Я крут! — Он еще пару раз прошелся туда-сюда по комнате.

Арни зашел к нему после обеда, как делал частенько, когда ему было лень садиться за уроки. Бобби чуть ли не с порога похвастался ему, что уже успел переговорить с Бри Уэйд и та, конечно же, ответила «да».

 

— Никто не может устоять перед Бобби Великолепным! — воскликнул он, хлопая Арни по плечу. — Кто Великолепный, Арни? Ну, кто?

— Ты! — послушно ответил Арни. Он развалил­ся на кровати, накрытой красным с белым покры­валом, положив руки под голову. — А что с сест­ренкой?

— Позвоню ей прямо сейчас, — сказал Бобби. — Хорошо, что ты зашел. Будешь свидетелем. На твоих глазах вершится история!

Арни загоготал. Это забавляло его не меньше Бобби.

Арни предан мне, как верный пес, подумал Боб­би. Поэтому и дружба у нас такая крепкая.

— Ты и вправду собираешься позвать Саманту на свидание? — засомневался Арни, усаживаясь на кровати и потягиваясь.

Бобби кивнул и, улыбаясь, взял трубку радиоте­лефона.

Арни снова улегся.

в телефонном справочнике Темной Долины, ле­жавшем рядом с телефоном.

Это дело принципа. Я принимаю вызов.

Бобби Вели­колепный!

поднес трубку к уху.

что это Са­манта?

Арни знак замолчать.

Бобби прокашлялся: — Алло! Это Саманта?

 

Глава 5

«Думаешь, я поступлю так с сестрой?»

 

— Да, это Саманта. Кто говорит?

— Привет, Саманта. Это Бобби Ньюкирк.

— Надо же. Привет. — В голосе ее звучало удивление. — Мы с Бри только что говорили о тебе. Лицо Бобби вытянулось:

— Вот как? Она рядом? В комнате?

— Нет, Бри внизу. Позвать ее?

— Нет! — поспешно проговорил Бобби. — Вообще-то я хотел поговорить с тобой.

— Со мной? — Голос у нее был не такой мягкий и бархатистый, как у сестры. Саманта говорит громче, отметил про себя Бобби.

— Бри сказала, ты, может быть, согласишься петь у нас в группе, — проговорил Бобби, заговор­щицки подмигивая Арни.

Арни, все так же лежа, ответил ободряющим жестом.

Саманта язвительно рассмеялась:

— Я? Петь у вас? Ты шутишь!

— Хочешь попробовать? — спросил Бобби.

— Вот уж нет! — воскликнула Саманта. — С чего бы Бри стала говорить такое?

Бобби хихикнул:

— Не знаю. Но так она сказала.

— Странно, — заметила Саманта. — Что ж, мой от­вет — нет. Я хорошо пою только в хоре. Или в душе.

Оба рассмеялись.

Арни сел на кровать, пытаясь понять, о чем раз­говор.

— Что делаешь в субботу вечером? — как бы не­взначай спросил Бобби.

На другом конце провода повисла пауза. Бобби живо представил себе озадаченное лицо девушки.

— Хочешь, сходим в кино? В «Тенплекс»? Снова молчание. Наконец Саманта ответила

приглушенным голосом, почти шепотом:

— Бобби, ты же в пятницу назначил встречу се­стре.

— Да, и что? — нисколько не смутился Бобби.

Он слышал в трубке ее прерывистое, учащенное дыхание. Он знал, что она ждет дальнейших объ­яснений. И поэтому молчал.

— Думаю, Бри не понравится, если я пойду с то­бой куда-нибудь на другой же день, — задумчиво проговорила Саманта.

— А ей и необязательно об этом знать, — сказал Бобби спокойным тоном. Он вслушивался в ее дыха­ние, пытаясь понять, как она восприняла его слова.

— Ты что, поспорил с кем-нибудь? — вспылила она. — Что будешь встречаться с нами обеими? Я угадала?

— Нет! Как можно? — притворно возмутился Боб­би. — Я думал о тебе. Ну, я увидел тебя и подумал…

— Так это не пари? — с подозрением спросила

— Нет. Говорю же, нет. Клянусь тебе, Саманта. Долгая пауза. Бобби терпеливо ждал, глядя на Арни.

Она обязательно скажет «да», убеждал он себя. Она хочет меня и знает это. Она клюнула. Она та­с Бобби Великолепным.

— Бобби, — наконец сказала Саманта. — Не­ужели ты и вправду думаешь, что я поступлю так с сестрой?

— Конечно, — без колебаний ответил Бобби. — Конечно. Ты же сама знаешь: тебе до смерти хо­чется встречаться со мной. Так?

— Наглости — хоть отбавляй, — проговорила она.

— Я знаю, — ответил Бобби. — Это мое лучшее качество.

Саманта рассмеялась.

— Мне нравятся наглые парни! — заявила она. Я ее зацепил! — радостно подумал Бобби.

— Значит, встретимся в субботу? — повторил свой вопрос.

— Ладно. Хорошо, — ответила она. — В кино пойдем, да?

— Да, — сказал Бобби, сигнализируя Арни: победа! — И это будет нашим секретом? Я хочу сказать, твоя сестра…

— То, о чем она не знает, не расстроит ее сильно, — проговорила Саманта.

Бобби послышалось в ее словах что-то странное. Он не совсем понял, что она имела в виду. Но решил не задумываться об этом.

— Наверное, лучше встретиться где-нибудь в городе, — предложил он. — Чтобы Бри ни о чем не догадалась.

— Правильно мыслишь, друг, — сказала Са­манта. — И еще наденем маски, чтобы никто нас не узнал.

Бобби засмеялся:

— Все шутишь, да?

Тон ее не изменился, так что трудно было по­нять, смеется она или говорит серьезно.

— Ага. Шучу, — сухо сказала она. — Кажется, меня зовет Бри. Ну, я пошла.

— Значит, в субботу, в восемь, — быстро прого­ворил Бобби.

— Пока, — шепнула Саманта. Так интимно шепнула.

Раздались гудки.

Бобби подбросил трубку в воздух. Она мягко приземлилась на ворсистый ковер. Он повернулся к Арни с торжествующей улыбкой на лице. И сно­ва, невероятно довольный собой, начал важно рас­хаживать по комнате.

— Жаль, что я не сиамский близнец, а то бы по­гладил сам себя по головке! — воскликнул он.

— Ты сделал это! — завопил Арни. — Просто не верится! Ты сделал это! Мастер-класс!

— Ага! — согласился Бобби.

Они с Арни принялись носиться по комнате крича, улюлюкая.

Наконец Арни остановился, и на лице его поя­вилось задумчивое выражение. Он потер пушок над верхней губой — от него всегда было щекотно.

— А Саманта не расскажет сестре? — спросил он.

Бобби покачал головой.

— Похоже, с этим у нее вообще нет вопросов. — Он усмехнулся: — Саманта, наверное, еще та стер­воза. Настоящая стерва!

— Ого, — пробормотал Арни, — Ого. — А потом добавил: — Интересно, почему это так задело Мелани?

Бобби пожал плечами:

— Кто знает? Мелани странная. Я же тебя предупреждал.

Арни помотал головой.

— Почему она была против, чтобы ты встречал­ся с близняшками? — недоумевал он.

— Я не знаю, какие там проблемы у Мелани, — сказал Бобби. — Не знаю. Может, между ними что-то произошло? Как ты думаешь?

 

Глава 6

Сюрприз

 

Бри смотрится просто шикарно, думал Бобби. На ней была короткая черная юбка, красные чул­ки и красный шелковый топ без рукавов. Черные волосы были перетянуты на затылке красной лен­той. Но когда они пришли в «Мельницу», Бри ра­спустила их. Теперь они каскадом спадали ей на плечи, черной волной покачивались за спиной, ко­гда она двигалась в такт музыке.

Бобби, глядя на Бри с маленькой сцены, взял первые аккорды. Они начали играть «Настанет день». Среди вспышек красных и голубых огней он видел, как она стоит в сторонке, в глубине зала. Звук здесь просто отличный! — подумал Бобби. Он улыбнулся Полу и Арни — от музыки, разлива­ющейся по битком набитому клубу, вибрировал пол. Классный звук!

Бобби начал подражать Чаку Берри. Пальцы его, казалось, двигались сами по себе. Он купался в музыке, она пронизывала все его существо. Выступление незаметно подошло к концу. Бобби же хотел, чтобы это длилось вечно: этот дурманящий, вибрирующий грохот музыки, эти вспыш­ки огней, извивающиеся в танце тела, крики, ап­лодисменты.

— Все отлично! — крикнул Бобби, сходя со сце­ны. — Нас приняли!

Шум стих, диск-жокей включил музыку. Зал озаряли вспышки прожекторов. Красный — голубой, красный — голубой. Бобби, проталкиваясь сквозь танцующую толпу, направился к поджидающей его Бри.

— Ну как? — прокричал он. Он схватил со сто­ла смятую салфетку и вытер пот со лба.

— Что? — не расслышала Бри.

Он придвинулся ближе, стараясь перекричать музыку:

— Ну как?

Она улыбнулась.

— Здорово! — Ее голоса почти не было слышно из-за грохота басов, размеренного ритма синтезатора.

— Здесь невозможно говорить! — прокричал ей Бобби в самое ухо. — Давай лучше потанцуем.

Они стали танцевать. Бри, на взгляд Бобби, танцевала не очень хорошо, потому что была слишком скованна. Она не могла полностью расслабиться и отдаться танцу. Он то и дело подмечал на ее лице сосредоточенное выражение: она стара­лась не сбиться с ритма.

— Может, пойдем подышим воздухом? — наконец чуть ли не взмолилась она, когда началась третья композиция. Она откинула темные волосы назад, схватила Бобби за руку и потянула его к вы­ходу. Ладони ее были горячие и влажные.

В дверях они столкнулись с Полом. Под мыш­кой он нес синтезатор.

— Мы играли потрясно! Мы просто монстры! Да здравствует рок-н-ролл! — прокричал Бобби, хлопнув его по спине.

Пол ответил ему полуулыбкой.

— Все было хорошо, пока ты не выдернул шнур усилителя. И чего это на тебя нашло — скакать по сцене?

— Шоу-бизнес, друг! — крикнул Бобби. — Шоу-бизнес. Народу нужно шоу! Рок-н-ролл! Они любят нас! Видал, как они завелись? Они обожают нас!

Пол покачал головой.

— Ты слишком выпячивался, Бобби! Как будто нас с тобой не было.

— Все просто отлично! — не унимался Бобби. — Нас приняли!

— Ладно, потом поговорим, — сказал Пол. Он улыбнулся Бри, открыл дверь и исчез.

Бобби вдруг обнаружил, что все еще держит Бри за руку. Она казалась такой крошечной и мяг­кой по сравнению с его ладонью. Он наклонился к ней, ощущая аромат ее волос, чем-то напоминаю­щий запах кокоса.

А она ведь и впрямь красавица, сказал он себе. Вон сколько парней глазеют на нас. Завидуют, по­тому что она со мной, а не с ними. Жалко только, что она плохо танцует. И что такая робкая. Слова из нее не вытянешь.

Бобби окинул взглядом танцплощадку в водо­вороте красных огней. Арни танцевал с Мелани. Бобби махнул ему рукой и позвал его, но тот не за­мечал друга.

Мелани такая толстая в этих шортах, злорадно подумал Бобби. Как только они на ней не треснут! Вот была бы потеха!

Когда они только пришли в клуб, Мелани поздоровалась с Бри и нарочно проигнорировала Бобби.

Как будто мне не безразлично, подумал он.

И как я мог с ней встречаться? — спрашивал себя Бобби.

Ну ладно, зато теперь я усвоил урок. Больше никакой благотворительности.

— Пойдем отсюда, — сказал он Бри. — Подышим воздухом, как ты хотела. Он вывел ее на улицу.

Ночь была ясной, холодной для апреля — можно подумать, что весна еще не наступила. В окрашенном багрянцем небе мерцали звезды, Усаживаясь в красный «Ягуар» Бобби, Бри дрожала.

— Нужно было захватить с собой свитер, что-нибудь теплое, — пробормотала она.

Он захлопнул дверцу. Могу поспорить, я тебя в два счета согрею, подумал он про себя.

Они немного поколесили по Темной Долине. Он вставил диск в проигрыватель. Классическая гитарная музыка. На дам это действует — проверено. Ему пришлось самому поддерживать разговор. Он говорил о музыке, об учебе, о предстоящих летних каникулах на Гавайях — они планировали от­правиться туда всей семьей, когда он вернется из детского лагеря в Массачусетсе, куда едет вожатым. Он жалел, что Бри такая робкая и молчаливая. И что все время прижималась к дверце машины, готовая выскочить из нее при первом же случае.

— Это у тебя обезьяны? — спросила она, когда они ехали по главной улице Темной Долины, сей­час темной и опустевшей. — Я имею в виду твою научную работу.

— Уэйн и Гарт? Да, это мои подопечные. Бобби рулил одной рукой, а вторую держал на

рычаге переключения скоростей, хотя в машине была автоматическая коробка передач.

— Я провожу эксперимент. Уэйну даю только ба­наны и воду, а Гарт получает полноценное питание.

— И где же ты раздобыл обезьян? — поинтере­совалась Бри.

— Это все мой дядя, — объяснил Бобби. — Он занимается импортированием животных. Работа­ет с зоопарками. Это отличные обезьяны, но я не могу оставить их себе: должен вернуть их назад, когда завершу работу.

— Интересный эксперимент, — проговорила Бри, откидываясь на спинку сиденья.

— Мистер Конклин вряд ли оценит его, — сказал Бобби.

Бри повернулась к нему:

— Почему?

— Потому что он сам похож на обезьяну!

Оба расхохотались. Смех у нее — будто тихий кашель, подумал Бобби.

— Ты забираешь их домой на выходные? — спросила девушка.

Он покачал головой:

— Нет. Их забирает Конклин.

Он то и дело поглядывал на Бри, пытаясь по­нять, нравится он ей или нет. Конечно же, нрав­люсь, убеждал он себя. Но насколько?

Глядя на дорогу, он рисовал в воображении кар­тину: близняшки Уэйд дерутся из-за него. Они ка­таются по земле, царапаются, визжат, каждая же­лает во что бы то ни стало одержать верх.

Нравится ли мне Бри? — спрашивал он себя. Конечно, нравится. Она же такая милашка.

Незадолго до двенадцати он подвез Бри к ее до­му, выключил зажигание, погасил фары. И повер­нулся к ней.

И едва не испугался, когда она чуть не забра­лась к нему на колени.

— Мне было хорошо с тобой, — прошептала она. Прежде чем Бобби успел что-либо ответить, она обхватила его голову руками и прильнула к его губам в долгом поцелуе.

Казалось, он длился целую вечность.

Бри снова поцеловала его, на этот раз настойчи­вее, крепче.

Невероятно! — думал Бобби. Она втрескалась в меня по уши!

Бри обхватила его шею горячими руками и снова привлекла его к себе, поцеловала. Когда их гу­бы наконец разомкнулись, оба с трудом переводи­ли дыхание.

— Мне пора, — прошептала она, прижимаясь лбом к его лицу. Шелковистые волосы мягко кос­нулись его щеки. — Хочешь, встретимся завтра? Можно посмотреть видео или сходить куда-ни­будь.

Этот вопрос застал Бобби врасплох. Он едва удержался, чтобы не сказать: «Нет, не могу. Зав­тра у меня свидание с твоей сестрой».

Но вовремя спохватился:

— Я бы с удовольствием. Правда. Но завтра у меня дела.

Она обиженно надула губки. Вскользь чмокну­ла его в щеку и отстранилась.

— Спокойной ночи, — шепнула она. — Позвони мне, ладно?

Он смотрел, как она идет к дому, все еще ощущая вкус ее губ, тепло рук, обнимавших его шею.

Ух ты, подумал он. Как говорится, в тихом омуте…

На обратном пути он едва сдерживал самодо­вольную улыбку.

— Очко в пользу Бобби Великолепного! — гром­ко выкрикнул он.

Если эта робкая, то чего же ждать от ее сестры?

На следующий вечер Бобби ждал Саманту у ки­нотеатра на Дивижн-стрит. Опоздав на несколько минут, она подбежала к Бобби — за спиной разве­вались черные волосы.

На ней были свободные джинсовые шорты и яр­ко-красная блуза до пупка.

Вот это да! Какая она сексуальная! Бобби вы­держал паузу, не спешил бросаться ей навстречу. Первым желанием его было сделать ей компли­мент, но он подавил его, вместо этого небрежно бросив:

— Привет, как дела?

Она не ответила. Взяла его за руку и оттащила к стене.

— Мы не можем так, Бобби, — тихо, будто чего-то боясь, проговорила она.

— Что? — не понял тот.

— Мы не можем так встречаться, — повторила Саманта. Глаза ее беспокойно всматривались в прогуливающуюся толпу. — Смотри! Вон Бри!

 

Глава 7

Знак беды

 

— А? Где? — воскликнул Бобби.

Он невольно поискал взглядом Бри и только по­том понял, что Саманта посмеялась над ним.

— Попался, — сказала она и взяла его за руку, обдавая торжествующим взглядом зеленых глаз.

— А вот и нет. Я тебе не поверил, — возразил Бобби.

— Чего же ты тогда испугался? — спросила она. — У тебя был такой вид, будто ты язык проглотил!

— Ну вот еще, скажешь тоже! — рассмеялся он.

— Такое впечатление, что нас снимают в шпи­онском кино или вроде того, — сообщила она ему приглушенным голосом. — А что, если кто-то и вправду следит за нами?

Бобби пожал плечами.

— Ну и что, — с деланным равнодушием ответил он. Она совсем выбила его из колеи своим ду­рацким розыгрышем. Чтобы произвести на нее впечатление, решил он, надо сохранять полную невозмутимость.

— Принес секретные шифры? — прошептала Саманта. — Ты знаешь пароль? Он прыснул:

— Ты странная.

Тут она снова посерьезнела. Не выпуская его руки, она посмотрела ему прямо в глаза.

— Мне как-то не по себе от всего этого, Бобби. Бри рассказала мне, как было здорово вчера вече­ром. Думаю, ты ей понравился.

— Неудивительно, я всем нравлюсь, — при­хвастнул Бобби, одарив Саманту самой неотра­зимой улыбкой. Он критически оглядел свое от­ражение в витрине и зачесал назад светлые во­лосы.

— Поэтому я поступаю нехорошо, встречаясь сегодня с тобой, тебе не кажется? — спросила Са­манта.

— Ну… — Бобби не нашелся, что ответить.

Но прежде чем он успел что-либо сказать, она продолжала:

— Но кому это надо — быть хорошим? — вос­кликнула она. — Это так скучно!

Оба рассмеялись.

Во дает! — думал Бобби, стараясь сохранять спокойствие и не пялиться на ее оголенный жи­вот. Она совсем не похожа на сестру, решил он.

— Я… приметила тебя уже давно, — говорила между тем Саманта, идя с ним к билетной кассе.

— Я тоже давно присматриваюсь к тебе, — отве­тил Бобби с многозначительной улыбкой. — Тебя трудно не заметить.

Она хихикнула.

Ей нравится, когда ей льстят, подумал он.

— У тебя такая репутация… — продолжала Са­манта.

Бобби остановился. Он не привык к такой откровенности. Наверное, она всегда говорит все, что взбредет в голову, решил он.

Я слышала, что говорили о тебе девочки в школе, — доверительно сообщила ему Саманта. — Да? И что же? — поинтересовался Бобби. Она хитро улыбнулась.

— Не скажу, — кокетливо молвила она. — А то совсем зазнаешься.

— Ну, что бы ты там ни слышала, наверное, это правда, — сказал он.

Саманта снова засмеялась — громким, грудным смехом. Не похожим на тихий, кашляющий смех Бри.

Она интереснее, чем Бри, решил для себя Бобби. И сразу видно — по-настоящему запала на не­го, Бобби Великолепного. У кассы они остановились.

Что будем смотреть? — спросил Бобби. — «Истребитель-V»? Говорят, там потрясающие спецэффекты!

— Фу, какая пошлятина, — поморщилась Саманта. И тут же, расплываясь в улыбке, добавила: — Обожаю!

— Так что, идем?

Она нахмурилась и обеими руками откинула волосы назад.

— Я его уже видела. А нам обязательно идти в кино? Может, просто пройдемся?

— Можно. Без проблем, — поспешил согласиться Бобби.

Наверное, хочет прокатиться до Ривер-Ридж и заняться делом, подумал он. Такая, как она, не будет терять времени даром.

—Люблю гулять по городу, — сказала она, когда они отошли от кинотеатра. — Можно увидеть много чего прикольного.

— Любишь ходить по магазинам? — спросил Бобби.

— Нет. Это у нас Бри любительница. А мне нравится просто смотреть.

Они вышли на главную улицу и побрели дальше, глазея на витрины магазинов.

Напротив «Золотого амбара», ювелирного мага­зина, она повернулась к нему со странным выраже­нием на лице.

— Бри убьет меня, если узнает, что я была здесь с тобой, — доверительно сказала она.

— Но она не узнает, — успокоил ее Бобби, лю­буясь своим отражением в стекле витрины.

— Тебе было хорошо с Бри? — спросила Саманта. Не успел он ответить, как она рассмеялась и указала на заведение через дорогу.

— Только посмотри на них! Просто невероятно! — язвительно воскликнула она. — Поедают хот-доги, бутерброды, мороженое — как в них только лезет все сразу! Думаешь, они что-нибудь смыслят в здоровой пище?

— А может, им нравится жиреть, — сострил Бобби и тут же спохватился: — Кажется, я зара­зился тупостью от Арни!

— Арни? Парень Мелани? — припомнила Саманта.

— Ага. Мой лучший друг.

— Странно.

Бобби не понял, почему она так сказала. Но спросить ее об этом не успел — Саманта уже тяну­ла его в «Золотой амбар».

— Ты же сказала, что не любишь ходить по ма­газинам, — воспротивился он.

— Не люблю. Зато мне нравятся сережки! — заявила она, тряхнув большими золотыми кольцами в ушах. — Видал? — И направилась к витрине с серьгами.

Бобби огляделся вокруг. Магазин был небольшой, узкий и длинный; в глубине — прилавок, по бокам — стенды с украшениями.

— Одно лето здесь работала моя двоюродная сестра, — сообщил он Саманте. — Хозяин знает меня.

— Ой, как страшно, — проговорила она с сарказмом. Она сунула ему в руку свои золотые кольца и, кокетливо отодвинув его в сторону, уставилась на длинные серебряные серьги.

— Подай-ка мне эти, — сказала она, рукой отводя назад черные пряди волос, собираясь приме­рить сережки. — Или нет, подожди. Вон те мне нравятся больше.

Она взяла другие серьги и протянула ему по­смотреть. — Гляди, Бобби. Серебряные рыбки. — Красивые, правда?

Он кивнул.

— Какие тебе нравятся больше — те, с висюлечками, или эти, с рыбками? Ну ладно, не парься. Я примерю и те, и другие.

Пока она занималась примеркой, Бобби повер­нулся к прилавку. Среди продавцов не было ни одного знакомого.

Тут взгляд его упал на табличку на стене. Боль­шими красными буквами на ней было написано: «ГРАБИТЕЛИ БУДУТ АРЕСТОВАНЫ И НАКА­ЗАНЫ ПО ВСЕЙ СТРОГОСТИ ЗАКОНА».

Он подбросил на ладони золотые кольца. С виду казалось, что они целиком из золота. Но на самом деле они были полыми внутри и почти невесо­мыми.

— Извините, мисс, — обратилась к Саманте од­на из продавщиц, когда та потянулась за другой парой сережек — золотыми, изящными, в виде сердечек. — У нас в магазине не принято позво­лять покупателям примерять серьги. Прошу вас больше так не делать.

— Конечно, как скажете, — улыбнулась Саман­та. — Какие красивые, да? — спросила она.

— Ага, — без энтузиазма согласился Бобби.

— Могу рассматривать серьги днями и ноча­ми, — сказала она ему.

— Ого. Днями ладно, а ночью-то можно найти и другие развлечения, — пошутил он, мечтательно закатывая глаза.

Она повернулась к нему, в глазах ее вспыхнул огонек.

— Хочешь развлечься? — Казалось, она бросает ему вызов.

Он ухмыльнулся.

— Ты же знаешь, какая у меня репутация, — с гордостью заявил он. — Я всегда не прочь поразвлечься.

— Ну ладно, — сказала она, усмехаясь в ответ. — Пошли. — И решительно направилась к двери.

— Эй, подожди! — бросился он за ней следом. — Твои сережки!

Саманта даже не обернулась. Она быстро шла вперед, к выходу.

Бобби пришлось догонять ее бегом. У него в од­ной руке были ее золотые кольца. Другой он схва­тил ее за плечо.

— Сердечки — ты не заплатила за них.

Он оглянулся на продавцов за прилавком. Не смотрят ли они?

— Ну конечно, не заплатила, — прошептала Саманта, засовывая серьги в бумажник.

— Идем. Что ты делаешь? — возмутился Бобби.

— Получаю стопроцентную скидку, — беззаботно молвила она.

Едва они оказались у дверей, как услышали громкий окрик:

— Девушка, остановитесь! Девушка!

Бобби колебался. Но Саманта схватила его за руку и силком вытащила наружу.

— Девушка! Стойте! Остановитесь!

Бобби, обернувшись, увидел, что к ним бегут два продавца.

Саманта дернула его за руку.

— Бобби, бежим!

 

 

 

 

Глава 8

Попались

 

— Беги! — закричала Саманта.

Она отпустила руку Бобби и ринулась в толпу прохожих.

Бобби в панике бросился за ней.

— Держите их!

— Эй, остановитесь!

В толпе послышались возмущенные возгласы. Оглянувшись через плечо, Бобби увидел гонящихся за ними мужчину средних лет и молодую женщину.

— Осторожно!

Бобби едва не налетел на двухместную коляску со спящими младенцами. Он резко затормозил и дернулся влево.

— Смотри, куда прешь! — злобно прошипела ему вслед хозяйка коляски.

— Извините! — бросил Бобби на бегу и помчал­ся дальше.

На мгновение Саманта исчезла из вида, потом ее красная блуза мелькнула в толпе рядом с мага­зином компьютерных дисков.

— Эй, держите их! Держите! — Продавцы нагоняли их.

— Саманта! — крикнул Бобби, задыхаясь от бега.

Казалось, Саманта не слышала его. Вот уже она исчезла за углом.

Бобби едва не сбил двух маленьких девочек с мороженым в вафельных рожках. Нырнул за угол.

Догнав Саманту, он ощутил резкую боль в боку.

— Эй, подожди! К его удивлению, она смеялась. Возбужденным, радостным смехом. Они пересекли улицу, оказались в «Макдональдсе» и побежали между рядами желтых пластмассовых столов.

Боль в боку становилась все сильнее. Бобби сде­лал глубокий вдох и усилием воли попытался отогнать боль.

— Ох, Саманта! Постой!

Магазин «Гэп». Потом «Уолденбукс».

Боль в боку утихла. Из последних сил Бобби сделал еще один рывок. Догнал Саманту. Нако­нец-то.

За спиной у нее, словно знамя на ветру, развевались черные волосы. Бобби поравнялся с ней, забе­жал вперед. И увидел прямо перед собой ее зеле­ные глаза, сияющие от возбуждения. Она все так же смеялась.

Бобби обернулся. Продавцов не было видно.

Неужели они оторвались от погони? Неужели им удалось благополучно смыться?

— Саманта, зачем? — тяжело дыша, спросил он. — Зачем ты сделала это?

— Для смеха! — крикнула она.

И снова побежала. Бобби бросился следом.

Люди расступались, пропуская их. Бобби не обращал внимания на разъяренные, удивленные, возмущенные крики.

Они повернули за угол рядом с киоском с горя­чими пончиками и вклинились в толпу подрост­ков, направлявшихся в «Питс Пиццу».

И тут Бобби обмер: путь им преградил охран­ник в серой униформе. Он поджидал их, злобно со­щурив глаза.

— Господи. Мы попались! — громко простонал Бобби.

 

Глава 9

«Не делай ей больно»

 

Бобби резко остановился, столкнувшись с Самантой. Он тяжело дышал, снова кололо в боку. И тут он обнаружил, что до сих пор сжимает в руке золотые кольца Саманты.

— Не так быстро, — проговорил охранник. Сдвинув форменную кепку на затылок, он смотрел на ребят налитыми кровью глазами.

Попались, думал Бобби. Нас поймали.

И все из-за проклятых побрякушек, говорил он себе, переводя дыхание. И как только Саманте взбрело такое в голову? И зачем она втянула меня во все это?

— Куда спешим? — медленно протянул охранник.

— Мы… мы опаздываем, — выдавила Саманта. Как будто ничего лучше придумать не могла, подумал Бобби.

Охранник сверлил Саманту подозрительным взглядом.

Бобби крепче зажал в кулаке серьги. Он посмотрел на Саманту — спутанные волосы упали ей на лицо.

Позади он услышал крики. Продавцы из «Золотого амбара»?

Он обернулся. Нет. Всего лишь ссорящаяся немолодая пара.

Повернувшись, он встретился взглядом с суровым охранником. Признается ли ему Саманта, что украла серьги? — спрашивал себя Бобби. Придумала ли она, что сказать в свое оправдание?

— Зачем было бежать? — продолжал охранник. — Вы могли споткнуться и упасть.

— Извините, — сказала ему Саманта, виновато опуская глаза.

— Здесь скользко, — предупредил охранник. Поэтому сбавьте темп, поняли?

— Непременно, — торжественно пообещала Саманта. — Извините еще раз.

Охранник махнул рукой, отпуская их.

— Ох уж эта молодежь. Вечно куда-то торопится, — пробормотал он себе под нос, развернулся и пошел прочь.

Бобби и Саманта, с трудом сохраняя спокойствие, дошли до подземной автостоянки. Там они немного расслабились, посмеявшись, поздравили друг друга с удачей: только по чистой случайности им удалось избежать крупных неприятностей.

— Потрясно! — радостно заявила Саманта. Просто потрясно!

В глубине души Бобби считал, что эти серьги, приглянувшиеся Саманте, не стоили такого риска. Сердце его все еще бешено колотилось, руки тряслись. Но ему не хотелось, чтобы Саманта сочла его за жалкого сопляка.

— Ну да, это было покруче любого боевика! — сказал он.

— Здесь скользко. Сбавьте темп, пожалуйста. — Саманта очень похоже передразнила заторможенный голос охранника.

И они снова расхохотались. Бобби похлопал ее по плечу.

— Когда охранник остановил нас, я чуть не описался — признался Бобби. — Он был старый.

— Мы бы убежали от него, — беззаботно ответила Саманта.

Бобби пораженно смотрел на нее. Что она имеет в виду? Шутит, что ли?

— Сматываемся отсюда! — крикнула она с горящими от возбуждения глазами.

Они побежали к красному «Ягуару» Бобби, громко стуча каблуками по асфальту.

— Я поведу! — крикнула Саманта прерывающимся от бега голосом. И протянула руку за клю­чами.

Бобби колебался.

— Я хочу сесть за руль! — не допускающим возражений тоном повторила она и отобрала у Бобби ключи.

— Наглость — второе счастье? — сострил тот.

— Ага! — весело ответила Саманта. Она плюх­нулась на место водителя, вставила ключ в зажигание и включила фары — Бобби еще и дверцу открыть не успел. Она надавила ногой на педаль газа — взревел двигатель.

— Ты эту штуку хоть водить-то умеешь? — с опаской спросил Бобби. — У этой машины боль­шая мощность.

Она стиснула его руку.

— Уж справлюсь как-нибудь, — сухо сказала она.

Бобби ухватился за ручку дверцы — Саманта не глядя по сторонам, резко подала вперед. Под визг тормозов машина рванула с места. Саманта, вывернув руль, обогнула угол, и, не сбавляя скорости, выехала за ворота и свернула на Дивижн-стрит, где было полно машин.

Они неслись по улице на полном ходу — Саманта как будто не замечала ни пронзительных гудков, ни возмущенных возгласов водителей. Бобби с трудом глотнул и вжался в кресло.

Саманта тряхнула волосами и весело расхохо­талась.

— Что смешного? — насупился Бобби, когда они подрезали фургончик с пиццей, вклиниваясь в средний ряд.

— Видел бы ты свое лицо, — ответила она. — Не волнуйся, Бобби. В вождении я спец. — Она перестроилась в правый ряд. Вслед им неслись автомобильные гудки.

Бобби взглянул на спидометр. Господи, куда она так летит!

Он хотел было попросить ее сбавить скорость, но передумал. Надо казаться хладнокровным, сказал он себе. Что она подумает про него, если он скажет, что она едет слишком быстро?

— Мне нравится скорость, а тебе? — спросила она, резко выворачивая на Ривер-Роуд. — Люблю быструю езду! Это меня так… заводит. — Она бро­сила на Бобби игривый взгляд.

— Меня тоже, — ответил Бобби, стараясь, что­бы голос его звучал как можно тверже и уверен­нее. — Куда едем?

— Увидишь.

Она опустила стекло. В машину ворвался хо­лодный ветер, разметав ее волосы.

— Вот это да! Здорово! — в восторге кричала она, перекрывая свист ветра.

Дома и фонарные столбы остались позади. Они выехали за город. За окном мелькали деревья. Мы едем к реке, догадался Бобби. Саманта продолжала давить на газ. Впереди показались скалы, поднимающиеся над кромкой воды.

Не может быть! — думал Бобби. Она что, и впрямь едет к Ривер-Ридж?

Ривер-Ридж, высокая скала на берегу реки Конононка, была обычным местом уединения влюбленных парочек — сюда съезжалась вся молодежь Темной Долины.

Ого! А времени она не теряет! — подумал Бобби, сердце его радостно забилось.

Наконец уже на самом верху Саманта сбавила скорость. Она объехала пару припаркованных ма­шин и затормозила на краю обрыва, у высоких кустов.

Саманта выключила зажигание и фары и обеи­ми руками откинула спутанные волосы за спину. Ну, давай посмотрим, куда мы приехали, — прошептала она, высовываясь из окна.

— Классно прокатились, — сказал Бобби, усмехаясь.

— Ты ведь здесь впервые, правда? — с иронией спросила она.

— Ну, мне приходилось бывать здесь пару раз, — ответил он, придвигаясь к ней.

— Думаю, ты мне нравишься, — тихо сказала она.

Бобби обнял ее за плечи, и они поцеловались.

Надо же, кто бы мог подумать! Вот это близ­няшки! — размышлял Бобби. Он вспомнил поце­луи Бри, такие жадные, такие страстные.

Просто не терпится рассказать Арни! — подумал Бобби, когда они остановились перевести ды­хание. Арни будет в отключке!

Он снова поцеловал Саманту. В понедельник Бобби Великолепный станет героем школы Тем­ной Долины! Никто не поверит, что он в один уик-энд встречался сразу с обеими сестрами Уэйд!

Что там сказала Саманта, когда они назначали встречу? «У тебя такая репутация». Ага. Именно так она и сказала.

Ну погоди, ты еще не все видела! — подумал Бобби.

Когда разнесутся слухи об этом уик-энде — уик-энде с Уэйдами! — вот тогда-то все узнают, кто самый крутой парень в школе!

Я — король! — думал Бобби, снова целуя Са­манту.

Король рок-н-ролла!

Саманта оторвалась от его губ и бросила на Боб­би взгляд из-под полуопущенных век.

— Я же говорила, что люблю скорость, — шеп­нула она.

Бобби откинулся на спинку сидения. Завод­ная девчонка, такая заводная! Он все спраши­вал себя, прилично ли будет звонить Арни но­чью.

— О чем задумался? — томно протянула Са­манта.

— Думаю, какая ты классная, — соврал Бобби. Отлично. Все идет как по маслу, поздравил себя он.

Она вдруг пристально посмотрела на него.

в окно.

Бобби проследил направление ее взгляда. Темное небо усеивали миллионы крошечных белых звезд. Бледная полная луна куталась в дымку пушистого облака.

— Мы с сестрой немножко разные, — тихо проговорила Саманта, любуясь ночным небом. — Да, — согласился Бобби и, помолчав, добавил: — Но внешне вы очень похожи. Правда. И как только люди вас различают?

с хитрой улыбкой на губах.

— Ну, различить-то нас можно, — кокетливо сказала она.

— Как? — заинтересовался Бобби. Она наклонилась к нему и прошептала в самое ухо.

— Когда мы познакомимся получше, я тебе покажу. От ее мягкого дыхания, коснувшегося его щеки, у Бобби по спине пробежала дрожь. Ух ты, думал он. Ух ты.

—Мне кажется, Бри по-настоящему влюбилась в тебя, — сказала Саманта, уже без улыбки.

— Но мне больше нравишься ты, — ответил Бобби.

— Будь осторожен, — продолжала Саманта, отводя взгляд.

— Что? Почему это?

— Ну… — Она помолчала в нерешительности. — Бри очень, можно сказать, хрупкая.

— Хрупкая?

— Будь осторожен, чтобы не сделать ей больно, — сказала Саманта, глядя Бобби прямо в глаза. — Когда ей делают больно, Бри иногда ведет себя немного… странно.

Бобби, не понимая, уставился на Саманту. Луну затянуло облаком, и лицо ее погрузилось в тень.

— О чем это ты, Саманта? — спросил он.

— Мне не хочется говорить об этом, правда, — сказала она и прищурилась. — Просто будь осто­рожен с Бри, Бобби. Очень осторожен.

 

Глава 10

Третий — лишний

 

Бобби запер дверцу шкафчика и пошел по коридору. Прозвенел последний звонок. Школа быстро пустела.

В голове его вертелся мотивчик песни Чака Берри. Шагая к музыкальному классу, он подумывал о том, что надо бы подобрать его на гитаре.

А наша группа набирает обороты, подумал Бобби, кивнув ребятам, выходившим из класса. Из распахнутых дверей в коридор хлынул стремительный поток яркого солнечного света.

Плохо только, что Пол грозится уйти. Именно сейчас, когда они так хорошо сыгрались. Пол го­ворит, что нашел работу и теперь не сможет оставаться после уроков.

Но он-то, Бобби, знает настоящую причину его ухода — Пол просто завидует ему. Он хороший музыкант, на него можно положиться. Но до Бобби ему далеко, и он понимает это.

Бобби завернул за угол и, помахав девочкам из своего класса, решил объясниться с Полом начистоту. Скажу ему, как он нам нужен, думал Бобби. Дам ему понять, что он у нас главный, что именно на нем держится вся группа. И он останется.

Заметив Кимми Басс, роющуюся у себя в шкафчике, Бобби незаметно подкрался к ней и дернул за волосы.

Кимми возмущенно вскрикнула и обернулась.

— Бобби, ты гад! — обозлилась она. — Убери от меня свои грязные лапы!

— Тебе же нравится! — нагло ухмыльнулся Бобби, отступая назад.

— Сволочь, — буркнула Кимми.

— Что делаешь в субботу вечером? — спросил Бобби.

Она с подозрением посмотрела на него.

— А что?

— Ничего, просто спрашиваю. — Невинный взгляд голубых глаз.

— Ничего не делаю, — сказала Кимми.

— Может, стоит принять ванну? — Бобби загоготал.

Кимми издала возглас отвращения и ударила его в грудь.

— Какая же ты свинья, Бобби!

— Хрю-хрю. Людей судят по себе.

Увернувшись от ее кулачка, он посмеялся про себя и пошел дальше.

Сходит по мне с ума, самодовольно подумал он. Втюрилась в меня по уши.

Но теперь на нее нет времени. Мне есть чем заняться. Близняшки!

В музыкальном классе у окна о чем-то шушукались Арни и Мелани. Пол что-то наигрывал на синтезаторе.

— Эй, как дела? — сказал Бобби.

Арни поздоровался с ним. А Мелани обдала его презрением — сощурила карие глаза и отвернулась к окну.

— Я так понимаю, денек у тебя не задался, Мелани. Но зачем же отрываться на мне? — спросил Бобби.

Мелани даже не удосужилась повернуться. Она скрестила руки на груди и процедила сквозь зубы:

— Ты все-таки встречался с близнецами?

— Да, — ответил Бобби. — А тебе-то что за дело?

Мелани промолчала. Арни виновато пожал плечами.

— Ну что, мы будем репетировать или нет? — раздался нетерпеливый возглас Пола.

Мелани повернулась к Бобби с натянутым вы­ражением лица.

— Я не верю тебе, — резко проговорила она. Бобби усмехнулся.

— Я тоже в это не верю! — воскликнул он. — Подумать только — двое сразу! Я даже сам от себя в восторге!

— Лучше скажи, когда ты от себя не в восторге? — съязвила Мелани.

— Пол прав. Пора начинать, — вмешался Арни.

Но Бобби видел, что Мелани не терпится высказать ему все.

— Ты вчера занимался дома с Самантой, и к тебе как раз в это время пришла Бри. Это правда? — напрямую спросила она. Бобби улыбнулся:

— Я вижу, обо мне уже начали сплетничать? — Так правда или нет? — настойчиво повтори­ла Мелани.

Бобби кивнул:

— Да. Ну и что? Саманта вышла через заднюю дверь, а Бри вошла через прихожую. Она нас не застукала.

— А могла бы, — пробормотал Арни, усмехаясь. — Представить только.

Мелани метнула на Арни раздраженный взгляд и снова повернулась к Бобби.

— В школе только и разговоров что о тебе, сказала она ему. — Я знаю, тебе это лестно. Но почему ты уверен, что Бри не узнает о тебе и своей сестре?

— А тебе-то какое до этого дело? — ощерился Бобби.

— Они мои подруги, — с чувством проговорила Мелани.

— Не забывай — и мои тоже, — с ухмылкой ответил Бобби и продолжал, обращаясь к Арни: — Они изведут меня, друг. Их слишком много — даже для меня.

Арни засмеялся было, но, заметив свирепый взгляд Мелани, умолк.

— Что-то не верится, что Бри ни о чем не догадывается, — сказала она Бобби, качая головой. — Как вы с Самантой можете так поступать с ней?

Бобби лишь пожал плечами:

— Бри — умная девочка. Она все поймет.

— Но, Бобби, — не сдавалась Мелани, — ты только подумай, что будет с Бри, когда она узнает? Ей будет очень больно, она решит, что ее предали. Ты можешь посеять раздор в семье.

— Подумаешь, какая трагедия, — равнодушно пожал плечами Бобби и направился к шкафу за гитарой.

Бобби разглядывал свое лицо в зеркале. Уже десятый час, у него куча работы, а он все не может сосредоточиться.

Он лежал на кровати с открытым учебником в руках, но как только начинал читать, мысли его неизменно возвращались к Бри и Саманте. Если бросить одну, спрашивал он себя, то которую?

Они такие одинаковые. И такие разные.

Потом обе, похоже, просто без ума от него.

Он встал и подошел к зеркалу. Проведя рукой по светлым волосам, он критически оглядел свое отражение, улыбнулся.

Ему нравилось то, что он видел. На столе зазвонил телефон, прервав акт самолюбования. Он выждал несколько гудков. Если это была девушка, он не хотел проявлять излишнее рвение. Наконец он снял трубку и громко сказал:

— Алло.

— Двое — пара. Третий — лишний, — прошеп­тал ему в ухо чей-то голос.

— Что? — Бобби отнял трубку от уха и в расте­рянности посмотрел на нее, будто она могла сооб­щить ему, кто звонит.

— Алло! Кто это? — спросил он.

— Двое — пара. Третий — лишний, — повторил звонивший. — Ты поплатишься.

— Эй! Это что, шутка? — крикнул Бобби в трубку, намеренно вызывая собеседника на разговор в надежде узнать голос.

— Ты поплатишься, — злорадно повторил голос. — Поплатишься вдвойне.

 

Глава 11

Неожиданный визит

 

Бобби сжимал в руке трубку, вслушиваясь в го­лос. Он читал книги, видел фильмы, где людям уг­рожали по телефону. Но даже не думал, что такое может случиться с ним.

Кому понадобилось пугать меня? — гадал он.

Меня же все любят!

— Саманта, это ты? — спросил он. — Это ведь ты, да?

Такие шуточки как раз в ее духе. Ей нравится удивлять его, шокировать. «Держать на взводе», как выражалась она.

На другом конце провода послышался приглу­шенный смешок.

— Ну хватит, Арни! — крикнул Бобби. — Хо­рош придуряться. Я тебя узнал.

В трубке раздался визгливый хохот.

— Как ты догадался?

— Арни, уж что-что, а твой глупый смех я уз­наю всегда, — сказал Бобби, вздохнув с облегчени­ем. — Чего надо?

— Да так, дай, думаю, звякну, — ответил Ар­ни. — Решил тебя повеселить. А то ты что-то в по­следнее время заскучал.

— Тебя просто завидки берут, признайся, — до­бродушно огрызнулся Бобби. Напряжение ушло. Он плюхнулся в кресло у стола.

— Да больно надо! — возразил Арни.

— Ладно-ладно, завидуешь: типа Бобби Вели­колепный заграбастал себе обеих близняшек и…

— Ну вот еще, — не соглашался Арни. — С чего бы мне завидовать? Ты же все равно потом всех от­даешь мне.

Бобби расхохотался.

— Так и быть. Можешь забрать себе Бри, — раз­решил он. — Или Саманту, — добавил он. — Или обеих.

Арни гоготнул:

— Иди ты, Бобби. Так я тебе и поверил! И долго это будет продолжаться? Я имею в виду, с обеими близняшками?

— Сколько выдержу! — ответил Бобби. — Они обе такие сексуальные, Арни. Знойные девочки! И обе помешались на мне. Ну ладно, — прибавил он, — что еще новенького?

Арни хихикнул:

— Ты сам помешался.

— Кто? Я?

Оба расхохотались.

— Мелани дуется на нас, — уже серьезно про­должал Арни.

Бобби поднес трубку к другому уху.

— Тоже мне новость. Слушай, какое ей до всего этого дело? У нее же теперь есть ты. Или она все еще сохнет по мне?

— Нет, — задумчиво протянул Арни.

— А чего она тогда на меня взъелась? — спро­сил Бобби. — Ей не все равно, встречаюсь ли я с Уэйдами?

— Пойми их, баб, — без выражения в голосе произнес Арни.

Бобби уже собрался было отпустить пикантную шуточку в адрес Мелани, но тут раздался звонок в дверь. Он попрощался с Арни, положил трубку и посмотрел на часы. Начало одиннадцатого.

И кто это так поздно?

В дверь снова позвонили. Еще раз. Родители Бобби были у соседей.

— Минутку! Уже иду! — крикнул Бобби, тороп­ливо спускаясь по лестнице.

Он открыл дверь.

— Бри! Что случилось? — спросил он. Девушка взволнованно смотрела на него.

— Бобби, — прошептала она. — Мне нужно с тобой поговорить.

 

Глава 12

Бри узнала!

 

— В чем дело, Бри? — спросил Бобби. — Уже так поздно и…

Она юркнула мимо него в дом. Черные волосы ее были собраны в пучок, перевязанный голубой лен­той. На ней была светло-зеленая рубаха «поло» и мешковатые потертые шорты из джинсовой ткани.

Она узнала! — вдруг понял Бобби, и у него засо­сало под ложечкой.

Бри узнала о нас с Самантой.

Он повел ее в свою комнату, а в голове его рои­лись мысли. Как выкрутиться? Соврать, сказать ей, что у нее не в порядке с головой? Что я не встречался с ее сестрой?

Или просто пожать плечами, прикинуться ду­рачком: «А в чем, собственно, проблема?»

Нет, лучше так. Я признаюсь, что встречался с Самантой, но скажу Бри, что она нравится мне больше, что отдаю предпочтение ей.

Так и сделаю, решил Бобби. Она обязательно поведется на это.

Всем девчонкам нравится слышать, что они лучше всех.

Она проглотит это. А потом начнем все сначала. Все довольны, все счастливы.

Бри села на кожаную тахту и придвинулась вплотную к Бобби, нервно подергивая прядь, вы­бившуюся из пучка волос. Потом крепко сплела пальцы и опустила руки на колени.

— Это по поводу… по поводу Саманты, — про­лепетала она, поднимая на него тревожные глаза.

Ну вот. Начинается, подумал Бобби.

— По поводу Саманты? — переспросил он с са­мым невинным видом. — А что с ней?

Затаив дыхание, он ждал, что Бри станет осы­пать его упреками. Или, хуже того, разрыдается. Как я ненавижу все эти слезы, мрачно подумал он.

— Саманта, она… встречается с кем-то, — про­говорила Бри тихо, почти шепотом.

— Ну. И что? — спросил Бобби.

Сейчас начнется. Сейчас начнется.

Сейчас она зальется слезами и скажет: «Бобби, как ты мог?»

Бри глубоко вздохнула. Она пристально всмат­ривалась в лицо Бобби, словно выискивала там что-то.

— Так вот… Саманта с кем-то гуляет, — повто­рила она, сжимая и разжимая руки. — Я это точ­но знаю.

И еще знаешь, что со мной, продолжил про себя Бобби, желая только одного: чтобы все это поско­рее закончилось.

Давай же, говори это, Бри, ну же, смелее, ду­мал он.

— Ну, и чем же ты так расстроена? — сочувст­венным тоном спросил он.

— Я… я спросила об этом Саманту, — сказала Бри, опуская глаза. — Я спросила ее, с кем она встречается, но она мне не сказала.

Бобби ждал, что она скажет дальше, но она молчала, закусив нижнюю губу.

Бобби в замешательстве подождал еще немно­го, но, поняв, что продолжения не последует, ре­шил сам нарушить молчание.

— И это все?

— Ну разве ты не видишь? — Ее вдруг словно прорвало. — Ну как ты не понимаешь? Саманта и я — мы всегда доверяли друг другу. Мы делились друг с другом буквально всем. Мы же двойняшки. Это все равно что две половинки одного человека. Мы больше, чем сестры. Мы сестры-близнецы. У нас никогда не было друг от друга секретов. Никог­да. Мы всегда рассказывали друг другу обо всем — до сегодняшнего дня, — печально добавила она.

Она не знает! — вдруг дошло до Бобби. Она знает, что у Саманты кто-то есть. Но не зна­ет, что это — я!

Он с облегчением откинулся на спинку тахты. Он едва сдерживался, чтобы не рассмеяться, не за­плясать от радости.

— Я так расстроилась, — продолжала Бри, по­мотав головой. — Мне просто необходимо было с кем-нибудь поговорить. А ты — мне показалось, я могу довериться тебе, Бобби.

Он обнял ее за плечи, все еще борясь с безум­ным желанием расхохотаться. Но он все же взял себя в руки и сказал:

— Я рад, что ты так думаешь, Бри. Может быть, я смогу помочь.

Ее глаза округлились:

— Помочь? Но как?

— Ну, у меня полшколы друзей, — ответил он, привлекая ее к себе. — Можно даже сказать, меня знают все — понимаешь, о чем я? Я мог бы порасс­просить кое-кого. То есть попытаться узнать, что это за парень. Я просто уверен, что кто-нибудь да скажет мне, кто этот тайный ухажер Саманты. Смех, да и только! — подумал он про себя.

— Бобби, огромное тебе спасибо, — тихо побла­годарила Бри, прижимаясь лбом к его щеке. — Спасибо, Бобби, — снова прошептала она. — Даже не знаю, что бы я без тебя делала. Ты… так много значишь для меня.

— Эй, все будет в порядке, — мягко прогово­рил Бобби и поцеловал ее долгим, страстным по­целуем.

 

— Тебе нужно немедленно порвать с ней, — сказала Саманта.

У Бобби от изумления отвисла челюсть.

— Но…

— Я не шучу, Бобби. Ты должен это сделать.

Бри ушла через пять минут после того, как излила Бобби душу. Едва за ней закрылась дверь, он принялся победоносно скакать по дому, пригова­ривая:

— Кто всех круче? Кто всех круче?

Как просто, оказывается, управляться с близ­няшками, думал он. Никаких проблем!

Всего-то и нужно, что говорить им, что они бес­подобны, да с пониманием выслушивать все, лю­бую чушь, которую они несут, — и они будут веч­но смотреть на меня влюбленными глазами.

Конечно, это еще и потому, что я такой красав­чик, сказал себе Бобби. И притом с деньжатами и крутой машиной.

Но прежде всего нужно уметь говорить с девуш­ками, заставить их поверить, что они действитель­но что-то значат для тебя.

Он все еще не опомнился от радости, что так легко отделался от Бри, как зазвонил телефон. Он побежал на кухню и снял трубку настенного аппа­рата.

— Бобби, это я. — Казалось, Саманта чем-то огорчена.

Ну что еще? — подумал Бобби.

— Что случилось, Саманта?

— Бобби, Бри отправилась к тебе. Она что-то подозревает, — ответила Саманта.

— Она уже была здесь, — сказал Бобби. Потя­нув за собой телефонный шнур, он подошел к хо­лодильнику, открыл его и достал банку коки.

— Уже? — испугалась Саманта. — Она что-ни­будь знает? В смысле, о нас с тобой?

— Нет, — успокоил ее Бобби. — Я все уладил. Никаких проблем. — Он открыл банку и отхлеб­нул из нее.

— Правда? Она ничего не знает?

— Я пообещал ей разузнать, с кем ты встреча­ешься, — сказал Бобби, давясь от смеха.

Саманта помолчала.

— Бобби, так больше продолжаться не может. Тебе нужно немедленно порвать с ней.

Бобби поперхнулся. Он поставил банку на бе­лую столешницу.

— Во-первых, — продолжала Саманта, не до­жидаясь ответа, — я больше не хочу делить тебя ни с кем. Почему это я должна сидеть дома весь ве­чер, когда ты гуляешь с Бри?

Бобби не знал, что ей ответить. Он усиленно ду­мал, как обмануть Саманту. Ему понравилось встречаться с обеими близняшками и не хотелось так скоро расставаться с Бри.

— Нужно сделать это как можно скорее, — взвол­нованно говорила Саманта. — Бри очень подозри­тельная. Она скоро все узнает, Бобби. Ты даже не представляешь, какая она. Она хрупкая — как сте­кло. И если его разбить…

— Что будет? — поинтересовался Бобби, делая еще один глоток из банки.

— Если это произойдет, она может сделать что угодно, — с дрожью в голосе закончила она.

— Что угодно?

— Да, — прошептала Саманта.

Глава 13

Опасные игры

 

— Саманта, о господи! Тормози! — кричал Бобби. Саманта, заливаясь беззаботным смехом, тряхну­ла головой, откидывая назад мешающие ей волосы.

— Я не шучу! — злился он. — Тормози! Дай я сяду за руль!

— Размечтался! — крикнула она, перекрывая рев двигателя.

В открытое окно врывался ветер, раздувающий во все стороны длинные пряди волос. Глаза Саман­ты горели от возбуждения.

Мимо проносились деревья и дома, сливаясь в одну сплошную линию. Саманта, не обращая вни­мания на скопление машин, вылетела на Дивижн-Роад. Водители возмущенно сигналили.

— Спорим! — крикнула Саманта. — Спорим, я доеду до конца улицы не останавливаясь!

— Ты спятила! — сказал Бобби зажмуриваясь. Вокруг ревели автомобильные гудки. Бобби по­слышался где-то позади вой полицейской сирены.

— Машина! — закричал он. — Ты разобьешь мою машину!

Она только рассмеялась в ответ и, подрезав здо­ровенный грузовик, вклинилась в левый ряд, при­держивая рукой развевающиеся на ветру волосы.

— Ну пожалуйста! — взмолился Бобби.

— Обожаю, когда у тебя такой испуганный вид! — крикнула она в ответ, давя ногой на газ. Красный «ягуар» ринулся вперед, приближаясь к знаку «стоп». Бобби услышал истошный визг тормозов: машина на перекрестке резко свернула в сторону, чтобы избежать столкновения.

— А я-то думала, ты крутой! — поддразнила его Саманта, посмотрев на него горящими от возбуж­дения глазами.

— Ты — ты сумасшедшая! — закричал Бобби. Нажав на тормоза, она резко вывернула руль на повороте. Автомобиль все время заносило. Бобби услышал, как рядом затормозила еще одна маши­на. Надрывались гудки.

Саманта с ликующим смехом отвела волосы назад.

— Получилось! Ни одной остановки! Я выигра­ла спор!

Бобби с трудом глотнул. Сердце его готово было вырваться из груди. От напряжения живот стал твердым, словно камень.

С развевающимися на ветру волосами Саманта втиснулась в узкое пространство между двумя ма­шинами на автостоянке, выключила зажигание и с усмешкой на губах повернулась к Бобби:

— Ну как? Впечатлился? Бобби издал сердитый возглас.

— А что, если бы мы врезались, или что-нибудь еще? — сурово спросил он. — А если бы нас оста­новила полиция? Ты хоть представляешь, во что бы ты вляпалась? У тебя бы отобрали водитель­ские права!

— Не-а, не отобрали бы, — спокойно заверила его Саманта, распахивая дверцу машины. — У ме­ня нет водительских прав.

*

Гуляя с Самантой, как всегда во время суббот­них встреч по улицам городка, Бобби немного ус­покоился. Он понимал, что, выдав свой испуг, в пух и прах развеял свой «крутой» имидж.

Но ему было все равно. В конце концов это его машину она чуть не разбила. И они могли бы по­гибнуть.

«Неужели ей наплевать на себя? — думал он. — Неужели Саманта до того любит острые ощуще­ния, что готова ради этого рисковать своей — и его — жизнью?

Мрачные мысли, — подумал Бобби.

Она точно, сумасшедшая, — решил он. Навер­ное, лучше расстаться с Самантой и продолжать встречаться с Бри. Так будет спокойнее».

— Ты порвал вчера с Бри? — спросила Саманта, будто прочитав его мысли.

Этим вопросом она застала его врасплох.

— Ну, э…

Они сидели за столиком в «Питс Пицце». Офи­циантка поставила перед ними блюдо, и Бобби протянул руку за отрезанным куском.

Саманта предпочитала пиццу с перцем, грибами, луком и пепперони. Бобби не любил острого. Поэто­му они заказали разные пиццы по половинке.

«Она даже пиццу — и то ест как-то странно, — думал Бобби: не все вместе, а выбирает кусочки грибов и сует их в рот».

— Бри сказала, ты водил ее на вечеринку к Сюзи Томас, — проговорила Саманта, промокая по­верхность пиццы салфеткой, чтобы снять изли­шек масла.

— Да, — смущенно пробормотал Бобби, отводя взгляд. — Родители ее уехали за город, и она со­брала всех у себя.

— Ты так и не объяснился с Бри? — спросила Саманта в упор. — Не сказал ей, что больше не бу­дешь с ней встречаться? — Она откусила большой кусок пиццы. — Ого! Горячая!

— Я тоже всегда обжигаюсь, — поспешил Боб­би сменить тему разговора. — Всегда. Я сначала жду, пока она остынет, а потом все равно откусы­ваю первый кусок и…

— Можно я снова сяду за руль? — перебила его Саманта, кладя кусок пиццы на тарелку.

— Ни за что! — испугался Бобби.

Оба расхохотались. Она бросила на него кокет­ливый взгляд и взяла его за руку.

— Разве я не делаю твою жизнь интереснее?

— Ага. Даже слишком! — ответил он, закатывая глаза.

— Со мной ведь лучше, чем с Бри? — спросила она, глядя на него. — Да?

— Твоя сестра… она… спокойнее, — выдавил Бобби, с трудом подбирая слова.

— Ты ее совсем не знаешь, — шепнула Саманта так, что он невольно вздрогнул. Она поднесла пиц­цу ко рту и снова откусила большой кусок.

Потом они стали говорить о школе. Бобби рас­сказывал о своих обезьянах, Уэйне и Гарте. Саман­та предложила ему посмотреть ее научный проект.

— А ты не хочешь записаться в хор? Он по поне­дельникам.

Бобби помотал головой:

Мы по понедельникам репетируем. На следу­ющей неделе мы выступаем перед всей школой.

Он заявил, что хочет бросить Арни и Пола и со­здать новую группу.

— Они мне не подходят, — объяснил он.

— Но ведь Арни твой лучший друг, — удиви­лась Саманта.

— Это же шоу-бизнес! — сказал Бобби. Они засмеялись.

«Саманта хоть и бешеная, но у нее отличное чувство юмора, — подумал Бобби. — А вот Бри всегда такая серьезная. Как могут близнецы быть такими разными?»

Они ушли из ресторана, не доев пиццу. Саманта не могла усидеть на месте больше пяти минут.

Бобби предложил пойти в кино. Но Саманте хо­телось побродить по городу. Взяв его под руку, она шепнула ему на ухо:

— Мне так нравится гулять с тобой. Мне доста­точно, когда ты рядом.

От ее теплого дыхания у Бобби по спине пробе­жала дрожь. Он обнял ее за плечи, и они медленно пошли по улице, глазея на витрины магазинов.

Саманта остановилась у входа большого мага­зина.

— Давай зайдем на минутку, — сказала она, дергая его за руку.

Когда она начала примерять серьги в ювелир­ном отделе, сердце у Бобби екнуло.

— Что-то мне не нравится твоя улыбка, — ска­зал он ей.

В глазах ее вспыхнули озорные искорки. Улыб­ка стала еще шире.

— Ты ведь не собираешься воровать, а? — встревожился Бобби.

Саманта помотала головой.

— Я — нет, — ответила она. — А ты — да!

— Ну уж нет! Ни за что на свете! — воспроти­вился Бобби, пятясь к выходу.

— Ну-ка вернись, — приказала Саманта. — Ты ведь подбил меня ехать без остановок? Теперь твоя очередь. Иди сюда, Бобби!

— Даже не проси, Саманта. Я не стану этого де­лать, — твердо проговорил Бобби, все же подходя к застекленному стенду.

— Видишь тот серебряный браслет? — Саманта ткнула розовым ноготком в стекло витрины. — Я хочу его.

— Отстань от меня, — Бобби решительно пока­чал головой и взял ее за руку. — Пошли.

Она выдернула руку. Улыбка исчезла с ее лица.

— Мы уйдем, когда ты возьмешь браслет. Я не отстану от тебя, Бобби. Или ты сделаешь это, или…

Бобби заглянул ей в глаза, пытаясь понять, го­ворит она серьезно или играет с ним. Нет, она и не думала шутить.

— Просто возьми его и пойдем, — говорила она, прижимаясь к нему всем телом, лаская нежным дыханием. Он затрепетал от возбуждения. — Это же так просто. Теперь ведь твоя очередь.

Он колебался, нерешительно посматривая на ви­трину.

— Ты ведь не слюнтяй, правда? — вкрадчиво продолжала Саманта. — Ты ведь не сдрейфишь, верно?

— Никто не смеет называть меня слюнтяем, — оскорбился Бобби, метнув взгляд на серебряный браслет.

— Слюнтяй! — подзадоривала Саманта. — Трус, трус, трус!

— Заткнись! — оборвал ее Бобби. — Трус, трус.

— Заткнись. Достану я тебе этот дурацкий брас­лет.

Бобби огляделся. В ювелирном отделе было два продавца, но они были заняты с покупателями. Он повернулся к выходу — охраны не было. Он сделал глубокий вдох.

— Начнем, — прошептал он.

Он осторожно приподнял стекло витрины…

 

 

Глава 14

Невезение

 

— Ой! — испуганно вскрикнул Бобби, когда по всему магазину раскатился звон сигнализации.

— Бери браслет! Быстрее! — раздался у него над ухом голос Саманты.

Трясущейся рукой Бобби схватил браслет. Вы­ронил его. Поднял.

Он отдернул руку — стекло с грохотом опусти­лось.

Трезвон сирены заглушал все другие звуки.

Бобби обнаружил, что бежит. Ноги сами несли его к выходу. Перед глазами мелькали пестрые пятна, огни. От оглушительного звона закладыва­ло уши.

Сердце его бешено колотилось; он бежал, сжи­мая в руке злополучный браслет.

Где же Саманта?

Он не видел ее.

Он видел только открытую дверь. Женщину, склонившуюся над детской коляской. Влюблен­ную парочку.

— Стоять! Эй, кто-нибудь, задержите его! Бобби выскочил из магазина и побежал по на­водненной людьми улице.

Где Саманта?

Он повернул за угол и побежал к продуктовому магазину.

— Осторожно!

Он едва не столкнулся с двумя шедшими ему навстречу девочками, обнимавшими друг друга за талию.

Он обернулся. Гонятся ли за ним? Где Саманта?

— А, вот она, — задыхаясь от быстрого бега, пробормотал он. — Слава богу.

Саманта стояла справа от него. Дыхание ее бы­ло спокойным и ровным, будто она и не бежала во­все. Она подошла к нему и тронула за руку, в кото­рой был браслет.

Бобби, тяжело дыша, положил браслет ей на ладонь.

— Бобби, какой прекрасный подарок! — вос­кликнула она в притворном удивлении. Она мину­ту разглядывала браслет, потом обвила руками шею Бобби и порывисто поцеловала в щеку. — Ка­кая красота! Ты такой заботливый!

Она надела браслет на запястье и повертела ру­кой у него перед глазами.

— У тебя отличный вкус, Бобби. Наверное, он очень дорогой! — Она залилась смехом.

— Считаешь, наверное, себя самой умной? — сказал Бобби, качая головой.

— Ага, — радостно согласилась Саманта, до­вольная новым приобретением.

— Мне просто хотелось поразвлечься, — спокой­но возразила Саманта, позвякивая браслетом. — Как же он мне нравится.

— Пойдем лучше, — сказал Бобби. — А то нас будут искать.

— Может, по коктейлю? — предложила Саман­та, — У меня просто страсть к молочным коктей­лям.

— Не дури, — сказал Бобби, бросив тревожный взгляд через плечо. — Охранники…

Он умолк на полуслове, вскрикнув от испуга. Саманта проследила направление его взгляда.

— Господи, — прошептал Бобби. — Это Бри! Бри стояла у витрины продуктового магазина, всего в нескольких шагах, в шоке глядя на них.

— Кажется, нас застукали, — пробормотала Са­манта.

 

Глава 15

Сдутые шины

 

Бри сверлила Бобби презрительным взглядом. На ней была белая футболка и обрезанные джин­сы. Руки ее сжались в кулаки.

Бобби лихорадочно думал, что бы сказать в свое оправдание. Он взглянул на Саманту.

К его удивлению, у Саманты был насмерть пе­репуганный вид. Она стояла с открытым ртом, и вся тряслась.

Чего она так боится? — промелькнуло у Бобби в голове. Чего это Саманта так боится собственной сестры?

Бобби понял, что на этот раз выпутываться при­дется ему самому. Ждать помощи от Саманты бы­ло бесполезно.

Он сделал глубокий вдох и улыбнулся вымучен­ной улыбкой.

— О, Бри! Привет! — махнув ей рукой, сказал он подходя.

Та лишь молча кивнула в ответ, мрачно глядя на него.

— А мы тут с Самантой… говорили о тебе, — ве­село проговорил Бобби, будто не обращая внима­ния на ее суровое лицо.

— Обо мне, значит? — переспросила Бри упав­шим голосом.

— Да, так смешно получилось, — говорил Боб­би, придумывая фразы на ходу. — Я хочу сказать, мы с Самантой… мы встретились тут случайно. Бу­квально минуту назад. И я подумал, что это ты! Можешь поверить? Я заговорил с ней и назвал ее Бри. Я же думал, что это ты.

Бри перевела взгляд на сестру.

— А я и не знала, что ты пойдешь сюда, Саман­та, — с сомнением в голосе проговорила она.

— Ну… я решила пройтись по магазинам, — пролепетала Саманта. — Я и не думала ни с кем встречаться. Ну ты же знаешь меня. Когда у меня плохое настроение, я всегда хожу по магазинам. — Она засмеялась неуверенным смехом.

Надо же, оказывается, Саманта совсем не умеет врать, изумился Бобби. И чего это она так трясет­ся? Разве можно так бояться собственной сестры?

— Я… я просто сказала Бобби, что я — это не ты, что я — это я, — продолжала Саманта, смущенно переминаясь с ноги на ногу.

Казалось, Бри немного успокоилась. Кулаки ее разжались, руки опустились. Волосы были пере­вязаны на затылке голубой лентой. На лице не бы­ло косметики.

Потрясно смотрится, подумал Бобби.

Да и другая тоже. Может, попросить их прогу­ляться всем вместе? Будет как бы двойное свида­ние. А потом расстанусь с обеими.

А что, я бы смог это провернуть, говорил он се­бе, посмеиваясь в душе.

— Я тоже не думала встретить тебя здесь, — тем временем, говорила Саманта сестре. — Можно бы­ло пойти вместе.

— Мне было скучно, — объяснила Бри. — Вот я и решила присмотреть себе новые джинсы. Эти я совсем испортила — помнишь, на прошлой неделе поскользнулась на траве во время пикника?

Саманта кивнула.

— Ну что ж, пошли. Я помогу тебе выбрать. — Она взяла Бри за руку, и они пошли к магазину.

— Эй, э… — Бобби не знал, с чего начать. — Мо­жет, мне пойти с вами и…

— Пока, Бобби, — сказала Саманта. — Рада бы­ла увидеться.

— Позвони мне, ладно? — попросила Бри.

— Просто невероятно, — пробормотал Бобби се­бе под нос, провожая сестер взглядом.

А классную отговорку я придумал. Умно отма­зался.

И чего они так припустили, будто я какой за­разный!

В чем же причина? Почему Саманта так торопи­лась увести Бри?

Он задумчиво почесал в затылке.

Саманта точно чокнутая, решил Бобби. Да они обе чокнутые.

Он пошел к автостоянке. Надо бросить их обе­их, — говорил он себе. — Столько нормальных девчонок вокруг, а он связался с этими… Толпы малышек просто сохнут по Бобби Великолепному.

Но в Саманте и Бри было что-то особенное. И де­ло не только в их красоте. И не в том, как они вели себя с ним, как они целовали его — так страстно, так обещающе. И даже не в том, что они обе люби­ли его.

Много девчонок сходит по мне с ума, размыш­лял Бобби.

Дело в том, что их двое и обе — мои!

Вся школа треплется обо мне! — с гордостью ду­мал Бобби. Вся школа знает, что я встречаюсь с обеими близняшками.

Я прославился!

Да, в школе Темной Долины Бобби Велико­лепного будут помнить еще долго! Может, даже повесят табличку на фасаде: ЗДЕСЬ УЧИЛСЯ БОББИ ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ. ПОКОРИТЕЛЬ БЛИЗНЕЦОВ.

От этих мыслей настроение у Бобби улучши­лось.

Он немного поколесил по городу, надеясь встретить кого-нибудь из друзей. Никого не на­шел, остановился у кафе и взял себе большой ста­кан шоколадного коктейля.

Влияние Саманты, улыбнулся он про себя, по­тягивая шоколадный сироп. Раньше я не стал бы сидеть здесь и распивать коктейли, если бы Са­манта не подала мне эту идею.

Он расплатился с официанткой, вытер салфет­кой молочные «усики» над губой и пошел к маши­не. С удивлением он обнаружил на асфальте тем­ные лужи. Наверное, пока он сидел в кафе, про­шел дождь.

Бобби поднял глаза к небу. Луны не было — ее затянули густые облака.

Шлепая по лужам, он пошел к месту парковки. Увидев свой красный «ягуар», он сразу понял, что что-то с ним не то.

Он стоял под наклоном. Под легким углом. И казался ниже, чем другие машины.

Мимо проехала машина, на мгновение ослепив Бобби светом фар. Щуря глаза, Бобби побежал к своему автомобилю.

— О господи! — вскричал он, когда понял, в чем дело. — Шины!

Обе передние шины сдулись. И как его угораз­дило проколоть обе сразу?

Напрягая глаза в тусклом свете фонарей, Бобби нагнулся рассмотреть их.

Порезаны. Кто-то порезал обе шины. Бобби раз­глядел на них два длинных разреза. Рваные дыры.

Он провел пальцем по неровным краям резины. Мимо промчалась машина, поднимая фонтаны брызг. Спину Бобби обдало холодным душем — он вскрикнул.

Выпрямившись, он подошел посмотреть, что с задними шинами.

Тоже порезаны. Сдуты.

— Кто? — прошептал Бобби в ужасе. — Кто это сделал?

Он прислонился к стволу дерева, не обращая внимания на лужи вокруг, и окинул взглядом парковку.

— Кто это сделал? — прокричал он. Поблизости никого не было. Но он все продол­жал кричать.

Ну, и как мне теперь добираться домой? — спрашивал он себя.

Кто мог сделать такое?

Он подошел к машине, чтобы еще раз осмотреть передние шины. Может быть, у него галлюцина­ции? Может, с ними все в порядке?

Но нет.

Шины были буквально разодраны в клочья.

Бобби в бессильной ярости хлопнул себя по бед­рам.

Он даже не сразу заметил остановившуюся ря­дом машину. Он услышал шум мотора, увидел на мокром асфальте длинные полосы света от фар и ждал, пока она проедет мимо.

Но машина не двигалась с места. Тогда Бобби обернулся и посмотрел на водителя.

Он сразу же узнал ее. Увидел блуждающую на лице ехидную улыбку.

И догадался, что это она порезала ему шины.

 

Глава 16

Шок

 

— Мелани! — вскричал Бобби.

Она все так же улыбалась ему, будто радуясь его несчастью.

— Мелани… Ты!.. Она опустила окно. Наружу вырвалась громкая

музыка, играющая у нее в машине.

— Бобби, привет! Я так и думала, что это ты! — сказала она.

Что-то голос у нее слишком веселый, — поду­мал Бобби. С чего это она так рада его видеть? Она же не прекращала дуться на него с тех пор, как он начал встречаться с близняшками.

Перепрыгнув через лужу, он подошел к ее ма­шине и оперся руками о дверцу, в упор глядя на нее. Мелани выключила радио. Внезапная тиши­на оглушила его больше, чем грохочущая музыка.

— А я вот еду к Арни, — объявила она. — А по дороге заехала в одно место забрать кое-что для мамы. Мне показалось, я узнала тебя со спины и… Она вдруг умолкла, глядя мимо него.

— Бобби, твоя машина! — воскликнула она. — Что у тебя с шинами?

Давай, давай, прикидывайся, подумал Бобби. Неужели она думает, что меня обманет это не­винное выражение лица?

— Кто-то порезал, — пробормотал он, при­стально вглядываясь в ее глаза.

— Что? — от изумления у нее открылся рот.— Ты хочешь сказать?..

— Кто-то порезал все шины, — мрачно повто­рил Бобби. — Подбросишь меня?

Мелани кивнула.

— Конечно, садись. — Она не могла отвести взгляда от спущенных шин. — Как хорошо, что я проезжала мимо, — сказала она, когда он сел на переднее сиденье.

— Ага. Какое совпадение, — с горечью пробор­мотал Бобби и хлопнул дверцей машины.

 

В понедельник после занятий Бобби бросил рюкзак в шкафчик и направился в музыкальный класс на репетицию.

В субботу ему позвонил Арни и сообщил, что они с Полом решили сменить название группы на «Десперадос». Бобби было все равно.

В пятницу мы выставимся перед всей школой полными придурками, сказал он себе. Какая раз­ница, станем ли мы называться «Десперадос» или «Роллинг Стоунз»!

Все воскресенье он думал о Мелани и порезан­ных шинах. Сперва у него не было никаких сомне­ний, что это сделала она.

Она ревнует меня к близнецам, думал он. Хо­чет, чтобы я вернулся к ней. Бедняжка от отчая­ния совсем потеряла голову.

Но, поразмыслив, Бобби решил, что ошибается. Мелани, похоже, была вполне счастлива с Арни. И вовсе не собиралась возвращаться к Бобби.

Он знал, что Мелани дружила с Бри и Саман­той. И обозлилась на Бобби, когда он втайне стал встречаться с обеими.

Но неужели из-за этого Мелани стала бы резать ему шины? — думал Бобби. Разве могло это так вывести ее из себя?

И он сказал себе: нет. Не может быть. Ни одной девчонке не под силу так глубоко разрезать шины, да и с ножами-то они обращаться не умеют. Нет, это не то.

Это кто-то другой, решил Бобби. Но кто?

Он уже не знал, что и думать.

На полпути к музыкальному классу он остано­вился перекинуться парой слов с ребятами из бас­кетбольной команды. И тут увидел идущую по ко­ридору Бри. Он помахал ей — она махнула в ответ.

— Подожди! — крикнул он ей.

Но она уже исчезла в аудитории — наверное, торопилась на занятия хора.

Бобби завернул за угол и нос к носу столкнулся с Самантой.

— Привет! — поздоровался он. — Как жизнь?

— Я видела, как ты увязался за Бри, — сказала Саманта, окидывая его хмурым взглядом. — А мо­жет, ты влюбился в нее, а?

— Я? — он почесал в затылке и одарил Саманту самой невинной улыбкой. — Ну что ты.

Ее лицо просветлело. Она схватила его за руку:

— Идем со мной. Скорей. Он отнял руку:

— Я опаздываю на репетицию.

— Всего на минутку, — сказала Саманта и потянула его за собой. — Пойдем. Я не укушу. — Лицо ее озарила хитрая улыбка. — А может, и укушу.

Она повела его вверх по лестнице, по почти пусто­му коридору в научную лабораторию. Она была за­крыта. Саманта повернула ручку и толкнула дверь.

— Научный проект? — догадался Бобби. — Хо­чешь показать свой научный проект?

Она кивнула. Они вошли в большую комнату. Там было темно.

Бобби потянулся, было, к выключателю, но Саманта перехватила его руку. Она прижала его к стене и поцеловала. Долгим, страстным поцелуем

Когда она наконец отстранилась, оба едва дышали.

— Мне нравится твой проект, — пошутил Бобби. — Получишь пять баллов.

Саманта хихикнула и крепко сжала ему руку Бобби услышал в темноте оживленное бормотание своих обезьян. В тусклом свете, просачивавшемся сквозь жалюзи, он различал их силуэты, скачущие в клетке в дальнем углу комнаты.

Он снова хотел включить свет, но Саманта и на этот раз помешала ему.

— Хочу тебе кое-что показать, — шепнула она. Из коридора донеслись громкие шаги и смех двух учителей. Саманта рукой зажала Бобби рот. Они затаили дыхание, ожидая, пока стихнут зву­ки в коридоре.

Саманта убрала руку и отошла на шаг назад. Во мраке загадочно мерцали ее глаза.

— Ну что ты хотела мне показать? — поинтере­совался Бобби.

Губы ее изогнулись в улыбке.

— Помнишь, я говорила, что нас с Бри можно различить? — прошептала она.

— Ну, помню, — подтвердил Бобби, стараясь угадать, о чем пойдет речь. Он обнял ее за талию и привлек к себе. — Поцелуй меня. Тогда я пойму, в чем разница.

Саманта оттолкнула его:

— Помолчи, Бобби. Я как раз хотела тебе пока­зать. Смотри. — Она обнажила левое плечо. — Ви­дишь?

Бобби наклонился, пытаясь рассмотреть, что она показывала ему. Татуировка. Крошечная си­няя бабочка на плече.

— Круто, — одобрил он.

— Бри бы никогда не сделала татуировки, — прошептала Саманта. — Ей слабо.

Она натянула на плечо майку. Потом положила обе руки ему на плечи и прижала его к стене.

— Я хочу, чтобы ты бросил Бри, Бобби, — про­говорила она сквозь зубы.

— Что? — удивленно переспросил Бобби.

Она с силой надавила ему на плечи, крепче при­жимая его к стене.

— Меня все это достало, — сухо сказала она. — Мне уже наплевать на чувства Бри. Я хочу, чтобы ты с ней порвал.

— Ну… — Бобби не знал, что ответить.

— Я не шучу, — продолжала Саманта. — Скажи Бри, что больше не хочешь с ней встречаться. Мне все равно, как ты это скажешь. Отделайся от нее.

— Попробую, — пообещал Бобби.

— Нет, не попробуешь, — сказала Саманта, встряхнув его за плечи. — Ты сделаешь это. Это для твоей же пользы. Я говорю это не из эгоизма. Ты не знаешь мою сестру. С ней лучше не связы­ваться. Я тебя уже предупреждала.

— Хорошо, — тихо ответил Бобби.

Ему совсем не хотелось бросать Бри. Она ему нравилась, очень нравилась. Но он не стал спорить с Самантой.

Саманта поцеловала его. Быстро, вскользь, как бы скрепляя договор.

В клетке, резвясь, повизгивали обезьяны. Боб­би включил свет. На потолке вспыхнули два ряда флуоресцентных ламп.

— Ты видела Уэйна и Гарта? — спросил Бобби, направляясь к клетке. Обезьяны запрыгали, слов­но обрадовавшись ему. — Смотри, они думают, что я пришел их кормить.

— Они такие забавные! — воскликнула Саман­та. — Какие хвостатые!

Бобби просунул палец сквозь прутья клетки и почесал спину Гарта.

— Я бы дал тебе их подержать, — сказал он, — но мне нужно бежать. А то Арни с Полом уже за­ждались.

— Но я привела тебя сюда, чтобы показать мой проект, — возразила Саманта. Она потянула его к большому аквариуму на столе возле стены. — Смотри. У меня тоже классные малютки.

Бобби посмотрел сквозь стекло закрытого аквариума. Сначала он не видел ничего, кроме песка, покрывавшего дно. А потом заметил копошащихся в нем больших красных насекомых.

— Муравьи?

Саманта кивнула, не отрывая взгляда от аквариума.

— Никогда раньше не видел красных муравь­ев, — сказал Бобби. — Какие огромные!

— Это муравьи-каннибалы, — объяснила Саманта. — Из Новой Зеландии.

— Интересно, — проговорил Бобби, нагибаясь ниже, чтобы лучше рассмотреть их. — А чем они питаются?

— Дохлой мышью, — ответила Саманта.

— Фу! — Бобби улыбнулся Саманте и снова по­смотрел на аквариум. — Во дают. Смотри, обгло­дали мышь до костей.

— За день они съедают в двадцать раз больше, чем весят сами, — со знанием дела сообщила Са­манта.

От ее тона, от ее отчужденного взгляда, от натя­нутого, едва ли не злобного выражения ее лица у Бобби по спине пробежал холодок.

Он выпрямился.

— Ну вот, теперь и я захотел есть! — пошутил он. Но Саманта не засмеялась.

— Ладно, — сказал Бобби, направляясь к две­ри. — Я пошел вниз. Вечером позвоню.

— Ага. Вечером, — машинально повторила Са­манта.

Оглянувшись в дверях, он увидел, как она, прильнув к стеклу, напряженно всматривается в песок, где копошились красные муравьи.

 

— Нервничаешь? — спросил Арни, почесывая бледный пушок над губой. Бобби покачал головой:

— Нет. Мы классно подготовились. Пол засмеялся:

— Это что — комплимент или злая шутка? Бобби лишь улыбнулся в ответ. Они стояли за

кулисами, ожидая выхода на сцену.

— Хорошо бы нам дали время настроиться, — задумчиво сказал Бобби.

— Что мне, синтезатор что ли настраивать? — пошутил Пол.

— Ты знаешь, что я имел в виду, — резко обор­вал его Бобби. — Что, если не так установлен ба­ланс? Что, если усилитель забарахлит? Или что-то случится со звуком? Нам бы попросить у них не­сколько минут проверить систему.

— Ну вот, что я говорил — ты нервничаешь, — пробормотал Арни. Он застучал барабанными па­лочками по покрытой кафелем стене, выбивая ка­кой-то ритм.

— Мы следующие, — сообщил Пол. — Сразу по­сле гимнасток.

— Интересно, они маты за собой уберут, чтоб место освободилось? — осведомился Бобби.

Пол простонал:

— Ты же не станешь снова скакать по сцене? Мы же договорились…

— Кто у нас лидер? — озлобился Бобби. — Тебя, по-моему, никто не выбирал.

— А у нас вообще нет лидера, — примиритель­но проговорил Арни, вставая между Бобби и По­лом, — Мы же так решили.

— И еще мы решили, что Бобби больше не будет носиться по сцене, как жареный петух, — огрыз­нулся Пол.

— Что у меня на голове? — озабоченно спросил Бобби Арни, игнорируя слова Пола. — Все в по­рядке? — Он оправил ворот ярко-красной рубахи.

— Все отлично, — заверил Арни, хлопнув его по плечу.

В этот момент Бобби заметил Кимми Басс, при­слонившуюся к двери, ведущей на сцену, — она смотрела на него с откровенной неприязнью.

— И чего она уставилась? — спросил Бобби при­глушенным голосом. Он снова взглянул на девуш­ку. — Куда она так смотрит?

— Думаю, ты ей не нравишься, — сказал в от­местку Пол, злорадно ухмыляясь. — Кимми рас­пускает о тебе всякие сплетни.

— Как это — обо мне? — Бобби посмотрел на де­вушку, продолжавшую сверлить его взглядом и не думавшую двигаться с места.

— Ага, рассказывает всем налево и направо, что ты сексуально озабоченная свинья, — продолжал Пол.

Бобби рассмеялся.

— Она просто ревнует. — Он покачал головой. — Извини, Кимми, — сказал он громко, чтобы де­вушка услышала его. — Я давно тебе хотел ска­зать, чтоб ты катилась подальше. Просто у меня нет времени на всех телок в школе!

Арни расхохотался и хлопнул Бобби по спине. Пол хотел, было, что-то сказать, но не успел: в за­ле послышались аплодисменты и крики «браво!».

Выступление гимнасток закончилось. Ученики младших классов сворачивали маты. Миссис Маккалер, организатор программы, установила тиши­ну и объявила выход группы.

— Вперед, парни, — сказал Бобби, на ходу оп­равляя воротник.

— Вперед, «Десперадос»! — эхом отозвался Арни.

Под крики и гиканье они вышли на ярко осве­щенную сцену. Бобби вглядывался в зал. Но не ви­дел дальше двух первых рядов.

Инструменты были сложены в глубине сцены. Бобби взял свою белую «Фендер Страт» и переки­нул ремень через плечо. Краем глаза он увидел обеспокоенную физиономию Арни, усаживавше­гося за установку.

Пол выкатил синтезатор на середину сцены. Бобби нагнулся к усилителю — он басисто загудел. Бобби установил регулятор на полную мощ­ность. Он немного перекроет Пола, думал он, ну и что с того?

Бобби шагнул вперед.

— Эй, подвинься, ты загораживаешь меня! — возмутился Пол,

Бобби притворился, что не слышит. Повернул­ся к Арни:

— Поехали? Арни махнул рукой:

— Давай.

Бобби вынул из кармана медиатор и провел им по струнам.

От резкого толчка — будто его боднули в живот — Бобби отбросило назад.

Как сквозь сон, он услышал громкий треск.

Треск перерос в оглушительный гул.

Он беспомощно взметнул руки над головой — по телу его пробежала крупная дрожь. Еще.

Я не могу дышать! — успел подумать он, чувст­вуя, как сознание его проваливается в беспросвет­ную бездну, в непроглядную, черную тьму.

 

Глава 17

Бобби моргнул. Как в тумане, перед глазами плыли серые лица.

Серые лица, открытые рты, широко распахну­тые, встревоженные глаза.

Он снова моргнул. Лица не исчезали. Я умер, пронеслось у него в голове. Плывущие серые лица. Я мертв.

— Он открыл глаза, — раздался чей-то голос.

— Он дышит.

Вокруг вился туман. Лица слоились, двигались.

— Не пытайся сесть, — сказал кто-то.

— Нет, пусть лучше попробует сесть, — возра­зил другой голос.

Бобби начал узнавать лица. Вот озабоченная миссис Маккалер. Вот Арни со странной, испуган­ной улыбкой на губах. Мелани, смотревшая на не­го без всякого выражения. Кимми с таким же без­различным, как у Мелани, лицом.

— Я умер? — хрипло прошептал Бобби, не узна­вая своего голоса.

Послышался чей-то смех.

— Все будет хорошо, — успокоила его миссис Маккалер. — Тебя ударило током. Мы вызвали «скорую». Ты сможешь сесть?

— Разве я не умер? — повторил Бобби.

Лица на мгновение выплывали из тумана и сно­ва исчезали. Он должен был получить ответ на этот вопрос. Должен!

— Все будет хорошо, — снова заверила его миссис Маккалер.

— Эй, посмотрите-ка на это! — долетел откуда-то издалека крик Пола.

Лица обернулись на голос.

— Провод усилителя — его подрезали! — услы­шал Бобби возглас Пола.

Бобби сел. Слова Пола вернули его к жизни. Ту­ман рассеялся. Лица обрели четкость.

— Что ты сказал? — переспросил Бобби, глядя на слабо освещенную сцену.

В глубине сцены он увидел Пола — тот держал в руке шнур, внимательно осматривая его.

— Провод обуглился, — объявил Пол. — Похо­же, кто-то сделал это нарочно.

— Неудивительно, что тебя так стукануло! — возбужденно крикнул Арни.

И чего он скалится? — раздраженно подумал Боб­би. Радуется, что я чуть не отправился на тот свет?

Мелани и Кимми, поджав губы, смотрели на не­го ядовитым взглядом.

Растерянно взирая на Пола, все еще стоявшего с оголенным проводом в руке, Бобби невольно по­думал о порезанных шинах.

Что происходит? — спросил он себя, переводя взгляд с одного лица на другое.

Неужели кто-то пытался убить меня?

 

… — Ты думаешь, это могла сделать Бри?

Зажав радиотелефон между плечом и подбород­ком, Бобби снял кроссовки. Он услышал, как Са­манта задохнулась от неожиданности. Швырнув кроссовки в угол, Бобби растянулся на кровати, упершись взглядом в потолок.

— Кто-то подрезал провод, — сказал он Саман­те. — Кто-то хотел расправиться со мной.

— А ты не думаешь, что это мог быть просто не­счастный случай? — предположила Саманта.

— Шнур был перерезан, — повторил Бобби, по­нижая голос, заслышав шаги матери под дверью. — Он был совсем новый. Он не мог перегореть в один день.

— Господи, — услышал он вздох Саманты.

— Так как ты думаешь, это могла сделать Бри? — снова спросил он. — Может, она узнала о нас с тобой и решила отомстить?

— Я… я не думаю, — пробормотала Саманта. — Конечно, мне кажется, что она что-то подозревает. Но я не думаю, чтобы… — голос ее прервался.

— Что ж, если она и вправду не знает, что я встречаюсь с тобой, — размышлял Бобби вслух, глядя в потолок, — значит, она бы ничего такого не сделала — она ведь не сумасшедшая, а?

— Я тебя предупреждала насчет сестры, — тихо проговорила Саманта. — Она… она способна на все!

Бобби собирался ответить, но тут услышал ка­кой-то звук со стороны двери.

— Бри!

Она стояла на пороге, пытливо глядя на него. Неужели она все слышала?

 

Глава 18

Не Саманта!

 

Бри шагнула в комнату, глядя Бобби прямо в глаза.

— Поговорим позже, — кинул Бобби в трубку. Он нажал отбой и бросил телефон рядом на кро­вать. Потом спустил ноги на пол и сел.

— Бри — привет! Как ты здесь оказалась?

— Меня впустила твоя мама, — ответила она. — С кем ты говорил, Бобби?

— С Арни, — соврал он. Он всматривался в ее лицо, пытаясь по его выражению понять, что она успела услышать.

— Как ты? — спросила Бри. Бобби кивнул:

— Все в порядке. Небольшая встряска, вот и все.

— Господи, я так волновалась! — воскликнула Бри в неожиданном порыве страсти. Она села на кровать и взяла его за руки. — Я так волновалась, Бобби. Так волновалась. Когда я увидела, как ты упал на сцене… я подумала… я подумала…

— Со мной все хорошо. Правда, — повторил Бобби.

Говорила ли Бри искренне? Или ломала перед ним комедию?

Она обвила руками его шею и стала покрывать поцелуями его лицо.

— О, Бобби, — шептала она. — Ты так много значишь для меня. Так много…

 

Бобби, облокотившись о ярко-желтую стойку, потягивал через трубочку коку. Арни, восседая рядом с ним на высоком табурете, хлопнул его по спине — Бобби чуть не выронил стакан.

— Отлично сыграл! — сострил Арни. — Жаль только, быстро кончил.

Бобби покосился на друга.

— Не смешно.

— Эй — кончил! — вскричал Арни. — Кончил! Дошло до тебя? Вот это я — сказал каламбур и да­же сам не понял!

— Не смешно, — мрачно повторил Бобби, по­крутившись на круглом табурете. — Уймись. Ме­ня же могло убить, ты что, не понимаешь?

Арни посмотрел Бобби в лицо.

— Сомневаюсь. В усилителе слишком слабое напряжение, чтобы кого-нибудь убить. Ладно те­бе, Бобби, где твое чувство юмора?

Они сидели за длинной стойкой «Угла», люби­мой забегаловки учеников школы Темной Доли­ны. Был понедельник, на улице стояла летняя жа­ра. В баре все столики были заняты, отовсюду ле­тел веселый смех. Бобби и Арни сидели за стойкой одни.

— Я решил завязать с группой, — смущенно пробормотал Бобби, избегая взгляда Арни.

— Эй, ты что! — вскричал тот. — Купишь себе новую гитару и…

— Ты не понимаешь! — вспылил Бобби, обозлен­ный тоном друга. — Что бы ты там ни говорил, кто-то пытался убить меня током. У кого-то на меня зуб. Сначала шины. Потом гитара. Это не шутки!

Тут кто-то сзади крепко обхватил его за плечи.

От неожиданности Бобби вскрикнул.

Над ухом у него раздался громкий, раскати­стый смех. Он обернулся и увидел прямо перед со­бой Дэвида Меткалфа, здоровенного детину из школьной команды борцов, с широкой ухмылкой глядящего на него.

— Эй, Бобби, классный был концерт! — бряк­нул Дэвид. — А у вас в запасе много таких шту­чек? — Он хохотнул и опять сгреб Бобби за плечи.

Бобби бросил на него злобный взгляд:

— Чего ты ржешь, меня же чуть не поджарили. Дэвид пропустил его слова мимо ушей.

— Эй, парни, что выкинете в следующий раз? Взорвете школу? — Захлебываясь смехом и мотая головой, Дэвид пошел назад, к поджидающему его за столиком в углу приятелю, Кори Бруксу. — Рад, что ты легко отделался! — крикнул он обора­чиваясь.

— Веселый парень, — с сарказмом пробормо­тал Бобби.

— Ты не можешь уйти из группы, — продолжал Арни. — Эй, а вот и Мелани. Позови ее к нам, лад­но? Я забыл позвонить домой. Сейчас вернусь.

Арни помахал Мелани и направился к телефон­ной будке в другом конце бара. Мелани подошла к стойке. Сняв с плеча рюкзак и бросив его на пол, она села на пустой табурет рядом с Бобби.

— Как здоровье?

— Отлично, — односложно ответил Бобби.

— Может, кто-то хотел тебе что-то этим ска­зать? — с издевкой спросила она.

Покосившись на нее, он потянул коку из тру­бочки.

— Например?

— Например, чтобы ты прекратил встречаться с обеими близняшками сразу.

Официантка вытерла стойку перед Мелани. Мелани заказала себе жареную картошку и «спрайт».

Бобби закатил глаза.

— Не надоело сто раз повторять одно и то же? — язвительно проговорил он.

Мелани нахмурилась и положила локти на желтую стойку. Позади открылась дверь — в бар ворвался поток теплого воздуха.

— Послушай, — тихо сказала она. — Я знаю де­вочек с детства.

— Да? — перебил ее Бобби. — А я думал, они только что переехали. — Он допил последние кап­ли, вынул трубочку, положил ее на стойку и, вы­тащив из стакана лед, принялся грызть его.

— Так и есть, — продолжала Мелани. — Но мы всегда дружили семьями. Наши мамы вместе учи­лись в колледже.

— Что ты все время лезешь не в свое дело? — грубо спросил Бобби. — Чего тебе надо?

— Я еще не забыла, как ты обидел меня, — от­ветила Мелани, опуская глаза. — И я просто не хо­чу, чтобы они испытали то же самое.

— Они большие девочки, — сказал Бобби. — Переживут.

— Бобби, ты сам не знаешь, что говоришь, — возмутилась Мелани, обводя взглядом переполненный бар. — Послушай. Тебе порезали шины, подстроили с гитарой…

Бобби до боли сжал ей запястье.

— Ты что-то знаешь, Мелани? — резко спросил он. — Ты имеешь к этому какое-то отношение?

— Кто? Я? — Она выдернула руку. — Я? Я во­обще об этом ничего не знаю. Я просто хотела дать тебе дружеский совет.

— Дружеский, говоришь? — Бобби немного смягчился. — Ну да. Я понял. Ты хочешь, чтобы я к тебе вернулся. Я угадал, детка? — Он помотал головой, улыбнувшись в душе. — То-то я смотрю, ты меня все время отговариваешь встречаться с Уэйдами. Хочешь, чтобы Бобби Великолепный вернулся? Я уже давно это подозревал!

Он потянулся к ней и потерся носом о ее шею.

— Может, нам стоит об этом поговорить, Мел? Как-нибудь наедине?

Мелани вскрикнула с отвращением.

— Да ты и вправду свинья, — бросила она от­страняясь. — Ладно, Бобби. Я знаю, тебе трудно в это поверить, но я не хочу, чтобы ты возвращался. Не хочу.

Бобби вскочил на ноги и швырнул доллар на стойку.

— Ты думала, я это серьезно? Я же просто хо­тел сделать тебе приятное. Попрощайся за меня с Арни.

Он развернулся и, не оборачиваясь, пошел к вы­ходу.

 

После обеда Бобби поехал на Фиар-стрит. Са­манта встретила его за два квартала от своего до­ма. Она села рядом и чмокнула его в щеку.

— Куда поедем? — спросила она.

— Можем просто покататься, — предложил он. — Твоя мама не сердилась, что ты идешь на школьный вечер?

— Ее не было дома, — ответила Саманта, уса­живаясь поудобнее и упираясь коленями в панель над «бардачком». На ней был шелковый топ голу­бого цвета и белые теннисные шорты. — И Бри то­же не было. Наверное, пошла вместе с мамой.

В конце Фиар-стрит Бобби свернул на Олд-Милл-Роад.

— У меня было мало уроков, — объяснил он, следя за дорогой. — И мне не хотелось сидеть до­ма. Хотелось развеяться. А то мне в последнее вре­мя как-то не по себе.

— Бедный мой, — проговорила Саманта.

— Я подумал, что тебе тоже скучно, — продол­жал Бобби.

— Правильно подумал, — сказала она, улыба­ясь ему.

Бобби включил кондиционер. Даже сейчас, по­сле захода солнца, в машине было жарко и влаж­но. На улице ни ветерка. Деревья за окном будто застыли.

— Что-то ты сегодня какая-то притихшая, — заметил Бобби, когда деревья кончились и за ок­ном потянулись поля.

Саманта вздохнула:

— Просто задумалась.

— Обо мне, надеюсь, — пошутил Бобби. И, по­молчав, добавил: — Я вот тоже все думаю, Саман­та. О твоей сестре.

Саманта удивленно взглянула на него.

— О Бри? И что же ты думаешь?

— Она что-нибудь говорила о моей гитаре? Ну о том, что случилось во время концерта?

Саманта задумчиво прикусила нижнюю губу.

— Да вроде нет. Ни слова. Но она никогда не го­ворит со мной о тебе. В последнее время мы с Бри мало общаемся. Я… я думаю, ты знаешь почему. — Саманта повернулась к окну.

— Ты думаешь, это Бри… Саманта жестом прервала его:

— Давай сегодня не будем о Бри, ладно? Мне не хочется говорить о ней, правда.

Бобби взглянул на нее:

— Хорошо. Без проблем.

Саманта ведет себя сегодня как-то странно, по­думал он. Такая тихая, мрачная. Это совершенно не в ее духе.

— Мне просто хочется ехать, и ехать, и ехать! — сказала Саманта, закрывая глаза и кладя голову на спинку сиденья. Она погладила его по руке.

От этого движения бретелька шелкового топа упала, обнажив левое плечо.

Бобби посмотрел на плечо — и ужаснулся.

Нет бабочки.

Нет татуировки!

Гладкое, белое плечо.

Девушка поспешно поправила бретельку.

Но было уже поздно.

Слишком поздно.

Бобби уже все понял:

— Это не Саманта!

Глава 19

Что за вонь?

 

Сердце Бобби колотилось в бешеном темпе. Он изо всех сил пытался сосредоточиться и не вилять по дороге.

Девушка протянула руку и включила внезапно заоравшее радио. Она рассмеялась и сделала му­зыку потише.

— Где твоя татуировка? — спросил Бобби.

— Что? — переспросила она, не расслышав его слов.

— Какая это станция? Q-100? — спросила она. Он тоже почти не слышал ее из-за громкой музы­ки — играл рэп-регги. — Ты видел клип на эту песню? Такой чудной!

— Татуировка, — более внятно повторил Боб­би. — Саманта, ты…

— Что? — снова не поняла она.

Кто же это — Бри или Саманта? Бри или Саман­та?

У Саманты на плече татуировка-бабочка. Зна­чит, это Бри.

Бри заняла место Саманты. Бри притворялась Самантой.

А это значит, что Бри все знает. Знает о нем и Са­манте.

У Бобби в голове роились сотни вопросов: Знает ли Саманта, что Бри все известно? Знает ли Саман­та, что Бри пошла на встречу вместо нее? Что Бри замышляет? Почему она это делает?

Он невзначай съехал с шоссе на обочину, прямо в высокую траву. Пытаясь выбросить все эти мыс­ли из головы, он вырулил на дорогу.

Нужно обязательно кое-что выяснить, решил он. Он сбавил скорость, проехал еще немного, ос­тановил машину и выключил радио.

Девушка улыбнулась ему странной улыбкой:

— Уже приехали? Так скоро? Что ты задумал, Бобби?

Она потянулась, было, к нему, закрывая глаза и подставляя губы для поцелуя.

— Ты ведь Бри, да? — напрямую спросил он. Она засмеялась:

— Ты что, Бобби, еще не оправился от шока? Неужели еще не научился нас различать?

— Научился, — сказал Бобби. — И знаю, что…

— Ты в своем уме? — нахмурилась она. — Я же сказала: Бри не было дома. Ты знаешь, что Бри ни о чем не догадывается. — Она все больше распаля­лась. — Просто не верится, Бобби. Ты обижаешь меня. Как ты мог перепутать меня с сестрой? Так-то ты относишься ко мне? Я для тебя всего лишь одна из близняшек Уэйд? И все равно, которая?

На глаза ее навернулись слезы. Он видел, что она едва сдерживается.

— А как же татуировка? — спросил он.

На лице ее мелькнуло удивленное выражение:

— Татуировка? Какая татуировка? Бобби, ты меня пугаешь. Этот удар током — наверное, у тебя что-то сделалось с мозгами.

— Татуировка у тебя на плече, — упрямо повто­рил Бобби.

— Ты хочешь, чтобы я поставила на плечо тату­ировку? — озадаченно спросила Саманта. Она до­тронулась до плеча. — Да родители убьют меня! Почему ты хочешь, чтобы я сделала это?

Бобби смотрел на нее, совершенно запутавшись.

— Но, Саманта…

— Так ты уверен, что я не Бри? — ехидно про­молвила она.

Господи, думал Бобби. Вот я влип. Сейчас нач­нется истерика. Что же делать?

— Извини, — смущенно пробормотал он. — На­верное, у меня и впрямь поджарились мозги, Саман­та. Давай забудем об этом, ладно? — Он потянулся к ней, но она отстранилась и уткнулась в окно.

— Отвези меня домой, — попросила она; в гла­зах у нее стояли слезы. — Ты обидел меня, Бобби. Очень обидел. Отвези меня домой. Сейчас же.

На следующее утро он увидел Бри и Саманту в коридоре. Они стояли вплотную друг к другу и о чем-то спорили: говорили обе одновременно, отча­янно жестикулируя.

Едва завидев его, они тут же умолкли.

— Эй, что тут у вас? — спросил Бобби, привет­ственно махнув рукой. — Отлично выглядите!

Они что-то буркнули в ответ.

Не обо мне ли они разговаривали? — спросил он себя. Не поэтому ли замолчали, когда меня увидели?

Может, спорят, кто в следующий раз пойдет ко мне на свидание? — с горечью подумал он. Вчера он несколько часов не мог уснуть: лежа в постели, он пытался разгадать тайну татуировки. Пока на­конец не забылся тревожным сном. И так ни до че­го и не додумался.

Он прошел мимо них к своему шкафчику взять учебники. Уже прозвенел первый звонок. Кори­дор оглашался поминутным хлопаньем дверей, смехом, обычными утренними приветствиями.

Первое, что увидел Бобби, — это листок белой бумаги. Он был пришпилен к дверце его шкафчи­ка. Подойдя ближе, он увидел, что это записка.

ЭТО ТЫ ИЗНУТРИ.

Слова были написаны красным маркером, боль­шими буквами.

Он сорвал записку, и тут в ноздри ему ударил неприятный запах. Что за вонь? — подумал он. Жуткая вонь.

Откуда этот запах? Из шкафчика? Задержав дыхание, Бобби набрал шифр, от­крыл дверцу — и отшатнулся.

Сначала он увидел темную кровь. Темную кровь на стенках шкафчика.

Потом он опустил взгляд и увидел внизу голову обезьяны.

Отрезанная под подбородком, обезьянья голова лежала в темной луже крови. Крошечные черные глазки безжизненно смотрели на Бобби. Откры­тый рот застыл в безмолвном агонизирующем во­пле.

Глава 20

«Нужно убить ее»

 

Захлебнувшись от ужаса, Бобби отскочил назад.

К горлу подступил комок тошноты, и, не успел он никуда отойти, его вывернуло тут же, на месте.

Он услышал рядом испуганные крики, возгла­сы сострадания.

Когда приступ прошел, он тяжело облокотился на соседний шкафчик, с трудом переводя дыхание.

— Надо же. Как видно, на завтрак у тебя были яйца.

Бобби повернулся и увидел Арни.

— Мне не до шуток, Арни, — выдавил Бобби. Он указал на открытый шкафчик. — Не смотри туда, — предупредил он. — А то тебе тоже попло­хеет.

— А что там? — Конечно же, Арни не удержался. Он с любопытством заглянул в шкафчик Бобби. — Какая дрянь.

Увидев обезьянью голову, Арни испуганно вскрикнул. Его и без того бледное лицо побелело еще больше.

Потом он нагнулся и поднял отрезанную голо ву. Сунул ее Бобби прямо в лицо.

— Ну-ка положи! — заорал на него Бобби. — Ты что, совсем спятил?

— Она же ненастоящая! — крикнул Арни. — Смотри — она из пластика!

— Что? — Бобби вгляделся в перекошенный обезьяний рот, в черные, блестящие глазки. — Так это не моя?

— Не-а, — ответил Арни, поднося ее ближе. — Пластик. Игрушка.

Бобби смотрел на игрушечную обезьянью голо­ву в руке Арни и чувствовал, как его заливает го­рячая волна гнева.

Не говоря ни слова, он резко выбросил руку вперед и ударил по обезьяньей голове — она пока­тилась по коридору. Две девочки при виде ее, ис­пуганно взвизгнув, отскочили в сторону.

— Кто делает это? — вскричал Бобби. — Кто?

 

— Куда мы едем? — спросил Бобби.

Он смотрел из окна на густой лес. Деревья ша­тались от сильного ветра. Липкие весенние лис­точки сверкали на солнце, словно изумруды.

— Секрет, — серьезно ответила Саманта, глядя на дорогу.

Была суббота. Вечером Бобби должен был встретиться с Бри. Но утром позвонила Саманта и сказала, что ей нужно срочно с ним поговорить.

Бобби подобрал ее на Фиар-стрит, за несколь­ко кварталов от ее дома. Саманта настояла, что­бы он уступил ей место за рулем. Она обещала ехать медленно, и он вылез из машины и помог ей сесть.

Когда они отъехали подальше, Саманта открыла окна и подняла верх машины. Теплый ветер гу­лял по машине, развевая черные волосы девушки. Она выглядит сегодня совсем по-весеннему, ду­мал Бобби. Она была одета в белый топ и полоса­тые, желтые с белым, шорты. Но настроение у нее было вовсе не такое радостное. С тех пор как они выехали из города, она не сказала ему и пары слов. Тут Бобби понял, что и он тоже молчит, погру­зившись в собственные невеселые мысли. Он смот­рел, как мимо в танце пролетают деревья, чувст­вовал, как теплое солнце приятно греет шею, как щекочет щеки нежный ветерок.

Вдруг Саманта свернула на узкую грязную ко­лею, и машина затряслась по ухабам. Потом Са­манта остановилась в тени деревьев.

— Почему мы остановились? — спросил Боб­би. — Где мы?

— Нам нужно поговорить, — уклончиво ответи­ла Саманта.

Она выключила зажигание и смотрела прямо перед собой. Ветерок трепал ее волосы.

— Поговорить? О чем?

— О том, что было в прошлый раз, — сказала она тихим голосом. — Когда ты перепутал меня с Бри.

— Ну ладно, извини, — быстро проговорил Боб­би. — Я…

— Я просила тебя порвать с ней, — перебила его Саманта. — Помнишь? Еще несколько недель назад.

— Да. Помню, — ответил Бобби замявшись.

— Ну вот, теперь уже слишком поздно, — про­должала Саманта, избегая смотреть ему в глаза.

— Слишком поздно? Что ты хочешь сказать? — обеспокоился Бобби.

—Все зашло слишком далеко. Я больше не хо­чу делить тебя с ней. Это очень тяжело, Бобби. Я запуталась. Мы все запутались. Понимаешь?

— Ну… — нерешительно протянул Бобби.

Он смотрел на Саманту, пытаясь понять, к чему она клонит. Ему нравилось предугадывать поведе­ние девушек, с которыми он встречался. А не му­читься бесконечными вопросами, как в случае с Бри и Самантой.

— Нам нужно убить Бри, — как бы между про­чим сказала Саманта.

Бобби моргнул. Он подумал, что ослышался.

— Нужно убить ее, — отчетливо повторила де­вушка. — Нам придется это сделать.

Бобби рассмеялся:

— Ну и шутки у тебя сегодня. Прям, как у Арни.

Саманта схватила его за руку, в темноте угро­жающе сверкнули ее зеленые глаза.

— Я не шучу, — проговорила она, стискивая его руку. — Давай убьем Бри, Бобби. На самом де­ле. Она у нас как бельмо на глазу. Ты сам это зна­ешь.

Бобби в изумлении смотрел на нее, ему было не по себе от ее решительного вида.

— Мы убьем ее, Бобби, — продолжала Саманта. — И останемся только мы с тобой. Вот будет здоро­во! Только подумай!

Бобби пристально вглядывался в ее глаза. Она что это, серьезно? Или просто издевается надо мной? Смеется?

Нет.

Она не шутит, понял он.

Саманта говорила серьезно. Она хотела убить собственную сестру.

Она выпустила его руку и положила руки ему на плечи.

— Ну? — требовательно спросила она, притяги­вая Бобби к себе и покрывая его лицо быстрыми поцелуями. — Ну, Бобби? Убьем ее? Хорошо?

Она целовала его лоб, щеки, подбородок.

— Хорошо, Бобби? Мы же убьем ее? Ты согла­сен?

— Хорошо, — пробормотал Бобби. — Мы убьем ее.

 

Глава 21

Бри созналась

 

Саманта, улыбаясь, откинула волосы за спину. Широкая бретель топа соскользнула с плеча, и Бобби увидел крошечную синюю бабочку.

Что происходит? — спрашивал себя Бобби, как громом пораженный, глядя на татуировку. Саман­та рассеянно поправила бретель и откинулась на спинку сидения.

— Я знала, что ты согласишься, — прошептала Саманта с довольной улыбкой на губах и завела двигатель.

Бобби с подозрением смотрел на нее.

— Татуировка, — пробормотал он. — В послед­ний раз ее у тебя не было. Ты…

Саманта взглянула ему прямо в глаза.

— О чем это ты? Ты же знал, что у меня татуи­ровка.

— Так значит, это все-таки была Бри! — вос­кликнул Бобби. — Бри узнала о нас с тобой! Она пришла на встречу вместо тебя и…

— Бобби, ты несешь какую-то чушь, — оборвала его Саманта. — Ты все перепутал. Теперь-то ты видишь, что Бри нужно убить.

Машина тронулась с места и затряслась по не­ровной дороге.

— Я хочу показать тебе одно место, — тихо про­говорила Саманта.

Она спятила, подумал Бобби. Саманта просто сумасшедшая. И как я раньше не замечал этого? Как не понимал? Она хочет убить свою сестру, соб­ственную сестру. Нужно что-то делать. Я согла­сился помочь ей, я не стал спорить только для то­го, чтобы она успокоилась. Чтобы она больше не говорила об убийстве Бри. Она чокнутая! Абсо­лютно чокнутая!

Как же быть? Тем временем машина, виляя, ехала по узкой полузаросшей дороге, извиваю­щейся между деревьями. Лес становился все гу­ще — раскидистые ветви уже не пропускали сол­нечных лучей.

Первым делом нужно предупредить Бри, ре­шил Бобби. Как только вернемся в город, я преду­прежу ее. А там уж пусть Бри звонит в полицию, рассказывает родителям — это уж ее дело.

Саманта весело засмеялась, когда машина под­прыгнула на кочке. Они все дальше углублялись в лес.

Как у нее, однако же, изменилось настроение, когда я пообещал ей помочь убить Бри, подумал Бобби, чувствуя, как к горлу подступает твердый ком. Она не в своем уме.

И тут у него промелькнула безумная мысль: А что, если все это — дело рук Саманты: перерезан­ные провода, обезьянья голова в шкафчике?

Она опасна, решил он. И, хуже того, сумасшед­шая.

Машина резко затормозила, и его бросило впе­ред.

— Ну вот, мы и приехали, — сказала Саманта, посылая ему нежную улыбку. — Это наше секрет­ное место.

Она вышла из машины. В воздухе стоял све­жий, терпкий аромат хвои. Бобби увидел впереди едва различимую среди деревьев маленькую хи­жину.

У одной стены стояла деревянная бочка. А ря­дом в высокой траве валялась ржавая решетка для гриля.

— Где это мы? — спросил Бобби, в смятении шагая вслед за Самантой к хижине.

— Это наш загородный домик, — сказала Са­манта. — Подходящее местечко. — Она взяла его за руку и потащила к двери. — Сюда мы привезем Бри. Здесь ее никто не будет искать.

У Бобби свело живот. Она уже все спланирова­ла, подумал он. И как она спокойно об этом гово­рит!

У двери Саманта остановилась и улыбнулась ему:

— Конечно, по внешнему виду не скажешь, но внутри очень уютно. Пойдем покажу.

Рядом с его лицом с басовитым жужжанием пролетел шершень. Бобби отпрянул и замахал ру­ками, отгоняя насекомое.

Саманта рассмеялась:

— Ты что, боишься жуков?

— Кто? Я? Конечно нет, — ответил Бобби.

— Придется выломать дверь, — сказала Саман­та. — Я забыла дома ключи.

Бобби колебался.

— Выломать?

— Ну да, навались на нее плечом, — распоря­жалась она. — Замок здесь хлипкий. Чуть-чуть надавить — и дверь откроется.

Что я здесь делаю? — думал Бобби. Что я делаю здесь с этой психованной?

— Давай же, — подбадривала его Саманта.

Бобби обреченно вздохнул и послушно навалил­ся на дверь. Она затрещала, но не поддалась. Со второго толчка она распахнулась.

Бобби вошел в маленькую комнату. Из окон со­чился солнечный свет, бликами сверкая на поли­рованном дощатом полу. Внутри Бобби увидел по­тертый диван, два кресла, два пластмассовых сто­лика в углу. Над крохотным каменным камином висела желтая карта в рамке, пестревшая индей­скими названиями.

— Сельский быт, — заметила Саманта, входя в хижину вслед за Бобби. — Но мне здесь нравится. Поблизости нет ни одного жилья. Поэтому-то папа и построил здесь этот домик. Мы ездим сюда толь­ко в июле.

Бобби потянул носом воздух:

— Пахнет плесенью.

— Здесь не проветривали с зимы. Но здесь очень уютно, правда? — Не дожидаясь ответа, Саманта обвила руками его шею и страстно поцеловала его.

— Ну что, сделаем это? Вдвоем с тобой? — про­шептала она, потершись головой о его щеку. — Привезем сюда Бри? Убьем ее? А потом будем вме­сте всегда-всегда?

— Хорошо, — отозвался Бобби.

Когда вернемся, нужно обязательно предупре­дить Бри, снова подумал он. Он хотел было ска­зать Саманте, что пора домой. Но она, прижима­ясь к нему всем телом, снова начала целовать его.

 

— Бри, нам нужно увидеться, — сказал Бобби с тревогой в голосе. Он говорил шепотом, хотя знал, что его никто не услышит. — Прямо сейчас.

— Но, Бобби, — запротестовала она. — Мы ведь и так встречаемся через два часа. Мы ведь собира­лись на танцы, помнишь?

— Бри, послушай, — взмолился он. — Нам нужно поговорить. Прямо сейчас.

В голосе ее сквозило неподдельное удивление:

— Неужели это настолько важно, что не может подождать пару часов? Мы сейчас обедаем, Бобби, у нас гости.

— Бри, пожалуйста!

— Извини, Бобби. Потерпи до вечера, ладно? Меня ждут. Увидимся в восемь.

В трубке раздались короткие гудки. Бобби на­жал отбой и в порыве ярости бросил телефон на кровать.

— Я же пытаюсь спасти твою жизнь, идиотка! — громко вырвалось у него.

Он заметался по комнате, лихорадочно раз­мышляя. Как ему объяснить это Бри? Ему не хоте­лось говорить ей, что он встречался с Самантой. Это не выход.

Но как тогда сообщить Бри, что Саманта хочет ее убить? Как заставить Бри поверить в это безумие?

Да и кто поверит?

Он еще походил по комнате. Потом бросился на кровать и уставился в потолок, изо всех сил на­прягая ум. Родители позвали его обедать, но он крикнул им, что не хочет есть.

Наконец пришло время ехать на встречу с Бри.

Она встретила его в дверях, одетая в зеленую шелковую блузу, короткую зеленую юбку и чер­ные чулки.

Всем пока! — крикнула она в комнату. У двери кухни Бобби увидел Саманту.

— Эй, вы, хорошо вам повеселиться! — пожела­ла она.

Бобби с мрачным видом повел Бри к машине.

— Так мы едем на танцы? — спросила Бри. Бобби грустно посмотрел ей в глаза.

— Бри, нам надо поговорить. Мне нужно ска­зать тебе что-то очень важное.

— Бобби, все это так неожиданно. Мне еще слишком рано выходить замуж! — весело прогово­рила Бри и нахмурилась, заметив, что он не оце­нил ее шутки. — Господи, ты сегодня такой хму­рый!

Бобби задом выехал с обочины, проехал не­сколько кварталов по Фиар-стрит и остановился.

— Послушай, — начал он, поворачиваясь к де­вушке. — Я знаю, мои слова покажутся тебе глу­постью, но ты должна мне поверить.

Бри посмотрела в окно.

— Почему мы здесь остановились? Прямо у кладбища?

— Послушай же, — нетерпеливо буркнул Бобби и начал излагать сотни раз отрепетированную вер­сию. — Сегодня я катался по городу и встретил Са­манту. Она помахала мне, и я остановился. Она се­ла в машину и сказала, что ей нужно поговорить со мной.

Бри взглянула на него с удивлением:

— Саманта хотела поговорить с тобой? О чем же?

— Я как раз и собирался тебе рассказать, — ос­торожно ответил Бобби. — Мы с ней поехали в лес, в ваш загородный домик. И там она сказала мне… она сказала…

Бобби в нерешительности помолчал. Поверит ли ему Бри?

— Саманта сказала мне, что хочет привезти тебя туда — и убить.

От неожиданности у Бри перехватило дыхание.

— Я… я не выдумываю, — пробормотал Бобби.

— Я должен был предупредить тебя, Бри. Поду­мать только — твоя сестра. Собственная сестра — хочет тебя убить.

Бри смотрела на него с открытым ртом, невидя­щим взором. Потом в ее глазах мелькнула мысль. На лице появилось ожесточенное выражение. Она кивнула головой, будто бы приняв какое-то реше­ние.

— Бобби, мне нужно тебе кое в чем признаться, — прошептала Бри, опуская глаза.

— Я… у меня просто в голове не укладывается, что твоя сестра хочет тебя убить! — повторил Боб­би.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать, — снова прошептала Бри. — Дело в том, что мы с Саман­той… мы не двойняшки.

Глава 22

Дженнилин

 

Бри придвинулась ближе, на лицо ее падала тень. Пальцы ее впились в колени. Голос ее дрожал.

— У нас есть еще третья сестра, — сказала она, пристально вглядываясь в его лицо. — Мы с Са­мантой не двойняшки. Мы тройняшки.

— Господи, — пробормотал Бобби, помотав голо­вой. — С ума сойти.

— Нашу сестру зовут Дженнилин, — продолжа­ла Бри, поглядывая на кладбище. — Наверное, се­годня ты видел Дженнилин, Бобби. Не Саманту. Саманта весь день была дома.

— Боже мой, — проговорил Бобби. — Просто неве­роятно!

Несмотря на всю серьезность этой новости, у Бобби промелькнула тщеславная мысль: скорей бы рассказать об этом Арни! Он умрет от зависти, когда узнает, что я встречался не с двойняшками, а с тройняшками!

— Дженнилин очень опасна, — тем временем говорила Бри, глядя на могильные плиты за кладбищенской оградой, — Мы никогда не говорим о ней. Она живет у тети с дядей на Западном побережье.

— Почему? — спросил Бобби, покручивая руль. — Что она такого сделала?

— Она всегда безумно завидовала нам с Саман­той, — ответила Бри. — Она стремилась во что бы то ни стало иметь то, что было у нас, — или унич­тожить это. Дженнилин не могла мириться с тем, что нас трое и у нас все должно быть общее.

Бри вздохнула:

— Родители водили ее по врачам и все такое. Но это не помогло. И вот, когда нам исполнилось три­надцать, она перешла все границы.

Она замолчала. Бри прерывисто дышала, при­кусив нижнюю губу. Бобби видел, что ей тяжело говорить об этом.

— И что же случилось? — мягко спросил он. Бри сделала глубокий вдох и продолжала:

— Дженнилин заперла нас с Самантой в комна­те. А потом… устроила пожар. Внизу.

— Не может быть! — с неподдельным ужасом воскликнул Бобби.

— К счастью, папа вовремя вернулся домой. И тогда родители поняли, что нужно срочно что-то делать. И Дженнилин на год отправили в лечебни­цу. Когда же ее выписали, врачи сказали, что бу­дет лучше, если она не останется с нами.

— И родители отправили ее на Запад? — сочувст­венно спросил Бобби, погладив ее дрожащую руку.

Бри кивнула.

— С тех пор Дженнилин живет у сестры папы и ее мужа. — Она подняла глаза на Бобби. — Пожалуй­ста, не рассказывай об этом никому, — попросила она. — Мы уже два раза переезжали. Мы и в Темную Долину-то приехали, чтобы все начать сначала.

— Хорошо. Не скажу, — пообещал Бобби, гла­дя ее руку.

— Странно, что тетя с дядей не позвонили, — сказала Бри. — Наверное, им и в голову не при­шло, что Дженнилин направится сюда. Надо сооб­щить родителям. Я не знаю, что они будут делать. Я так беспокоюсь о тебе. Она вправду опасна.

— Я буду осторожен, — заверил ее Бобби.

— Если увидишь ее, зови полицию, — тревожилась Бри. — Слышишь, Бобби? Сразу же зови полицию.

Бобби долго молчал, размышляя над ее словами.

— Так ты думаешь, все эти злые шутки — дело рук Дженнилин? — наконец спросил он.

Бри кивнула с мрачным видом:

— Да. Наверное, это все она.

— Но зачем? — воскликнул Бобби. — Мы же с ней даже не знакомы.

— Она стремится уничтожить все, что есть у нас с Самантой, — ответила Бри с дрожью в голосе. — Она готова на все, лишь бы испортить нам жизнь.

У Бобби по спине побежали мурашки. Вечер был теплым, но его вдруг охватил озноб.

— Я… я и не думал, что встретил сегодня Джен­нилин, — пробормотал он. — Я был уверен, что это Саманта.

Бри задумчиво смотрела на него. И тут со сторо­ны кладбища донесся глухой, протяжный вой.

— Наверное, это просто кошка, — прошептал Бобби.

— Я скажу тебе, как отличить нас с Самантой от Дженнилин, — тихо проговорила Бри.

— Как? — Бобби был заинтригован. Бри отвернула ворот блузы.

— Дженнилин можно узнать так, — сказала она, указав на левое плечо. — Вот здесь у нее ма­ленькая татуировка — синяя бабочка.

 

Глава 23

Нервный срыв

 

Бобби обещал Бри, что не станет никому рас­сказывать о Дженнилин. Но это не имело ровно никакого значения. Он должен поделиться с Ар­ни.

Когда я обещал, я держал за спиной фигу, оп­равдывался он перед собой.

Он отвез Бри домой. Обоим было уже не до тан­цев. Бри сказала, что слишком потрясена этой но­востью — что сестра вернулась и опять принялась за старое.

Бобби остановил машину у ее дома. Она придви­нулась ближе, обняла его и поцеловала.

— Мне очень стыдно за Дженнилин, — шепну­ла она, касаясь губами его щеки. — Я нравлюсь те­бе, Бобби? — все так же шепотом спросила она. — Правда нравлюсь?

Как она будет разочарована, подумалось Бобби.

Она была красивой, ему нравилось встречаться с ней. Но она была уж слишком… приставучей, что ли.

А он не любил всех этих слезливых сцен. И чего они сами не могут разобраться со своими семейны­ми делами? — с неприязнью подумал он.

— Ну конечно, я от тебя без ума, — шепнул он. Целуя ее на прощание, он думал о том, какое лицо будет у Арни, когда он расскажет ему о третьей се­стре.

 

От Бри Бобби поехал прямо к Арни. Он застал Арни вместе с Мелани у подъезда дома: они соби­рались садиться в маленький «фиат» Арни. Бобби остановился напротив, перекрыв им выезд.

— Эй, что случилось? — крикнул с улыбкой Ар­ни.

Мелани оскалилась, будто бы обрадовалась ему.

— Идем сегодня на последний сеанс в «Тенплекс», — сообщил Арни. — Хочешь с нами?

Мелани метнула на Арни уничтожающий взгляд и повернулась к Бобби:

— Что ты здесь делаешь? Сбежал от близнецов? Бобби засмеялся:

— Странно, что ты это сказала. Я хотел потре­паться с Арни. Но ты тоже можешь послушать, Мелани.

Мелани закатила глаза:

— Спасибо за одолжение.

— Ты говорила, что знаешь двойняшек Уэйд чуть ли не с пеленок? — спросил Бобби, обращаясь к ней.

Мелани кивнула:

— Ну, говорила. С самого детства.

— Но ты не говорила, что их трое, — сказал Бобби, следя за ее реакцией.

— Ого! — обрадовался Арни. — Трое! А с треть­ей ты тоже встречался, Бобби? Вот это настоящий рекорд! — И он дружески хлопнул Бобби по плечу.

Но Бобби не сводил глаз с Мелани, выражение лица которой не изменилось.

— Ну, Мел? — спросил Бобби. — Что скажешь? Они и вправду тройняшки?

— Не называй меня Мел, — прошипела та. — Ты же знаешь, я ненавижу, когда меня так называют.

— Отвечай на вопрос, — не отступал Бобби. Мелани колебалась.

— Я не могу сказать, Бобби. Улыбка исчезла с лица Бобби.

— То есть как это — не можешь?

— Так — не могу, — ответила Мелани холод­ным тоном. — Кто тебе рассказал о третьей сестре?

— Бри. Только что, — сказал Бобби, загляды­вая ей в глаза. — Так это правда?

— Не могу сказать, — упрямо повторила Мела­ни. — Сколько раз тебе говорить?

— Почему не можешь? — допытывался Бобби. Мелани помолчала в нерешительности.

— Потому что я обещала, — тихо проговорила она наконец.

— Так, значит, это правда! — торжествующе воскликнул Бобби. — Ты обещала Бри и Саманте никому не рассказывать о Дженнилин! Да? Да?

— Может быть, — уклончиво ответила Мелани и быстро добавила: — Может быть, да, а может быть — нет. Я дала обещание, Бобби. Поэтому не стоит меня больше ни о чем расспрашивать. — Она подтолкнула Арни к машине. — Идем. А то опо­здаем.

Арни усмехнулся:

— Тройняшки! Вот это да! — Он повернулся к Мелани. — А с чего это такой большой секрет?

— Долго рассказывать. — Мелани вздохнула и окинула Бобби хмурым взглядом. — Пока, Бобби. Приятно было свидеться.

 

Бобби не хотелось домой. Он медленно ехал по городу, приглушив радио, и думал о сестрах Уэйд. Пора завязывать с ними обеими, решил он. Одни и те же лица приедаются. Чего ради Бобби Велико­лепный должен обделять вниманием других дам?

Но потом он подумал: наверное, я брошу Бри и останусь с Самантой. Саманта заводная. И обожа­ет тискаться. Трудно будет отказаться от ее затяж­ных, страстных поцелуев.

Тут у него перед глазами встала окровавленная обезьянья голова. Вспомнились порезанные ши­ны, удар током.

Нет, все-таки от этих Уэйд слишком много не­приятностей, решил он. И еще эта психованная третья сестричка! Дженнилин ведет слишком же­сткую игру. Надо с этим кончать, пока Дженни­лин чего-нибудь не натворила. А то так можно и на тот свет отправиться!

Завтра же порву с обеими. Как говорится, как пришло, так и ушло.

Но когда он незадолго до двенадцати подъехал к своему дому, он понял, что окончательно запу­тался. И совершенно не знал, что ему делать с се­страми Уэйд.

— И бросить глупо, и остаться с ними опасно, — бормотал он себе под нос, направляясь к двери.

И в конце концов решил ничего не менять и по­смотреть, что будет дальше.

 

На следующий день, в воскресенье, Бобби встретился с Самантой на автостоянке в центре го­рода. Небо хмурилось, собирался дождь.

На Саманте был пуловер с короткими рукавами цвета морской волны и мешковатые, потертые джинсы. На голове — бейсболка с надписью «Блэк Сокс».

— Что случилось вчера вечером? — даже не по­здоровавшись, в упор спросила Саманта. — Что-то Бри рано вернулась. И сразу убежала к себе в ком­нату, как будто чем-то расстроенная. Ты порвал с ней?

Бобби помотал головой:

— Не-а.

Саманта разочарованно нахмурилась: — И что же тогда случилось?

— Она… э… рассказала мне о Дженнилин, — тихо ответил Бобби.

— Что? — Саманта, казалось, была поражена. Прищурив глаза, она смотрела на Бобби.

— Она сказала мне, что вернулась ваша третья сестра, — продолжал Бобби. — Ну, эта, как ее? Дженнилин.

Саманта побледнела. Глаза ее потухли.

— Господи, только не это, — простонала она, покачав головой. — Бедная Бри. У нее, наверное, опять нервный срыв.

Бобби с трудом глотнул:

— Что? Что ты сказала? Саманта схватила Бобби за руку, как будто ища

у него поддержки, и тяжело прислонилась к кор­пусу машины.

— Нет никакой Дженнилин, — прошептала она. — У нас нет третьей сестры.

 

Глава 24

«Ты начинаешь злить меня»

 

— Отвези меня домой. Сейчас же, — потребо­вала Саманта, ее глаза метали молнии. — Нуж­но сказать маме с папой. Надо что-то делать с Бри.

— Но… я не понимаю, — сказал Бобби. — О чем речь?

Саманта печально вздохнула:

— У Бри такого не было вот уже несколько лет. Раньше, когда ей было плохо, она вечно выдумы­вала всякие истории о Дженнилин, как будто у нее была третья сестра. Несла об этой Дженнилин вся­кий бред, пугала всех своими фантазиями о несу­ществующей злой сестре.

— Фантазии? Так это только ее фантазии? — Бобби изумленно смотрел на Саманту, совершенно сбитый с толку.

Саманта кивнула.

— Так мы всегда узнавали, что у Бри неприятно­сти, — продолжала она. — Когда она начинала говорить о Дженнилин, мы понимали, что она на грани срыва.

Бобби с трудом глотнул и помотал головой.

— Надо же, — пробормотал он. — Бывает же та­кое.

— Отвези меня домой, Бобби, — снова попроси­ла Саманта. — Я, правда, очень волнуюсь за Бри. Как ты думаешь, почему она тебе все это рассказа­ла? Думаешь, она узнала о нас с тобой — и у нее в голове все перемешалось?

— Что-то мне не верится, что она все выдумала об этой Дженнилин, — сказал Бобби. — Она так об этом рассказывала… так убедительно, что я… я… — он умолк.

— Бобби, что ты так смотришь на меня? — воз­мутилась Саманта.

— Да так, просто подумал кое о чем, — ответил тот, протянув руку к вырезу ее пуловера.

Она в испуге отпрянула.

— Эй!

— Не сделаешь мне одолжение, Саманта? Не дашь мне взглянуть на твое плечо?

— На мое плечо? — она рассмеялась. — В чем дело, Бобби? — спросила она, поднося руку к выре­зу пуловера.

— Ну же, Саманта. Покажи мне левое плечо. Она помолчала, потом пожала плечами:

— Ты какой-то странный сегодня, Бобби. Она обнажила плечо.

Татуировки не было.

— Где твоя татуировка, Саманта? — спросил Бобби, глядя на нее прищуренными глазами.

Она натянула пуловер на плечо.

— Татуировка? Смеешься? Ты же знаешь, у ме­ня нет никакой татуировки.

Бобби смотрел на нее во все глаза.

— А как же тогда, в школьной лаборатории? Помнишь? Ты показала мне татуировку-бабочку? И еще сказала, что так можно отличить тебя от Бри.

Саманта от удивления раскрыла рот. Приложи­ла ладонь к его лбу:

— Ты что, перегрелся? Бредишь? Не показыва­ла я тебе никакой татуировки ни в какой лабора­тории.

— И кто же тогда, по-твоему, это был? — хмуро спросил он.

— У тебя что, Бобби, тоже галлюцинации? — На лице Саманты появилось озабоченное выра­жение. — Ну ладно, хватит. Расслабься. Давай вези меня домой, нужно что-то делать с Бри. Еще не хватало, чтобы ты начал выдумывать черт-те что!

 

Поздно вечером Бобби сидел за столом, упер­шись взглядом в светло-голубые обои и слушая, как стучат в окно капли дождя. И никак не мог со­средоточиться на домашнем задании.

Хорошо, что завтра не надо в школу, думал он, глядя на лежащий перед ним чистый лист бумаги. Школа была закрыта по случаю совещания учите­лей. Может, завтра голова будет соображать. Тогда и напишу сочинение.

Интересно, смогу ли я вообще когда-нибудь со­ображать? — подумал он.

Перед глазами у него стояла Саманта в тускло освещенной лаборатории, с коварной улыбкой на лице показывавшая ему крошечную татуи­ровку. Потом воображение рисовало ему Бри, впившиеся в колени пальцы: вот она сидит у него в машине и рассказывает о третьей сестре, Дженнилин.

Кто-то из них водит меня за нос, с горечью ду­мал он.

Одна из них лжет. Но которая?

Неужели Бри выдумала эту Дженнилин? Не­ужели третья сестра — это всего лишь плод ее воо­бражения?

Или же Саманта соврала, пытаясь сохранить позорную семейную тайну?

Кто же из них врет? Саманта? Или Бри?

Дождь барабанил по подоконнику. Сверкнула молния.

Бобби ждал, что сейчас грянет гром, как вдруг зазвонил телефон.

Он вскрикнул от неожиданности — голос его потонул в раскате грома. Он снял трубку:

— Алло?

В девичьем голосе на том конце провода сквози­ло нетерпение.

— Бобби, это Дженнилин.

— Кто?

— Сегодня я видела тебя с Бри на автостоянке в центре.

— Подожди, — возразил Бобби, сердце его ко­лотилось. — Это была не Бри. Это была Саманта.

— Уж я-то умею различать собственных сес­тер! — злобно прошипел голос. — Это была Бри.

Как же Бри? — думал Бобби. Это же была Са­манта!

А кто это говорит? Неужели Дженнилин? Неужели Саманта все же

солгала? Почему она сказала, что у них нет третьей сест­ры? У этой девушки голос совсем другой. Хрипловатый. Грудной. Наверное, Дженнилин и в самом деле существует!

— Когда же мы убьем ее, Бобби? — требователь­но спросил голос. — Ты обещал. Ты обещал, что мы убьем ее. Когда?

— Эй, подожди минутку… — взмолился Бобби.

— Это нужно сделать как можно скорее, — злобно прошипел голос в трубке. — Как можно скорее. Ты начинаешь злить меня. Ты начинаешь злить меня по-настоящему!

 

 

 

 

Глава 25

В лесу

 

На следующее утро Бобби пытался звонить Саманте, но линия была все время занята — на протяжении нескольких часов. Когда же он стал звонить после обеда, у Уэйдов никто не брал трубку.

К полудню дождь кончился, и из-за туч выгля­нуло яркое солнце. Родители Бобби были на рабо­те, и он был дома один. Бобби надеялся, что ти­шина поможет ему сосредоточиться на сочине­нии.

Но он скоро обнаружил, что слишком расстро­ен, слишком встревожен, чтобы написать хоть строчку.

Он пошел на задний двор косить траву, думая, что движение поможет ему отвлечься от мрачных раздумий о сестрах Уэйд, о Дженнилин и ее угро­зах. Но трава набрякла от ночного ливня, и косить ее было невозможно.

Когда в начале шестого у подъезда остано­вился белый кабриолет Уэйдов и из нее вышла одна из сестер, Бобби испытал странное облег­чение. Наконец-то хоть что-то прояснится! — подумал он.

Он побежал ей навстречу. Еще в машине он уви­дел красную безрукавку до пупка и тут же понял, что это Саманта. Бри никогда не одевалась так вы­зывающе.

— Эй, откуда у тебя машина? Я думал, у тебя нет водительских прав! — крикнул Бобби.

Девушка рассмеялась.

— Родителей не было дома, — объяснила она. — Вот я и решила прокатиться.

Он прислонился к машине.

— Я звонил тебе, Саманта. Хотел поговорить. Я…

— Мне тоже нужно с тобой поговорить, — пере­била она его, кивнув на свободное сиденье. — Са­дись. Покатаемся.

Бобби обошел машину и неохотно сел рядом с Самантой.

— Только ты не будешь гнать, ладно?

— Пристегни ремень, — усмехнулась она. Через несколько минут они уже катили по Олд-

Милл-Роад к выезду из города. Солнце уже опус­калось за кромку леса, стало холоднее.

— Вчера мне звонила Дженнилин! — сообщил Бобби, силясь перекричать вой ветра.

Саманта, не отрываясь, смотрела на дорогу.

— Ты, наверное, хотел сказать Бри? — прокри­чала Саманта в ответ. — Это была Бри.

— Она назвалась Дженнилин. Она сказала…

— Ничего не слышу, — крикнула Саманта и тронула его за руку, будто прося помолчать. — По­говорим, когда приедем на место.

— На место? — удивился Бобби.

— В лесную хижину, нам же нужно где-нибудь поговорить, — сказала она. — Спокойно.

Дома кончились, и за окном потянулись бес­крайние поля, все в непросохших каплях дождя, сверкавших в лучах заходящего солнца, словно изумруды.

Ветер стучал в лобовое стекло. Бобби откинулся на спинку сиденья и взглянул на Саманту. Она смотрела прямо перед собой прищуренными гла­зами. Он подался вперед, собираясь включить ра­дио.

Тут ветер сдул бретельку с плеча девушки, и Бобби едва не вскрикнул, увидев на левом плече крошечную синюю бабочку.

— Татуировка! — воскликнул он, схватив ее за плечо. — У тебя татуировка!

Она окинула его хмурым взглядом:

— И что? Чего это ты так разволновался?

— Но… но… — прошептал Бобби. — Но ведь вчера, когда я встретил тебя в центре, ее не было!

— Что? — Саманта поднесла руку к уху. — Ну-ка повтори. Я, наверное, ослышалась. Я не была вчера в городе. Мы вчера не виделись с тобой, Бобби!

Она выстроилась в левый ряд, обогнав грузовик с длинным прицепом. От такой дерзости водитель возмущенно засигналил.

Бобби заткнул уши.

— Так у тебя всегда была эта татуировка? — спросил он.

Она кивнула.

— А в чем дело? Я же уже показывала ее тебе — в школьной лаборатории, помнишь?

Впереди показался лес. Саманта свернула на уз­кую тропу, ведущую к хижине.

Они затряслись по неровной колее, по машине заплясали темные тени. Бобби вдруг обнаружил, что тяжело дышит. Руки тряслись. Его охватил озноб.

Может, он замерз на холодном ветру?

— Ты говорила со мной о том, что надо убить Бри, — говорила? — спросил он.

Саманта повернулась к нему с хищной усмеш­кой на лице.

— Я уже все придумала, — сказала она, сверк­нув глазами. — Она даже не поймет, что про­изошло.

Глава 26

Удар

 

Бобби закрыл глаза. Неужели это не сон? — ду­мал он.

Машина тряслась под густеющим куполом де­ревьев. Потом они остановились. Бобби открыл глаза. Впереди, в полутьме, виднелась лесная хи­жина.

Ветви высоких, древних деревьев заволакива­ли все небо, и здесь было темно, будто ночью. Погруженный в раздумья, Бобби сидел, не двига­ясь, пока не почувствовал, как Саманта сжала его руку.

Он посмотрел на ее лицо с разрумянившимися от ветра скулами, обрамленное растрепавшимися волосами.

— Пойдем в дом, — тихо сказала она. — Нам нужно поговорить.

Бобби кивнул.

— Да. Нужно.

Он выбрался из машины и пошел по мокрой траве к хижине, глубоко вдыхая свежий, пряный воздух. В дрожании оранжевого солнечного лучи­ка роились тучи мелкой мошкары.

Он услышал, как позади открылась и хлопнула дверца машины.

Наверно, Саманта что-нибудь забыла, маши­нально подумал он. Он смотрел на бурундучка, бе­гущего по стволу упавшего дерева.

— Саманта? — Он повернулся к машине — и прямо перед собой увидел занесенную руку с пус­той стеклянной бутылкой из-под коки.

— Саманта! Ты что?!

Увернуться он не успел. Она со всей силы уда­рила его бутылкой по голове.

Последнее, что услышал Бобби, был этот глу­хой стук.

Все тело его пронзила резкая боль, будто в голо­ве у него разорвалась бомба.

На мгновение все вдруг стало ярко-белым.

Потом вокруг разлилась чернильная тьма.

 

Глава 27

Мёд

 

Кружащиеся красные пятна стали розовыми, потом побелели. Откуда-то сочился свет, серый, сумрачный. По бурлящему алому небу плыли баг­ровые облака.

Бобби открыл глаза.

Боль, пульсирующая боль в висках снова сомк­нула его веки.

С закрытыми глазами Бобби попытался встать. Но что-то удерживало его. Он хотел поднять руку — и не мог.

Я парализован, подумал он, как только к нему стало возвращаться сознание.

Она парализовала меня.

Он через силу открыл глаза — у него вырвался чуть слышный стон.

Серый туман рассеивался. Предметы в комнате понемногу обретали четкие очертания.

Я сижу, догадался он. И снова попытался встать. И снова не мог двинуться с места.

Я сижу на стуле. Я связан. Я привязан к стулу.

Он попытался шевельнуть ногами. Ноги были связаны.

Руки и ноги. Связаны. Привязаны к деревянно­му стулу.

— Эй! — хрипло выкрикнул он.

Неужели это мой голос? Такой тихий, слабый? Бобби опустил голову. Пульсирующая боль не­много утихла.

— Господи! — Он увидел свои голые колени. Джинсов на нем не было. Не было ни носков, ни кроссовок.

Он сидел, привязанный к стулу, в одних поло­сатых трусах и майке.

В камине потрескивал огонь. Мои джинсы? Да. В камине горели его джинсы.

Возле камина, скрестив руки на груди, стояла Саманта. В зеленых глазах плясали отблески пла­мени.

— Саманта… почему? — выдавил Бобби.

— Я не Саманта, — тихо сказала девушка. Она шагнула к нему. — Я Дженнилин.

Бобби помотал головой. И невольно вскрикнул от боли, пронзившей все его тело.

— Нет! Не может быть. Никакой Дженнилин нет! — крикнул он. — Не обманывай меня, Са­манта!

— Это они так сказали? — спросила она, гнев­но сверкнув глазами. — Они сказали, что меня нет? — она презрительно хмыкнула. — Значит, моим дорогим сестричкам нравится думать, что меня нет, — с расстановкой проговорила она, буд­то выплевывая каждое слово.

— Хватит, прошу тебя, — взмолился Бобби.

— Я плохая! — в сердцах продолжала она, слов­но не слыша его. — Я опасна. Давайте отправим меня подальше и притворимся, что я не сущест­вую. Но я существую, Бобби. Я существую.

— Хорошо. Ты существуешь, — согласился Бобби, не отрывая глаз от ее искаженного злобой лица. — Извини. Я не знал. Я…

— Это у меня татуировка! — крикнула девуш­ка, обнажая плечо с синей бабочкой. — Это я бы­ла с тобой в лаборатории, а не Бри и не Саманта! Ты думаешь, у этих жалких тварей хватило бы духу поставить татуировку? Да никогда! Только Дженнилин, только плохая сестренка посмела сделать это!

— Хорошо. Я все понял, — мягко проговорил Бобби. Боль в голове начала утихать. К нему вер­нулись острота зрения, ясность мысли. Взгляд его, скользнув по комнате, остановился на пылаю­щих в камине джинсах.

— А теперь развяжи меня, — попросил он, гля­дя в ее прищуренные, холодные словно лед глаза. — Отпусти меня, Дженнилин. Я же тебе ничего не сделал!

Губы ее искривились в язвительной усмешке. Она подошла к камину.

— Ах, мои хорошие сестрички — как они тебя лю-ю-ю-бят, — протянула она, закатывая глаза, и пошевелила дымящиеся лохмотья джинсов желез­ной кочергой. — Почему они должны быть счаст­ливы?

— Послушай… — начал было Бобби.

— Почему? — воскликнула она. — Я не хочу, чтобы они были счастливы. Так что… — Она подня­ла тяжелую кочергу и ткнула ею в его сторону. — Так что пусть они с тобой попрощаются.

На лице ее расплылась злорадная улыбка.

— Прощай, — сказала она. — Прощай, Бобби.

— Дженнилин, подожди! — взмолился он, — Что ты хочешь сделать?

Ни слова не говоря, она положила кочергу и за­шла ему за спину.

Он попытался повернуться в ее сторону — по­смотреть, что она делает.

Но он был привязан к стулу слишком крепко.

И тут он почувствовал на волосах что-то мок­рое. Мокрое и вязкое. Что-то текло по его голове, струилось по щекам. Капало на плечи.

— Дженнилин, что ты делаешь? Что это? — вскричал Бобби.

Она встала напротив него, и он увидел у нее в руках большую железную банку.

— Это мед, всего лишь мед, — прошептала она с беспечной улыбкой.

Она наклонила банку, и тягучая желтая струй­ка меда потекла ему на колени.

В ноздри Бобби ударил сладкий, приторный за­пах. Липкие капли катились по его лбу — он морг­нул, чтобы мед не попал в глаза.

— Не надо, пожалуйста!

Он извивался на стуле, отчаянно пытаясь вы­свободить руки. Но тугие узлы не поддавались. Он был привязан намертво.

Что-то мурлыча себе под нос, девушка лила мед ему на ноги.

— Ну вот. Теперь ты весь в меде, — вкрадчиво проговорила она, выпрямилась и одарила его умильной улыбкой. — Ну что, сладкий мой?

Бобби объял панический ужас.

— Что… что ты хочешь сделать? — крикнул он сдавленным голосом.

И тут на полу у двери он заметил стеклянную банку с красными муравьями.

 

Глава 28

«Кричи, кричи»

 

— Ой, увидел, — с притворным разочарова­нием проговорила Дженнилин. — Как нехорошо получилось. А я-то хотела сделать тебе сюр­приз.

— Как… как ты… — от страха язык его будто оне­мел. — То есть… ты же не…

Девушка поставила банку с медом на пол и, вы­прямившись, встала напротив него, скрестив руки на груди и любуясь своей работой.

— Сестренка моя, наверно, и представить не могла, какую пользу принесет ее научный проект!

— Дженнилин, не надо! — вскричал Бобби с дрожью в голосе.

Но она лишь рассмеялась в ответ и пошла к две­ри за банкой с муравьями.

— Бобби, малыши ведь сегодня весь день в до­роге. Наверное, они очень проголодались, как ты думаешь?

Бобби корчился на стуле, пытаясь ослабить веревки. По всему телу его текли вязкие струйки меду. Каждое его движение отзывалось ту­пой резью. Но он не чувствовал боли: глаза его были прикованы к стеклянной банке. Девушка подносила ее все ближе, ближе — теперь он уже мог разглядеть копошащихся внутри насеко­мых.

— Кажется, муравьи любят мед, — радостно за­явила Дженнилин.

— Нет, пожалуйста! Не надо!

Она перевернула банку и поставила ее на пол, а потом опустилась на колени напротив Бобби.

— Пожалуйста, Дженнилин! Пожалуйста, не надо!

Обеими руками она приподняла банку.

Опустив взгляд, Бобби в ужасе смотрел на крас­ных муравьев, ползущих по его ногам.

Дженнилин снова приподняла банку и выпус­тила еще горстку муравьев.

— Хватит! Пожалуйста!

Девушка подняла банку и высыпала остаток муравьев на его голову и плечи.

— Ой, Бобби, смотри, что это на тебе? — с де­ланным удивлением воскликнула она. — Боже мой! Смотри-ка, как им нравится мед!

Тысячи крошечных челюстей, словно иглы, впивались в его тело.

— Они кусают меня! Помоги мне, Дженнилин! — молил Бобби, извиваясь на стуле. — Пожалуйста! Они кусают меня!

Муравьи копошились в вязкой медовой жиже.

— Пожалуйста, помоги! Мне больно! — кричал Бобби.

— Кричи, кричи, — спокойно проговорила девушка, ставя банку на пол. — Может, тебе ста­нет лучше.

Она направилась к двери, распахнула ее и на пороге обернулась.

— Давай-давай. Кричи. И не бойся потрево­жить соседей. Здесь их нет!

Со злорадным смешком она исчезла за дверью.

Бобби, извиваясь всем телом, страдая от мучи­тельной боли, причиняемой ему укусами плотояд­ных насекомых, последовал ее совету.

Открыл рот и что было мочи завопил.

 

Глава 29

Дженнилин вернулась

 

— Шея! Они кусают мне шею!

Красные муравьи расползлись по всему телу. По спине. По рукам.

Бобби смотрел, как насекомые копошатся в тя­гучем меде, ежесекундно ощущая боль тысяч уку­сов.

Отчаянно извиваясь, корчась от дикой боли, Бобби вдруг почувствовал, что ему не хватает воз­духа. Он судорожно вдохнул.

— Я… я не могу дышать!

Он снова попытался освободиться. Стал раскачиваться из стороны в сторону — деревянный стул перевернулся, и он закричал еще громче.

Лежа на боку в растекающейся под ним луже теплого меда, он дергался во все стороны. Муравьи ползали по шее. Он чувствовал, как крохотные лапки щекочут подбородок.

Бобби сплюнул, сдув муравьев с губ. Но едва он вдохнул, в открытый рот с потоком воздуха попа­ло несколько насекомых. — О-о, о-о-о, о-о-о…

С его губ срывались приглушенные стоны, но он даже не сознавал этого.

Ему казалось, что он ощущает одновременно каждый из тысяч укусов. Муравьи кусали ему пятки, колени, руки. — О-о, о-о-о-о…

Лежа на боку, он корчился, ерзал, извивался несколько часов. По крайней мере, так ему каза­лось. Муравьи заползали ему в уши, на веки, в нос.

— О-о, о-о-о-о…

Во рту пересохло, из горла его вырывались жи­вотные вопли. Он отчаянно дергал руками и нога­ми, пытаясь ослабить узлы. Но залитые вязким медом веревки развязать было труднее.

И тут ему вдруг чудом удалось высвободить од­ну ногу. Сначала он даже не поверил в это. И, что­бы убедиться, резко выбросил ее вперед. Да!

Лежа на боку, он изогнулся и освободил вторую ногу.

Не умеет Дженнилин узлы-то завязывать, по­думал он. Если бы они не слиплись от меда, я бы уже давным-давно развязался.

Громко застонав, он встал на колени. Грудь его разрывалась. Муравьи шевелились на шее, в ушах, на коже головы.

Потом ему удалось высвободить руки. — О-о. Вот так. Так.

И он принялся стряхивать с себя муравьев. Он лихорадочно тер лицо, лоб, бил себя по коленям, сметал насекомых с рук и ног.

— Когда же кончится этот зуд? Похоже, ни­когда!

Нужно было бежать. Позвать на помощь. Он поискал в комнате свои носки и кроссовки. Не нашел.

— Забудь о них, — сказал он вслух. — Беги от­сюда. Выбирайся на дорогу. Зови на помощь.

Сердце его бешено колотилось. Он повернулся и направился к выходу.

— Ой! — Поскользнувшись в луже вязкого ме­да, он упал, больно ударив спину и локоть.

— Беги отсюда. Спасайся!

Бобби с трудом поднялся на ноги и бросился к двери.

Уже совсем стемнело. Стало холодно. Сколько же он пробыл здесь? К перемазанным медом ногам липли травинки. Бобби бежал к дороге.

— Нужно позвать на помощь. Нужно поймать машину. Только бы добраться домой.

— Ой! — Он поранил ногу о камень. Но продол­жал бежать, стряхивая с себя муравьев влажны­ми, липкими руками, весь в меде с ног до головы.

Едва он выбежал на дорогу, как увидел впереди два белых луча света. Фары.

Фары приближались: подпрыгивая на ухаби­стой тропе, машина ехала прямо на него.

— О господи!

Он понял, что это возвращается Дженнилин.

 

Глава 30

С корабля – на бал

 

Бежать? Укрыться в лесу? Уже не успеть.

Бобби прикрыл глаза рукой, заслоняясь от сле­пящего света фар. Машина остановилась.

— Эй, Бобби! Это ты?

Этот голос — он не походил на голос Дженнилин.

— Бобби? Что ты тут делаешь?

Все еще щурясь от яркого света, он увидел как из машины кто-то вышел и побежал к нему.

— Бобби? Что с тобой?

— Мелани! — крикнул он. — Не… не может быть! Как?..

— Бобби, что с тобой? — Свет фар вырвал из темноты ее перепуганное лицо. — Ты в чем это вы­мазался? Штаны — где твои джинсы?

Дженнилин… — прерывающимся голосом проговорил он. — Дженнилин. Она…

Ладно, садись в ма­шину. Быстро. Я отвезу тебя в больницу.

— Нет. Со мной все в порядке. Не надо в больни­цу, — немеющим языком пролепетал Бобби. — Нужно обратиться в полицию. Дженнилин — она опасна.

— Хорошо, — согласилась Мелани. — Подожди. У меня в багажнике есть полотенца. Я постелю их на сиденье. Пока постой тут. — Она открыла ба­гажник. — Ты в чем это весь?

— В меде, — сказал Бобби. — Я… я… — слова застряли у него в горле. Больше он не мог произне­сти ни звука.

Через несколько секунд Бобби уже сидел в ма­шине, откинувшись на спинку накрытого полотен­цами сиденья.

— Как ты нашла меня? — спросил он. Мелани смотрела на дорогу; машина тряслась

по грязной колее, направляясь к шоссе.

— Я вовсе не искала тебя, — объяснила она. — Я просто помогала Бри и Саманте. Родители их куда-то уехали, а вечером кто-то угнал их кабри­олет. Они были уверены, что его взяла Дженни­лин, и попросили меня найти его. Я знала, что Дженнилин любит бывать в лесной хижине, так что…

— Так значит, ты признаешь, что Дженнилин существует, — с горечью проговорил Бобби,

— Да, признаю, — тихо ответила Мелани. — Мне очень жаль, Бобби. Правда. Прости меня. Но я обещала Бри и Саманте никому не рассказывать о третьей сестре. Наверное, теперь уже хранить этот секрет бессмысленно.

Бобби молчал, глядя на темные поля за окном.

— Какой ты грязный — просто жуть, — без улыбки сказала Мелани.

Бобби почесал ногу.

— У меня все тело зудит. Даже не знаю, когда это прекратится.

— Мы поедем прямо в полицию, — сказала Ме­лани, повернувшись к нему. — Или сначала стоит предупредить Бри и Саманту?

Бобби уже думал об этом.

— Им грозит беда, — пробормотал он. — Дженнилин очень опасна. Она сумасшедшая.

— Тогда, наверное, лучше сначала предупре­дить Бри и Саманту, а уже потом отправиться в по­лицию, — подытожила Мелани.

— Да. Хорошо. Так и сделаем.

Тревожный крик вырвался одновременно у Ме­лани с Бобби, когда они увидели белый кабриолет, припаркованный напротив дома Уэйдов.

— Машина — она на месте. Думаешь, Дженнилин уже там? — спросила Мелани с дрожью в голо­се. — Быстрее, Бобби. Мы можем опоздать!

Они бросились к дому. Шторы в гостиной были задернуты. В доме было темно. К пяткам Бобби пристали травинки. Он поддернул трусы. Они сли­плись и набрякли от меда.

— Бобби, мне страшно! — прошептала Мела­ни. Без стука она открыла дверь, и они вошли в дом.

У дверей гостиной Бобби услышал голоса, из-под двери пробивался лучик света. Бобби ворвался в комнату.

— Дженнилин здесь! — крикнул он Бри и Са­манте. — Осторожней… Дженнилин…

Саманта и Бри подскочили от неожиданности.

— Бобби, в чем дело? — вскричала Саманта, изумленно глядя на него. — Почему ты голый?

Бобби услышал сдавленный смех. С удивлением оглядел комнату. Саманта и Бри были не од­ни. На диване он увидел Ронни и Кимми. На полу устроились еще несколько девочек.

Все они смотрели на него в упор, забавляясь его видом: склеившимися от меда волосами, прилип­шими к телу трусами и майкой, пучками травы, приставшей к босым ногам.

Он открыл, было, рот, собираясь ответить Са­манте, но не мог вымолвить ни слова.

— Что здесь происходит? — нарушил нелов­кую тишину мужской голос. В гостиную вошел мистер Уэйд. — Бобби, что с тобой случилось? — спросил он.

— Это все Дженнилин! Она похитила меня! — задыхаясь от волнения, начал объяснять Бобби. — Она сейчас здесь! В вашем доме!

Мистер Уэйд сделал удивленное лицо:

— Кто?

— Ваша третья дочь. Дженнилин. Она верну­лась! — вскричал Бобби.

Мистер Уэйд озадаченно посмотрел на него:

— Если это шутка или, как вы говорите, при­кол, то я не понимаю этого юмора, Бобби. Ты что, пьян?

— Это не шутка! — в отчаянии воскликнул Боб­би. — Дженнилин вернулась, мистер Уэйд. Зачем делать вид, что ее не существует? Я видел ее. Она похитила меня!

— Извини, Бобби. У меня нет времени на вся­кие розыгрыши. — Мистер Уэйд начал проявлять нетерпение. — Кто такая Дженнилин?

— Третья сестра! — тяжело дыша, вымолвил Бобби.

— Но у меня всего две дочери, — сухо ответил мистер Уэйд.

Бобби услышал смущенный смех. Он обернулся и увидел все те же знакомые лица.

Что здесь происходит? — спрашивал он себя. Такое впечатление, что здесь собрались все, с кем я встречался!

— Подождите, мистер Уэйд, — взмолился Боб­би. — Она привезла меня в ваш загородный до­мик. Дженнилин то есть. Она высыпала на меня муравьев-каннибалов! Она…

— Что? Каких муравьев? — переспросил мистер Уэйд.

— Муравьев-каннибалов! — выдохнул Бобби. Мистер Уэйд нахмурился:

— Бобби, таких муравьев не существует в при­роде.

— Но… но… — пролепетал Бобби под общий смех. — Если мне не верите, можете сами посмот­реть в своей хижине в лесу!

Глаза мистера Уэйда сузились. Удивление сме­нилось гневом:

— Бобби, у нас нет никакой хижины в лесу. И у девочек нет третьей сестры! Ты несешь полный бред.

И тут в голове у Бобби мелькнула мысль. Он вспомнил, как ему пришлось выломать дверь, ко­гда они впервые побывали в том домике. А что, ес­ли это правда: эта хижина принадлежала не Уэйдам?

— И где же эта хижина, — с подозрением спро­сил мистер Уэйд.

— Я… я не знаю, — смущенно пробормотал Бобби. — Где-то в лесу. На узкой дороге. — Он в отчаянии повернулся к Мелани, которая сидела на диване с Ронни и Кимми. — Мелани знает. Ра­ди бога, скажи ему, — взмолился Бобби.

— Извини, Бобби, — тихо ответила Мелани. — Я даже не знаю, о чем ты.

— Что? — Бобби смотрел на нее во все глаза. — Ты врешь! Врешь!

— Полегче, Бобби, — приструнил его мистер Уэйд. — Если ты пьян, мы отвезем тебя домой. — Он повернулся к своим дочерям: — Кто-нибудь знает, о чем он говорит?

— Нет, папа, — быстро откликнулась Бри. Саманта пожала плечами:

— Убейте меня, не знаю.

— Они все врут! — возмутился Бобби. — Послу­шайте. Может, никакой Дженнилин и нет. Но од­на из них отвезла меня в хижину.

— Ну ладно, хватит, — прервал его мистер Уэйд. — Ни у Саманты, ни у Бри даже нет води­тельских прав.

— Одна из них отвезла меня, — упрямо повто­рил Бобби. — Та, у которой татуировка. Та, кото­рая с татуировкой… она похитила меня и…

— Татуировка? — Голос мистера Уэйда грянул в маленькой гостиной, будто раскат грома. — Да если они только попробуют сделать татуировку!..

— Она на плече, — в отчаянии продолжал Бобби, указывая на девочек. — Та, у которой татуировка, — это все она!

— Покажите мне плечи, девочки, — строго ска­зал мистер Уэйд.

— Папа, это просто глупо, — воспротивилась Бри. — Бобби совсем спятил!

— Вот-вот, и весь этот бред о третьей сестре и муравьях-каннибалах, — вторила ей Саманта. — Он болен, папа. Ему нужна помощь.

Сестры послушно обнажили плечи. Никакой татуировки. Зазвонил телефон.

— Отправляйся-ка лучше домой, Бобби, и прими ванну, — посоветовал мистер Уэйд и вышел из гостиной ответить на звонок.

— Это вы все придумали! — вскричал Бобби, как только мистер Уэйд скрылся за дверью. — Это все вы! Вы узнали, что я встречаюсь с вами обеи­ми, и подстроили все это! Вы и Мелани!

Девушки смотрели на него с самым невинным видом.

— Мы весь вечер были дома с подругами, Боб­би, — кротко проговорила Саманта. — Мы не вы­ходили ни на минуту.

Тут с дивана встала Мелани.

— Я же предупреждала тебя, Бобби, — тихо сказала она. — Это тебе расплата за то, как ты обо­шелся с Бри и Самантой, как ты обошелся со все­ми нами. Бобби Великолепный! Да ты просто Боб­би — Грязная Свинья!

Все остальные — девочки, которых в свое вре­мя бросил Бобби, — засмеялись и захлопали в ла­доши.

— Близняшки Уэйд были последней каплей, — злобно бросила Кимми.

— И тогда-то мы и решили проучить тебя, — прибавила Ронни.

— Забавно было сводить тебя с ума, разыгры­вать из себя стерву, — сказала Саманта с усмеш­кой. — Заставить тебя поверить, что мы с Бри со­вершенно разные!

— Ты немного перебрала с воровством, — хму­ро заметила Бри.

— Да. Наверное. Но если бы ты видела его лицо…

— Надеюсь, тебе понравилась вечеринка, — вставила Мелани, не в силах сдержать довольного смеха.

— В жизни так не веселилась! — воскликнула еще одна девочка.

— Клевый прикид, Бобби! — сказал кто-то еще. Все расхохотались.

— Да вы что — вы что, меня не любите? — вос­кликнул Бобби в изумлении.

Этот вопрос был встречен волной презрительного хохота.

Бобби начал было оправдываться, но понял, что это бесполезно. Посрамленный, он повернулся и вышел из комнаты — в ушах его еще долго стоял язвительный девичий смех.

 

Спустя несколько дней Бобби после уроков шел к музыкальному классу. Но на полпути вспомнил, что группы больше нет. Пол перешел в другой ан­самбль. А Арни наконец понял, что у него полно­стью отсутствует чувство ритма, и продал барабан­ную установку.

Бобби направился, было, к выходу — и застыл на месте: навстречу шли Бри и Саманта.

— На, держи, — сказала Бри, протягивая ему маленький конверт.

Бобби взял конверт и пробежал глазами напи­санные на обороте строки:

«У двойняшек нет секретов друг от друга. Мы все знали с самого начала. Пока».

— Пока! — крикнули Бри и Саманта, помахали ему и скрылись за углом.

Бобби вздохнул и надорвал конверт. Внутри лежала переводная татуировка. Кро­шечная голубая бабочка.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *